Виктория Авеярд – Разрушитель клинка (страница 56)
Серые глаза принца оглядели стол, затем вернулись к Корэйн и клинку за ее плечом. Уголок его рта изогнулся, образуя мрачную улыбку.
– Затишье в моем военном лагере длится слишком долго. Мы поедем с тобой в Галланд. – Он стукнул костяшками пальцев по столу, и его лейтенанты ответили ему одобрительными возгласами. – Не многие могут заявить, что им довелось сражаться с апокалипсисом. Я стану одним из них.
Корэйн кивнула вместе с остальными, ее собственная вялая улыбка была прикрытием для урагана, бушующего у нее внутри. Страх, убежденность, чувство облегчения и зарождающаяся надежда боролись внутри Корэйн ан-Амарат за господство. Но все это меркло перед тем, что вызывали у нее мысли о Таристане и Том, Кто Ждет. Нечто худшее, чем страх… обреченность.
– Вызывай лагерь к Воласка, – сказал Осковко, толкая одного из своих лейтенантов в сторону большого зала.
Рассмеявшись безумным смехом, он налил себе еще вина. Похожий на кровь напиток до краев наполнил кубок. Он расплескался, когда Осковко поднял его, тем самым пролив багряного цвета жидкость на пальцы. Но принц не обратил на это никакого внимания.
– Выдвигаемся завтра! – крикнул он, его голос был слишком громким для комнаты. Никто не поддержал его тост. – А сегодня пируем.
Им отвели покои в замке, заполнив апартаменты, давно покинутые придворными сокращающегося трекийского двора. Учитывая больного короля и постоянно отсутствующего принца, у дворян и придворных не было причин оставаться здесь. У большинства имелись собственные замки и усадьбы, располагавшиеся в сельской местности. К счастью, в Воласка все еще оставалось достаточно слуг, как на кухне, так и на конюшне, и все они занимались уборкой пыльных, никем не используемых покоев.
Ожидая, пока служанка закончит менять белье на кровати, Корэйн чувствовала себя странно, поэтому старалась помочь, чем могла: взялась за метлу, наполнила водой кувшин и чашу для мытья. Она чувствовала себя еще более странно, пока Сораса стояла в углу, скрестив руки на груди. Она была похожа на мертвеца в вертикально стоящем среди теней гробу. Служанка боязливо взглянула на амхара и поспешила скорее вернуться к своим делам, стремясь скорее покинуть комнату.
В присутствии служанки ни Корэйн, ни Сораса не проронили ни слова. Хотя Корэйн сомневалась, что у королевы Эриды есть шпионы в столице Трекии, рисковать не стоило.
В камине оживленно потрескивал огонь, а на каменных стенах висели гобелены. И то, и другое защищало от сильного мороза. Перед огнем даже стояла наполовину наполненная водой ванна, от которой шел пар.
Корэйн уже не мерзла, но все равно ощущала, как скрытую под одеждой кожу покрывают мурашки. Ее веки опустились, когда она смотрела на гобелен с изображением бога Сайрека, он был облачен в красное одеяние, белки его глаз практически светились. Поверженная армия лежала у его ног, солдаты многих королевств с лицами разных цветов.
Его лицо казалось странно знакомым, сотканное с невероятной точностью. Она внимательно всматривалась в него, пробегая взглядом по белой коже, длинному носу, тонким губам и темно-рыжим волосам.
Корэйн стиснула зубы и моргнула.
Вдруг нити изменились, лицо стало другим. Корэйн выдохнула и развернулась, направляясь к центру комнаты.
– Все хорошо, – сказала она служанке, обращаясь сначала на верховном, потом на ломаном трекийском. На половине мебели еще лежала пыль, но постельное белье было свежим, ночной горшок – чистым, а ванна – полной. Вполне достаточно. – Мы здесь лишь на одну ночь.
Служанка едва заметно кивнула и убежала, стремясь поскорее покинуть комнату.
Сораса не стала медлить. Она тоже принялась осматривать спальню, но вместо того, чтобы рассматривать гобелены, принялась водить за ними руками, обшаривая каждый дюйм стен. Отодвинув в сторону тяжелый деревянный сундук и при этом подняв облако пыли, она нащупала трещины и щели.
– Приятно снова слышать твой голос, – сказала Корэйн, присаживаясь на кровать. С задумчивым видом она наблюдала, как Сораса ходит по комнате. – Мне не хватало твоих замечаний во время тренировок.
Убийца даже не обернулась.
– Нет, ты по ним не скучала, – выдала она в ответ.
Корэйн искренне рассмеялась.
– Ты права, не скучала.
Вздохнув, она легла на кровать и вытянулась. После нескольких недель, проведенных на природе, жесткий соломенный матрас казался ей облаком. Лишь благодаря огромной силе воли ей удалось сдержаться и не уснуть.
Сораса продолжала свои поиски и, опустившись на колени, проверяла пол.
– Осковко не станет сдавать меня Эриде.
– Я беспокоюсь не об Осковко, – пробормотала Сораса, ползая под кроватью. – В замке проблема с крысами.
Вдруг она показалась с другой стороны, держа в руке извивающееся, жирное тело с длинным хвостом.
Корэйн скривилась, когда убийца швырнула крысу в коридор.
– Да ладно, перестань, ты видела вещи и похуже, – проворчала Сораса, закрывая за собой дверь.
– Это не значит, что я начала любить крыс, – отрезала Корэйн, вставая. Она зашуршала простынями, проверяя, нет ли там других грызунов.
– Мы собираемся пировать с военным лагерем трекийцев. Поверь, ты будешь мечтать о крысах. – Сораса положила руки на бедра и осмотрела комнату, в конце концов удовлетворившись увиденным. Затем она ткнула пальцем в сложенную на столе у окна стопку и сморщила нос.
– Кажется, Осковко был достаточно любезен и прислал нам одежду на вечер.
Корэйн понюхала свою свободную рубашку, покрывшуюся пятнами за недели, проведенные в дороге.
– Не представляю, почему.
Судя по выражению лица Сорасы, предложенная им одежда была ненамного лучше. Она схватила платье за воротник и с отвращением встряхнула его.
– Ты должна убедиться, что они не пропитаны ядом, – ухмыляясь, сказала Корэйн.
Но Сораса уже перебирала пальцами ткань, осторожно обнюхивая складки льна и шерсти.
– Я пошутила, – еле слышно произнесла Корэйн. – Неужели люди действительно так делают?
– Я делала. – Сораса улыбнулась неправдоподобно широкой улыбкой, а затем бросила платье и льняное нижнее белье на кровать. – Ты первая принимаешь ванную.
Корэйн осторожно взяла одежду и с некоторым трепетом осмотрела ее. Верхнее платье из простой шерсти бледно-голубого цвета, который, должно быть, когда-то был ярким. Она провела пальцем по вышивке на рукавах и вырезе, чувствуя тонкую работу. Платье было старым, но хорошо сшитым, возможно, раньше оно принадлежало леди или принцессе. Белые волки, выделенные белой и золотой нитью, переплетались с узором из снежинок.
– Айсадере увидели все это в зеркале, – прошептала она.
Сораса презрительно фыркнула.
– Сообщи, когда Айсадере удастся натравить флот Айбала на Эриду. Вот тогда я буду впечатлена.
Корэйн медленно стянула с себя старую рубашку и брюки, а затем бросила их на пол. Ей казалось, будто, избавляясь от слоев грязи и копоти, она сбрасывает с себя кожу.
Теплая вода в маленькой деревянной ванне была даже лучше, чем нормальная кровать. Корэйн сделала вдох и с головой погрузилась под воду, а когда вынырнула и вытерла глаза, увидела, что вода уже помутнела.
Она поморщилась.
– Может, позвать служанку, чтобы набрала тебе новую воду?
Сораса и глазом не моргнула.
– Просто поторапливайся, – сказала она, проверяя щеколду на окне.
Рядом лежал небольшой кусок мыла, и Корэйн полностью намылилась, вздрагивая каждый раз, когда касалась царапин на коже. Ей даже хотелось забыть о пире и остаться в ванне, пока вода не превратится в лед. Но вместо этого она еще раз провела мылом по волосам, ополоснула их водой и закончила водные процедуры. Огонь согревал ее обнаженную спину, и, выходя из воды, она почти не дрожала, когда заворачивалась в толстое одеяло.
Сораса была уже без одежды: аккуратно сложенные туника, штаны и сапоги лежали в углу вместе с многочисленными клинками. Не успела Корэйн оглянуться, как убийца уже нырнула под воду.
Естественно, Корэйн заметила татуировки Сорасы. Никогда раньше она не видела столько рисунков, даже у членов команды ее матери. Чернила почти полностью покрывали тело Сорасы. Ноги, позвоночник, ребра. Сокол, паук, созвездие звезд.
– Какая твоя любимая? – спросила Корэйн, когда из воды показалась голова Сорасы.
Убийца моргнула, сурьма, которой обычно были подведены ее глаза, потекла по щекам. А после прищурилась.
– Любимая что?
Щеки Корэйн вспыхнули.
– Прости, это было грубо. – Она опустила голову, плотнее закутываясь в одеяло.
– Ты о татуировках?
– Не хочу совать нос не в свое дело, – ответила Корэйн, отвернувшись.
Сораса не обратила на это внимания.
– Но именно так ты всегда и делаешь.
Корэйн покраснела еще сильнее.
– Да, наверное, так и есть, – призналась она. – Я просто… хочу знать. Все. Всегда. Если я буду знать все, что меня окружает, каждую мелочь… – Ее голос затих, мысли путались. – Думаю, так мне кажется, что я лучше контролирую свою жизнь. Что я сильнее. Важнее. По крайней мере, так было раньше.