Виктор Воробьев – По ту сторону ПравоСудиЯ (страница 4)

В итоге мы все сделали по законам жанра (буклеты, билборды, наклейки на транспорте, заметки в газетах и многое другое) и успешно проиграли кампанию. Это был полный крах надежд и планов. Надо сказать, что в запале проведения предвыборной кампании мы настолько уверовали в возможность победы, что поражение, которое на самом деле было закономерным для таких новичков и дилетантов, показалось нам чем-то неестественным. В результате мы остались без денег, с долгами и с отчаявшейся командой единомышленников. Немного утешало то обстоятельство, что победил кандидат «Против всех». Мы заняли двенадцатое и тринадцатое место в списке кандидатов. Через два месяца были назначены перевыборы.

Донской же, в отличие от нас, выиграл с ошеломляющим отрывом от других кандидатов, чем создал в городе сенсацию и вызвал полное смятение в правящих верхушках. Его победа не нужна была никому ни в городе, ни в области. Своей победой он ломал исторически сложившуюся вертикаль власти в регионе и являлся угрозой для финансово-олигархических структур и кланов. У нас оставался шанс прийти к Донскому и попросить его поддержать нас на перевыборах. С его рейтингом и с его поддержкой среди населения он мог бы просто указать на нас со словами «Эти парни нужны мне в горсовете, поддержите их», – и мы бы легко прошли. Именно так мы и сделали. Мы пришли к Александру, поздравили его с победой и стали обсуждать возможные варианты сотрудничества. Однако Донской в свойственной ему прямой манере объяснил нам, что в данной ситуации он прекрасно осознает возможность провести в горсовет кого угодно, и ему нет никакой надобности проводить именно нас, поскольку мы не являемся стопроцентно его людьми и конечно же не согласимся выполнять все его распоряжения. Тут он был абсолютно прав. Более того, он попросил нас не идти больше под эгидой его команды, а лучше вообще не идти и не мешать проводить его людей. В итоге он повел совершенно других людей по нашему округу, и нам пришлось виртуозно изощрятся перед избирателями, объясняя, почему теперь мы не являемся одной командой с вновь избранным мэром-реформатором. С этого и началось его прагматичное во всех смыслах этого слова правление в городе. Естественно после этого наши с ним отношения стали прохладными, если не сказать враждебными.

Несмотря на такой удар и еще одно препятствие, мы все же решили идти до конца, хотя это была абсолютно авантюристичная идея, скорее, шаг отчаяния. Поскольку денег у нас не осталось, нам было нечем платить людям и не на что делать предвыборные материалы. Вариантов было немного. Мы решили распечатать на принтере объявления о том, что мы будем приходить на встречи с людьми в каждый двор своего округа в течение оставшихся до выборов двух месяцев, лично выслушивать все проблемы людей, а также предлагать конкретные пути и сроки их решения. Вечером после работы мы расклеивали объявления по нескольким дворам, а на следующий день мы шли в эти дворы. Сначала люди с недоверием относились к нашему приходу. Мы вставали, как правило, посередине двора, к нам подходило по паре человек, потом подтягивались еще несколько, потом выходили те, кто смотрел в окна и так далее. Затем начиналось самое интересное. На нас просто налетали с негодованием, злостью, ненавистью ко всем депутатам в нашем лице, нас обвиняли, называли ворами, хапугами, люди вываливали все свои беды и проблемы, нас вели в квартиры и заставляли лезть в канализационные трубы, в гнилые воздуховоды, заглядывать под полы, нюхать вонь в квартирах, смотреть на гнилые стены деревянных домов и многое другое. Ежедневно мы проводили по нескольку встреч. К концу второго месяца организм не выдержал, и я слег с температурой.

Все это было очень тяжело. Тяжело было больше не физически, а морально. Как мы могли объяснить людям, почему так происходит? Как мы могли убедить их в том, что можем что-то изменить, если мы и сами не знали этого. Но одно мы все же пообещали и слово свое сдержали. Мы создали приемную в округе и каждый дом выбрал ответственного представителя от своего дома. Люди всегда могли рассказать нам о всех своих бедах и проблемах, а мы сразу подключались к их решению без бюрократических проволочек. Приемная существует и по сей день, и эта схема взаимодействия работает как часы. Стоит ли удивляться, что мой брат уже больше 17 лет является депутатом, и никто ни в одну из предвыборных кампаний не мог даже близко соперничать с ним в округе, не зависимо от какой партии он шел, и кто его продвигал. При этом никаких специальных предвыборных действий он не предпринимает и не выбрасывает деньги на буклеты и другие рекламные материалы, которыми заваливают людей его конкуренты.

Как вы уже поняли, в результате мы победили на выборах. Причем победили с приличным отрывом от соперников. С нами в тройку попал еще один очень приличный и честный человек, поэтому у нас была идейно очень сильная команда депутатов от округа. После выборов очень многие из бывших кандидатов пытались узнать, как нам это удалось, откуда у нас административный ресурс, кто за нами стоит, с кем надо договариваться о принятии того или иного решения, и какие наши интересы в городе. Они сильно удивлялись, узнав, что мы полностью самостоятельны и никого за нами нет.

После этого мэр попытался наладить с нами отношения, предлагая сотрудничество в продвижении его вопросов, но отношения были уже испорчены, и мы согласились поддерживать его инициативы, но только в том случае, если они нам покажутся правильными и не будут расходиться с нашими представлениями о необходимых изменениях. На этом мы с ним и расстались. Как я узнал позже, он затаил на нас сильную обиду. Его люди не прошли ни по одному из округов, поэтому он не имел никакой поддержки своих решений в горсовете. Ему приходилось договариваться с депутатами, которые в большинстве своем представляли «старую» гвардию и не хотели поддерживать его в начинаниях, какими бы они благими не были. У них была одна задача – подмять его под себя и под областные власти. Все это потом окажет влияние и на мою судьбу, поскольку все мое дело будет являться элементом борьбы за сферы влияния в городе между горсоветом, мэром и областной администрацией. Примерно через год, уже после случившегося со мной, будет большой скандал на всю страну, и мэра Донского бесславно вынесут под съемку на видеокамеры в одних трусах из своего дома и из политики навсегда.

Ну а мы начали выполнять свои обещания перед людьми и задавать тон в инициировании изменений в городе. Это не всем нравилось даже среди депутатов, поскольку на нашем фоне им тоже приходилось работать с людьми в своем округе, а это было не принято. Я лично много встречался с жителями города, общался, выслушивал, помогал им в решении насущных проблем, подсказывал выходы из всевозможных тяжелых жизненных ситуаций – одним словом, жил насыщенной общественной жизнью, не считаясь с личным временем и интересами. Я чувствовал себя полезным и нужным людям, и это доставляло мне огромное моральное удовлетворение. Я понял, что это то, чем я хотел бы заниматься в жизни, поэтому и стал уделять общественной работе гораздо больше внимания, чем всему остальному.

Еще на стадии предвыборной кампании я впервые столкнулся с «черными» технологиями, потоками грязи и черни, с завистью друзей и ненавистью соперников, с закулисными интригами политиков и кандидатов в депутаты. Именно тогда я приобрел первых настоящих сильных и могущественных врагов. Тогда я впервые окунулся в грязь и болото политики, но меня это не остановило, а наоборот подтолкнуло к познанию и завоеванию чего-то неизвестного и недоступного. Да и желание быть причастным к изменениям в городе и хоть что-то изменить к лучшему в жизни людей подталкивало меня вперед.

Справедливости ради надо отметить, что только родителей нисколько не радовали мои новые интересы и желания. Мама как будто предчувствовала беду и всеми возможными способами пыталась отговорить меня от этой затеи, понимая, во что я ввязываюсь. Но разве мы слушаем кого-то, когда цель так близка и ты полон сил и энергии перевернуть этот мир или, как минимум, изменить его к лучшему? Тем более, не буду кривить душой, мой новый социальный статус мог помочь мне ощутимо улучшить и развить дела моей собственной компании, а также защитить ее от нападок конкурентов и власть имущих нашего города. К тому времени такие попытки уже неоднократно применялись. В приобретении статуса депутата я видел в том числе неплохой вариант одним выстрелом убить нескольких зайцев.

Все произошедшие события, о которых я хочу вам рассказать, неразрывно связаны с процессами, происходившими в то время в государстве. А в государстве активно шла кампания по борьбе с коррупцией, и под эту кампанию заинтересованные лица на разных уровнях власти убирали различных неугодных лиц. Чего стоили одни только повальные аресты мэров по всей стране. Естественно, что и следственные органы, и прокуратура, и суды были заинтересованы в громких делах в регионах в угоду политике, проводимой центральной властью. Таким образом происходила спайка интересов различных политических группировок, региональных финансовых групп и властных структур. При помощи такого совпадения интересов в дальнейшем я смог ощутить на себе все прелести нашего «правосудия», а заодно столкнуться со всеми фактами, описанными в этой книге.