Виктор Жулин – Весело о разном. Короткие рассказы (страница 2)
Жизнь в большом городе сложна. Кому, как не нам, жителям мегаполисов, знать, как трудно добиться успеха, как нелегко найти равновесие между амбициями и ресурсами. Рвёмся на части, можно сказать. А тут ещё дети! Маленькие большие люди, которые, вырастая и взрослея, становятся по-настоящему главнее и важнее нас. Между прочим, они – идеальный "объект", на котором можно научиться соизмерять свои желания и возможности, а заодно и их обучить тому же. Надо пробовать.
Объявление
Я очень надёжный жилец. Однако, рано или поздно, у хозяев меняются обстоятельства, и меня просят убраться. Делать нечего, начинаю искать.
В этот раз вдруг обнаружил, что крепко скакнули цены, да и самих предложений стало меньше. «Ладно», – думаю, – «пойду на хитрость. Не стану платить посредникам. Лучше побегаю по району, поклею объявления, – и дело в шляпе».
Сказано – сделано. Напечатал объявления, запасся клеем и пошёл. Иду и прикидываю, что клеить буду на дома (по штуке на каждый), ну, может ещё в каком-нибудь людном месте, например, у остановки или у магазина.
Короче говоря, начинаю работать, и через некоторое время замечаю, что у меня полно конкурентов. Да каких! Объявления у них яркие, в цвете, буквы крупные, и, главное, висят у каждого подъезда. Я даже присвистнул. Надо же было обклеить несколько сотен подъездов. На это только времени надо три дня. И клея полведра. И терпения вагон. И…
Пока я рефлексировал, мой взгляд упал на собственное творение, и я заплакал. Дистрофический размер его явно указывал на мою финансовую слабость. Лаконичность граничила со скудоумием. Но больше всего было стыдно за количество отрывных телефонов – я предусмотрел их десять (в тайной надежде, что на отрыв выстроится очередь).
Что ж! Придётся поучиться. Беру наиболее броский образец. Читаю.
“Интеллигентная русская семья из Москвы (банковские служащие) без вредных привычек, без детей и без животных СРОЧНО СНИМЕТ КВАРТИРУ на Ваших условиях! Возможна предоплата за два месяца! Своевременную оплату, чистоту и порядок гарантируем. Телефон…”
По идее, на такое предложение может быть лишь один ответ – ДА! Я, например, за возможность пообщаться с интеллигентными людьми на моих условиях, не раздумывая бы отдал свою жилплощадь. Между тем, обход района показал, что подобные призывы остаются, как правило, без внимания – редко где наблюдается отрыв телефона. “Не верят, потому что мало информации, мало аргументов, не убедительно. Или – другой вариант. Слишком хорошо, благостно. Нет перчика”, – думаю я.
Что, если так попробовать.
“Цыганская семья (22 человека – из них 15 детей), нигде толком не работающая (т.е. вообще не работающая, из принципа), снимет Вашу однокомнатную квартиру. На сколько – не знаем. Как карты лягут. Имеем медведя, мелких животных не считали. Для начала денег нам дадите, а там посмотрим. Петь будэм, плясать будэм, а смерть придёт – помирать будэм. Эх!.. Телефон здесь пишите”.
Или всё-таки развить исходный вариант?
“Русские от Рюрика, лауреаты Нобелевской премии мира, с московской пропиской, интеллигенты в пятом поколении с голубой кровью, никогда не видевшие помойки и не слышавшие мата, ОБОЖАЮТ ВАШУ КВАРТИРУ И СНИМУТ ЕЁ НА ЛЮБЫХ УСЛОВИЯХ! Готовы на крайние лишения (неделю без воды и месяц без пищи), чтобы только завоевать Ваше доверие и одним глазком полюбоваться на Ваши покои. Можем только мечтать отдать Вам все свои сбережения (несколько миллионов твёрдовалютных единиц) за счастье пожить в Вашем храме удобства, покоя и гармонии. Дом, этаж, подъезд – не имеет значения. И одной комнатки за глаза хватит. Детей мы решили не заводить, чтобы они своим видом не смогли подорвать Вашу возможную благосклонность. Животных любим, но ради Вас готовы отречься. Даже не представляете, как мы будем беречь и лелеять Вашу драгоценную собственность. И соринке не дадим просыпаться, и пылинке не дадим упасть. Звоните в любое время дня и ночи. Храни Вас Господь Бог, федеральное правительство и мэрия г. Москвы”.
А может, зайти с другого угла? Предложить что-нибудь из ряда вон, вроде…
“Мы лю-у-у-ди не ме-е-естные, не зде-е-е-шние… Сироты казанские, калики перехожие, убогие и юродивые, профессионалы своего дела, операторы сборов по Москве и области, со стабильным заработком, – приглашаем в наш бизнес в обмен на возможность пожить в Вашей квартире. Звоните – и счастье Вам улыбнётся!”
Или.
“Семья иноплов (без кола, без двора) снимет Вашу квартиру. Рассмотрим любые предложения вплоть до неприличных. Замёрзли на фиг до костей”.
Или.
“Бомж с двадцатилетним стажем, не мывшийся с перестройки и не просыхающий всю дорогу, не побрезгует Вашей квартиркой, и совьёт в ней уютное гнёздышко. Взамен может предложить свою коробку и место на свалке”.
С трудом унял я фантазию и заставил себя заняться рутинной работой: набирать, распечатывать, ходить по дворам. Хожу, клею, где что в голову приходит. Спрашиваю иногда: “Что, бабушки? Не сдаёт ли кто квартиру”. “Какие у нас квартиры, милай! Клетушки одне! И то – просются и просются…”. Один раз из-за спины вылез хряк с красной рожей. “Ты чё, падла, на моём доме клеишь?” – дохнул. Я чуть в обморок не упал. “Чё-чё! Возьми да почитай, если умеешь”, – неожиданно схамил в ответ. Даже забыл от испуга, что неприлично к незнакомому обращаться на “ты”.
…Сижу уже неделю на кухне, пью чай с лимоном, – вдруг звонок. “Простите, это Вы объявление давали?”. “Очень рад, что позвонили”, – спокойно. А сам в сторону – “Йес! Йес! Йес!” Как – не квартира? А что? Работа? Ах, работа… Да, работа есть. Впрочем, с удовольствием послушаю… Заниматься рекламой? В агенстве недвижимости? А почему Вы решили, что у меня получится? Ах, прочитали объявления… Неужели талантливо?.. Постойте! Вы же квартирами занимаетесь! Так это мне и нужно!”
Как всегда. Я ей (жизни) про Фому, а она мне – про Ерёму.
По утрам чешу карандашом в затылке и тыкаю пальцем в клавиатуру:
“Если плохо стало Вам,
Заходите в наш ВИГВАМ,
Мы квартиру Вам найдём.
Вариантов – миллион”.
Рубль
Из нашего городка в Москву идут несколько маршруток. В одних берут 15 рублей, а в других -14. Разница мизерная, поэтому я никогда не пытался связать номер маршрута с ценой билета.
Вот и тогда я пробрался на последнее сиденье и передал через соседнюю бабульку 15 рублей: десять – бумажкой и пять – монеткой. От других пассажиров тоже пошли деньги, но большие. По 100 и 500.
Водитель, как всегда, вел машину, принимал деньги и отсчитывал сдачу. Пока эта сдача растекалась по людям, обнаружилось, что проезд стоит 14 рублей (а не 15, как все подумали), и у бабульки образовался банк неучтенных денег. "Кому два рубля?", – спросила она. Публика молчала. "Два рубля кому?". В ответ кто-то кашлянул, но не сознался. "Не мои", – прикинул я, – "мне один положен". Наконец, какая-то дама через силу пробормотала: "Вообще-то, мне", и взяла монетку.
Едем-едем, и думается мне, что бы вышло, если бы я захотел получить свой законный рублик. Водитель-то наверняка рассчитал все точно, значит, кто-то из пассажиров опустил его в карман. А кто? Давали помногу. Бумажки, мелочь. И получали назад вороха денег и горсти монет. Рассовали по карманам, да и забыли. Спроси я сейчас про рубль, и ничего кроме неловкой ситуации не получится. И, главное, к чему мне этот рубль? Был бы миллион, я бы худо-бедно порешал свои проблемы, а так…
Сижу и думаю, какого чёрта этот рубль мне покоя не дает. Устал я, наверное, и тихо сбрендил от бесконечных разъездов. Отвернулся к окну и стал смотреть на встречную пробку.
Вдруг, уже перед Москвой, оборачивается ко мне бабулька и говорит: "Молодой человек, а Вы рубль брали? Вы, кажется, 15 давали?" Я замычал, не в силах что-либо сказать. "Ну, конечно, я помню, Вы дали 15, значит, я Вам рубль должна!". Я еще раз мотнул головой и покраснел. Бабулька раскрыла сумку, достала кошелек и вытащила из него рубль. "Вот, держите!".
Забрал я несчастный рубль, приехал домой и положил его в шкатулку. Может, он особенный какой…
Новости дня
Сегодня в 9.30 утра на эскалаторе станции "Павелецкая" Горьковско-Замоскворецкой линии упал мужчина. Он, как и положено, спускался слева, однако зацепился ногой за сумку стоящей справа женщины, потерял равновесие и полетел головой вниз. Падая, он так извернулся, что оказался на спине, поэтому в дальнейшем двигался, стуча затылком по ступеням. Проехав метров пять, он остановился у моих ног. Поза была настолько неудобной, что он не мог подняться самостоятельно, поэтому я подхватил его за плечи и помог встать. "Сволочь!" – сказал мужчина, обращаясь куда-то наверх. Голова его слегка моталась, руки судорожно цеплялись за перила. Придя в себя и поправив одежду, он – уже с настроением – крикнул женщине с сумкой: "Сволочь ты!" После этого продолжил свой путь вниз. "А чего я сделала?" – донеслось сверху. "Не надо было сумку выставлять", – заявили хором два парня, стоявшие рядом с ней. Женщина обиделась и тоже пошла вниз. Проходя мимо меня, она сказала. "Вот сволочь! И как таких сволочей в метро пускают".
Десятью минутами позже в переходе между "Театральной" и "Площадью Революции" упала женщина. Она спускалась по короткой, из четырёх ступеней лестнице и поскользнулась. К счастью, женщина была пухленькой, к тому же в объёмной шубе. Упав на живот, она вскрикнула, но не пострадала. Я снова оказался рядом и взялся поднимать её справа. Другой мужчина поднимал её слева. Мы быстро справились, и женщина сказала: "Спасибо большое!".