Виктор Ягольник – В рай через ад (страница 7)
– Ваше Величество! – ответил Сергей – мы впервые в Вашем королевстве, нам приятно общаться с Вашими подданными, нам нравится Ваше гостеприимство, и мы сделаем все, чтобы Ваш церемониальный полк стал Вашей гордостью и славой.
Затем были самые разные вопросы от короля, королевы, министров и советников. Ведь они о королевстве Карвола ничего не знали. Слыхали, что есть там за перевалами какая-то страна. И только.
В конце приема король сказал, что пока его милость барон Малыгин будет со своими бойцами заниматься подготовкой отряда, ее милость баронесса Валида поступит под протекцию Ее Величества Королевы, и они сами наметят как провести время.
На следующий день в посольский дворец приехал граф Магус.
– Сергей, Его Величество решил выделить вам для вашей работы территорию – резервный полигон с казармами королевской гвардии. Он находится неподалеку от столицы и сейчас пустует. Я думаю, это то, что вам надо. Вот там вы и разместите ваш отряд. В войска уже послан приказ о наборе добровольцев для вашего полка. Там изложены основные требования к добровольцам. Через день они уже начнут прибывать на полигон, – сказал Магус.
Затем он пожелал нам удачи и уехал.
Как всегда, в таком случае первым вопросом становится выбор песни. Что петь? Снова Сергей перебирал в памяти известные песни и ни на какой не мог остановиться. Только лишний раз он отметил, как удачно была найдена строевая песня для дириков. Но не петь же здесь «Амизу и капать на копье».
Так прошел день. Бару раза три заглядывал, но увидев хмурое лицо Сергея, сразу захлопывал дверь. И неожиданно всплыло из памяти «тирьям-тирьяли-там-тирьям, тирьям-тирьяли-там-тирьям».
Вначале даже он не понял к чему это и откуда, но потом вспомнил: так это же песня о хромом короле. Еще когда студентом был, вместе с туристами-альпинистами горло драли на этом «тирьям-тирьяли-там-тирьям». Что-то вспомнил, где-то заменил слова и получился первый куплет.
– Бару! Бару, – закричал Сергей.
Через некоторое время прибежал взволнованный Бару.
– Что случилось, Сережа? – откликнулся он.
– Послушай. Я вроде бы нашел песню, – радостно прокричал Сергей и запел:
– Вот это да! Вот это песня. Да она звучит лучше нашей! – проговорил обрадованно Бару.
– А еще? Дальше какие слова?
– Дальше вспоминать надо, но это пойдет уже легче, – проговорил Сергей и засмеялся.
Он ходил по комнатам, по полигону среди бойцов и что-то нашептывал, напевал. Некоторые, увидев его в таком состоянии, сторонились, удивленно разглядывая своего командира. Так постепенно созревала новая строевая песня.
Сергей был точно уверен, что с песней получилось. Теперь надо было заняться подбором бойцов для церемониального отряда из добровольцев, которые пришли из разных армейских подразделений.
Бойцов подбирали ростом не ниже 170 сантиметров по уже отработанной дома системе. Сергей с Бару, Оксолом и Диклак со своими профессионалами пропускали через себя добровольцев: с каждым из них они сходились на мечах (притупленных и с колпаком на острие), затем стрельба в цель на бегу, и этого пока было достаточно.
Этот отбор и за два дня не успели, если бы им не помогли бойцы из местных профессионалов. А так уже к вечеру из 1450-ти добровольцев отобрали отряд в шестьсот пятьдесят человек. На следующий день их поделили на отряды по 25 человек, и они бежали десятикилометровый кросс с полным вооружением. Отсеялось человек двести. Часть не выдержала нагрузки, а некоторые ушли из принципа «чихать я хотел на такие деньги, лучше я посмотрю на них со стороны».
Потом была проверка на выносливость и характер. Все так же, разбившись на отряды, они прошли через заболоченную местность на время. Кто не успел – ушел. В результате осталось 200 человек. Это были сильные, выносливые, умелые бойцы с желанием маршировать с песней и хорошо заработать.
И вот стоят они строем в две шеренги, а чуть в стороне десятка Диклака.
– Бойцы, вы уже поняли, что труд наш будет нелегок, но зато с песней, – сказал Сергей. По шеренгам прошуршал смешок, и на лицах показались улыбки.
– Сначала вы научитесь ходить строем, а затем с песней. Для многих это будет казаться скучным занятием, но потом вы полюбите строевую песню, и вам будут завидовать. И тогда все девицы будут ваши. – закончил Сергей под громкий смех бойцов.
– Но это будет потом, а пока вы разделитесь на четыре отряда и под руководством командиров будете отрабатывать маршировку под барабанный темп. Удачи вам!
И потянулись часы и дни нудной маршировки под мерный стук барабана «бум-бум-бум». На третий день начали заучивать текст. Бойцы Диклака выступали запевалами, и песня начала звучать. Правда, не совсем стройно. К концу недели отряды объединили, впереди шла десятка Диклака, и началась отработка строя и песни целого отряда.
На десятый день приехал Магус и кто-то из королевской семьи. Они посмотрели, послушали, как поют бойцы, как кричат «Кря-я-я! Кря-я-я!» и уехали довольные. Сергей попросил их держать увиденное в тайне и сказал, что дней через пять они будут готовы.
Как-то раз, проходя мимо кучки бойцов в минуты перерыва, Сергей услыхал:
– Ну что, парни, после бегов и скачек по болоту эта маршировка – просто развлечение, – сказал один боец.
– Да так-то оно так. Только надоедает немного. Все топчемся и топчемся, – возразил другой.
– Да, ладно, заныли. Сейчас вот «крякнем» по маленькой и пойдем орать «кря – кря», – сказал третий.
Сергей даже остановился после этих слов. Где-то уже слышал это слово «крякнуть». И вспомнил, что было это в том его другом далеком мире, в студенческом отряяде.
Через пять дней привезли форму для всех и оружие с уведомлением, что церемониальный марш назначен через шесть дней.
И вот этот день настал.
На центральной площади на специально построенном помосте сидела королевская семья и стояла знать. Народ заполнил все околоплощадное пространство, а самые предприимчивые залезли на крыши ближайших домов.
Трижды протрубили фанфары. Замолк говор. И под ритмичные удары барабана отряд вышел из соседней улицы на площадь. Вышел и остановился. Затем раздалась команда, и отряд пошел, чеканя шаг.
Впереди шел Сергей, сзади шли Бару, Оксол и между ними Релакс с королевским знаменем в руках. Затем шли две пятерки Диклака и остальной отряд. Не доходя до трибун, тамбурмажор приподнял вверх бунчук, и, не нарушая строя, зазвенела задорная строевая песня: