Виктор Ярошенко – Пять лет рядом с президентом (страница 25)
Академические штудии
Люди в состав Съезда народных депутатов СССР попали самые разные – по образованию, воспитанию, культуре, социальному статусу. Большинство, естественно, из провинции, из территориальных округов. Со многими довелось познакомиться поближе, и я с удивлением отметил, что значительная часть из них совершенно не подготовлена к парламентской и вообще публичной общественной деятельности. Ростки парламентаризма только начинали прорастать.
Условно «отстающих» депутатов можно было разделить на две категории: первая – это откровенные хамы и шуты, которым никакое совершенствование и учеба не были нужны; вторая – те, кто хотели совершенствоваться, но не знали, где и как, и от этого очень мучились и комплексовали.
В первом российском парламенте были многочисленные и наглядные примеры первой категории «отстающих», которым не могла помочь даже академия.
Хотя надо отметить, что среди депутатов было много умных, искренних и симпатичных людей. Зачастую они не обладали ни общей культурой, ни ораторским искусством; не умели грамотно писать и четко излагать свои мысли; не знали, как вести себя в обществе. Многие сами это понимали, смущались и готовы были что-то сделать, но не знали, что и как.
Тогда мне и пришла мысль, которую Ельцин позже назвал «бриллиантовой». Я подумал, что депутатов, а еще лучше – кандидатов в депутаты надо серьезно готовить к работе в парламентах разного уровня. Разработал концепцию, частично даже программу и зарегистрировал Академию депутатского корпуса.
В академии преподавали не только общепризнанные методологи, идеологи и «маги», но и некоторые наиболее известные депутаты. Это был своего рода «курс молодого депутатского бойца».
Когда через несколько месяцев о моей инициативе узнал Борис Николаевич, он поймал меня в депутатской столовой, взял за рукав пиджака и вкрадчиво сказал:
– Ай да Виктор Николаевич, ай да молодца, как это мне самому в голову не пришло. Вы позволите мне в вашей академии прочитать хотя бы одну внеплановую лекцию «О социально-экономическом положении в СССР»?
– Борис Николаевич, да не вопрос, – в тон игривому настроению Ельцина ответил я, – завтра же пригоним всех студентов с картошки и заполним аудиторию на 100 процентов.
На первом этапе занятия проводились только вечером, после работы, но тех, кто захотел стать депутатом, это не смущало. Предстояли выборы в Моссовет. Значительная часть «слушателей» добилась своего. Несколько десятков уже состоявшихся депутатов также продолжали посещать академию. Там готовились не просто депутаты, но и убежденные сторонники Ельцина и его реформ…
В «депутатском доме» на Рублевском шоссе, где многие из нас временно жили, я познакомился не только с депутатами, но и с их спутницами жизни. Жены депутатов представляли собой еще более грустное зрелище, особенно приехавшие из глубинки.
Часто от них самих это состояние почти не зависело – слишком большой был разрыв между Москвой и Ленинградом с одной стороны и провинцией – с другой. Кроме того, на плечах этих женщин были семейные заботы, дети, мужья, неустроенный быт. И мы стали готовить женскую программу, ориентированную в основном на общую культуру, правила хорошего тона и вкуса. К сожалению, закончить ее не удалось…
Оставаясь народным депутатом СССР, в июле 1990 года я был утвержден Верховным Советом РСФСР первым министром внешних экономических связей России (такое совмещение тогда еще допускалось).
Времени для руководства академией уже не хватало, и Иван Силаев просил меня полностью сосредоточиться на работе министерства. Постепенно Академия депутатского корпуса с ее концепцией, преподавателями и программами плавно перетекла в другие учебные заведения, но свою начальную роль генератора новых подходов и идей она выполнила сполна.
Министр-депутат
14 июня 1990 года Верховный Совет РСФСР утвердил меня министром по внешним экономическим связям. После моего утверждения меня пригласил Борис Николаевич, мы проговорили более часа. Воодушевленный, я пришел с кипой бумаг и предложениями по либерализации внешнеэкономической деятельности, уже наработанными созданной мною в Верховном Совете СССР депутатской группой «Реформа». Появилось новое окно возможностей для их реализации, небольшую часть из которых впоследствии, до начала 1992 года, удалось провести.
СССР к 1990 году окончательно скатился в экономическое болото, и все прекрасно понимали, что дальше так жить нельзя. Появилось много рецептов и программ выхода из этого системного кризиса. Проанализировав наиболее популярную из них – программу «500 дней» Григория Явлинского, – мы пришли к неутешительному выводу, что она построена по принципу «дай». От населения всё время требовали новых и новых жертв во имя далекого и туманного, но якобы светлого будущего.
Мы же предложили дополнительно ввести элемент по принципу «на», то есть заинтересованность всех в предполагаемых реформах получением определенной собственности, до отпуска цен, проведя честную приватизацию земли, малых и средних предприятий. В результате таких реформ наши сограждане стали бы не беднее, а богаче.
Мы предлагали выверенную, пошаговую технологию проведения реформ. Я считал, что отпуск цен в свободное плавание следовало делать очень осторожно, растянуть поэтапно на несколько лет. В условиях монополизма крупных предприятий в СССР рост цен не усилит конкуренцию, не будет безусловно стимулировать рост производства и заполнение рынка товарами. Зато бесполезная «шоковая терапия» приведет к обнищанию подавляющей массы населения, разрушению платежеспособного спроса.