Виктор Ягольник – Дорога через мертвое поле. Приключенческий роман. Продолжение книги «Полет в новый мир» (страница 6)

Через час – полтора будет привал, и я вызвал начальника СБ.

– Подготовьте палатку для допроса пленных и составьте план допроса.

– Такими вопросами у нас обычно занимаются службы рангом ниже.

– Вас здесь трое. Вот и делите полномочия. Вы в экипаже, а не в своем департаменте. Жду через полчаса с докладом о выполнении. Через полчаса они доложили план допроса, и я уже почти согласился. Когда вдруг вклинился Бару и предложил провести допрос пленных на привале по своей методике.

– Я подготовил для них сюрприз, да и вам будет интересно, – сказал он.

– А что за сюрприз?

– Ну, это уже будет не сюрприз, если я скажу.

– Ладно, – сказал я, улыбаясь, – с интересом жду привала.

ДОПРОС

Когда на привале закончилась суета по обживанию нового места, я напомнил Бару о его обещании.

– Давно я сюрпризов не видел – показывай! – сказал я и подозвал еще других командиров групп.

Почти рядом с дорогой лежало несколько камней. Вот на них мы и посадили наших пленников, но без «высокого и активного». Вначале наш доморощенный переводчик завел с ними общий разговор. Пленники оживились на этой бытовой теме и активно включились в разговор.

Но стоило только спросить, почему они за нами следили, сколько их здесь, и где находится их племя, как они сразу потускнели и замолчали. Мы молча стояли в стороне и наблюдали за этой беседой.

Молчаливая пауза затянулась, и Бару незаметно махнул рукой. Через какое-то время мимо нас два бойца поволокли стороной под руки четвертого пленного за палатки. Я удивленно посмотрел на Бару. Тот только молча, улыбался.

Наши пленные увидели четвертого, переглянулись, сказали что-то друг другу и замолчали. Вскоре из-за палаток стали раздаваться удары и крики. Душераздирающие крики и стоны избиваемого пленника часто заглушали все остальные звуки. Наш переводчик пытался заговорить с подопечными, но они вжали головы в плечи и только испуганно водили зрачками.

Но вот крики закончились, а потом и стоны замолкли. Ну, как бы захрипели и вдруг захлебнулись. По знаку Бару подошли 4 бойца и под руки потащили наших подопечных. Мы пошли за ними. Там за палатками между буграми, среди пожухлой травы почти в луже крови лежал четвертый пленник.

Рубашка на нем была вся разорвана, а на теле было видно множество колотых и резаных ран. Лицо его было все разбито и залито кровью. Он уже не дышал. Да на нем просто живого места не было!

Когда к лежащему пленнику начали подталкивать наших несговорчивых, то они упали на колени и стали умолять, чтобы их не убивали. Ужас увиденного исказил их лица. Тот, который был меланхоличным, стал что-то мычать, а рыжий с криком упал на землю.

– Я все скажу! Только не убивайте! Я все знаю! Я все скажу!

По знаку Бару его подхватили конвойные и увели в палатку. Мы тоже пошли за ними. Сзади раздался душераздирающий крик «меланхолика». Он думал, что его сразу убьют. А рыжий, услышав этот крик, приостановился на миг и криво улыбнулся.

Рыжий оказался очень разговорчивым парнем и ответил на все наши вопросы, если не сказать больше.

И все оказалось намного проще, чем мы думали.

У них постоянно в степи находятся дозорные конные разъезды. Ну, как бы они несли здесь службу по вахтовому методу. Как только запылит степь – значит кто-то едет. Первые день—два они сопровождают караван, а затем похищают кого-нибудь из него.

Так они узнают все о товаре, и если это входит в перечень их интересов, то они подают своим сигнал. Если караван от 20 до 50 человек, зажигается один дым, если до 100 человек – два дыма, а если до 150 и более – 3 дыма.

Эти сигналы практически через два-три часа доходят до поселения их племени. В нашем случае они зажгли три костра. Пока караван двигался, там уже готовилась встреча. У входа дороги в лес на деревьях прячутся наблюдатели, которые предупреждают о приближении каравана.

Почему они закрывают лицо повязками?

Все дело в том, что это Поле Злых Духов. Здесь они отдыхают и не любят, чтобы их тревожили чужие. Поэтому над Полем Духи распылили в воздухе волшебный запах. При вдыхании этот зараженный воздух вызывает болезнь, которая ослабляет тело и убивает душу.

Наши шаманы договорились с Духами Поля, и они подсказали, что если носить увлажненный платок на лице, то он задержит этот запах, вызывающий такую болезнь. Причем, уже на вторые сутки нахождения в лесу болезнь ослабевает и потом заканчивается. Поэтому они всегда нападали на караваны на рассвете следующего дня после прихода из степи.

– Но вы все заболеете, и вас все равно убьют. Так было всегда, – сказал рыжий, – а воинов там раз в пять больше вас.

И еще мы узнали, что они из племени кукчи.

Были еще вопросы, но, главное, мы знали ответы на вопросы: кто, где, когда.

Потом наш переводчик говорил с «меланхоликом», но тот ничего нового не добавил. Правда, когда его спросили, почему они слушаются их высокого сородича, то выяснилось, что тот был четвертым сыном вождя племени. И что после того, как умер старший сын (все говорят, что его отравили), Олаф попросился у вождя уехать командиром дозорных в степь, так как боялся, что и его убьют или отравят.

Вождь не хотел его отпускать, так как Олаф был хорошим воином, его уважали, с ним советовались. Но это не нравилось его братьям, так как вождь был старый, и Олаф мог помешать им при утверждении нового вождя старейшинами.

Я еще не знал, как использовать эту информацию, но приказал, чтобы Олаф ни с кем из своих не общался, а обращаться с ним надо вежливо и тщательно охранять. Ну, раз воин хороший, то и сбежать сможет.

Результаты допроса меня взбодрили, нет, просто окрылили, и я хотел это и другое обсудить с Бару, но он куда-то ушел. Я пошел по лагерю и вдруг услышал, как Бару за палатками с кем-то громко разговаривает и даже спорит. Я подошел ближе и прислушался. Там в окружении трех бойцов стоял Бару и пытался в чем-то их убедить.

– Послушай, начальник, ведь мы же договаривались? – спрашивал Бару один из бойцов.

– Договаривались! – сказал Бару.

– Ты обещал бочоночек «Тутти»?

– Обещал!

– Ну, и где он?

– Да дам я вам этот бочоночек в крепости.

– А вообще-то мы на бочонок спорили.

– . Нет! За бочоночек!

– Да какая разница как называется!

– А большая! Вы не хитрите! Ведь есть бочоночек, затем бочонок и потом просто бочка. Так я обещал бочоночек.

– Все равно! Такого уговора не было. Где крепость, а где мы. Да вдруг завалят нас сегодня или завтра, так хоть «Тутти» попьем. Ведь не зря пишут во всех поиловках – «Сегодня Тутти, а завтра Тама».

Я не выдержал и подошел к спорящим. Тем более я уже знал, что «Тутти» – это что-то вроде нашего дешевого крепленого вина типа «Солнцедар», которое справедливо у нас в народе называли «бормотухой» или «краской для забора».

– Парни, о чем шумим? – обратился я ко всем сразу.

– Да вот Бару попросил нас поучаствовать в вашем допросе. Мол, надо того убитого разрисовать так, чтобы все выглядело натурально. Ну, мы и согласились за бочоночек «Тутти», – сказал один из троих.

– Как звать?

– Немиз!

– И что вы для этого сделали?

– О! Командир! Сначала мы поймали кролика в степи. Затем обработали соответственным образом тело и «морду» убиенного. Облили его и перемазали все кровью кролика. Ну, а потом по команде Бару вот Ламик и Стрепс били палками по одеялам, а я кричал, как только мог. Я очень старался, чуть горло не сорвал. Вроде ничего получилось! Все поверили!

Сначала я хохотал до слез и все тоже, а потом остановился и обратился к Бару.

– Так в чем вопрос? Ведь действительно парни хорошо сработали, и все удачно получилось. Вряд ли бы без такого представления наши пленники раскололись.

– Да я не отказываюсь! Я им в крепости отдам, а здесь они перепьются. И какие они завтра будут на марше?

– Да, не боись, командир. Будем как огурчики!

– Ага! Маринованные! – выкрикнул с досадой Бару.

Я тут не выдержал и вмешался в их перепалку.

– Бару, ты не прав в том, что не договорился, где будешь отдавать бочоночек. Но прав в том, что на марше пить нельзя. Ребята, поймите, нас всех остальные группы тогда сразу разорвут на части!

– Так и знали, что ничего не выйдет, – сказал Стрепс.

– Я ж вас предупреждал, а вы ему поверили, – поддержал его Ламик, – зря только потели над одеялами.

– Да, намахались так, что и копье не поднять, – поддакнул им Стрепс.

– Ладно, ребята, не горюйте. Бару по приходу даст вам два бочоночка и от меня один. Слово командира. Согласны?

– Так это же другое дело! По бочоночку на каждого! Вот это здорово! На всех хватит! Вот упьемся! – закричали обрадованные бойцы.