Виктор Винничек – Подаренная жизнь (страница 3)

– Прошу принять временно на работу в качестве прораба. Будешь получать двести рублей в месяц

– Ты когда у нас работал, заполнял анкету?

– Да.

– Года ещё не прошло, значит не надо писать новую анкету.

– Ты, что там написал в графе образование?

– Незаконченное высшее.

– Молодец! Значит через месяц, если будешь хорошо работать, приказом по управлению переведут тебя начальником участка. Ставка свободная. Будешь получать на двадцать рублей больше. Так распорядился управляющий.

Так всё и получилось. Корпус был сдан в срок. Свободное время в основном у меня получалось вечером. Я надевал ласты и уплывал один, в лучах заходящего солнца, на два часа далеко в море на встречу с дельфинами и сторожевыми патрульными кораблями, как получится. При строительстве нового корпуса правительственного санатория, я получил колоссальный опыт инженера строителя. Меня ждала завидная карьера и объекты по всему Черноморскому побережью.

В институте я до последнего принимал активное участие в спортивной жизни факультета и института. Был не плохим наподдающим в сборных командах института по футбол, и ручному мячу. Бегал кроссы, и ходил на лыжах за факультет. Даже, иногда, был разыгрывающим в сборной факультета по баскетболу, не смотря на свой малый рост. Играл в шахматы за факультет. В футбол я играл ещё с детства, а все остальные навыки приобрёл уже в школе от физруков, которые приезжали к нам по распределению после окончания физкультурных факультета, имели разную специализацию. Они менялись у нас, как перчатки, отработав свой срок по распределению, уезжали. И каждый из них таскал меня по соревнованиям, как более обучаемого. По инерции я продолжал заниматься этими видами спорта в институте. Я расходовал за день столько энергии, что съедать за завтраком и обедом по два вторых блюда вместе со стаканом сметаны. Два беляша на большой перемене между лекциями, для меня стало нормой.

Ректор любил спорт и сам заботился о своих спортсменах. Раз в семестр он бесплатно отправлял отдельных спортсменов на месяц в лечебный профилакторий, чтобы поддержать бедных студентов. Спасибо ему за это. Это всё же лучше, чем разгружать вагоны. Этим я занимался два первых года, когда не хватало стипендии. Я уже оканчивал дипломный проект, когда по наводке тренера мастера спорта Школьникова Олега, который вел у нас обязательный факультатив по вольной борьбе, мне пришлось побороться за институт. Ректор попросил меня съездить в Минск на соревнование по вольной борьбе между вузами республики. Дело в том, что парень моего веса, который профессионально занимался борьбой, тяжело заболел, после поездки на соревнования за границу и тренеру не было кого в этом весе везти на соревнования.

Боролся я не плохо, и вес только у меня одного последние два года из группы не менялся. Тренер решил меня зачислить в команду, зная, что не будет проблем со сгонкой веса. До этого я никогда не принимал участия в соревнованиях по вольной борьбе на таком высоком уровне, но ректору я не мог отказать, ведь он сделал для меня столько хорошего. Неожиданно для себя вышел в финал, и заставил себя последние две схватки бороться с повышенной температурой. Эта поездка изменила мою судьбу. Оказывается на соревнованиях, я умудрился подхватить редкий для того времени Гонконгский грипп. Не зря говорится, что за всё надо платить.

Последствие болезни, осложнение на сердце, воспаление сердечной мышцы, блокада Левой ножки пучка Гиса. На печень и почки тоже были осложнения. Врачи в Гомеле в железнодорожной больнице месяц боролись за мою жизнь. Беда не приходит одна. Учитывая несколько трагических событий у моих друзей в последние три семестра моей учёбы, я не смог дальше жить в городе Гомеле. Отказался учиться в предложенной мне аспирантуре. Из-за болезни я явился в Дорстройтрест на шесть месяцев позже. За это время я успел жениться, и вынужден был уехать по распределению с молодой женой в Куйбышев, там доли нам комнату с соседями в трёхкомнатной квартире. До призыва в армию я успел сдать профилакторий «Березка» в Куйбышеве на берегу Волги.

Глава 2. Встреча с Пугачёвым.

Пугачёв Валентин Иванович приехал нежданно с проверкой. В округе было много разных объектов, сдать наш он уже не надеялся. Полковник не был здесь месяц, потому что понимал, до осени здесь делать нечего. Да и капитан Машнов Игорь Николаевич наверное расписался в своём бессилии, потому и не звонит. Он вышел с уазика не доезжая части, и зашел на объект с тылу, минуя проходную, а машину отправил в часть.

В это время мы со старослужащими монтировали очередную арку и не обратили внимания на гостя. Работа кипела: делали фундаменты под внутренние кирпичные стены и перегородки, заканчивали возведение наружной торцевой стены из бетонных блоков. Заливали полы и устанавливали в них закладные детали под оборудование, делали наружную гидроизоляцию арок из горячего битума и стеклоткани, и ни одного офицера поблизости. После строительства канализации, стройкой по распоряжению капитана командовал я. У солдат старослужащих я пользовался большим авторитетом, мои команды они исполняли. У них появилась надежда уйти на гражданку в первой партии. Я уже два раза по выходным съездил к жене в увольнение. Мы ждали ребенка. Полковник долго наблюдал за нами, пока не появился капитан. Ему доложили с проходной, что появилась машина полковника, и он побежал сначала туда. Только потом, узнав от водителя, что полковник сошёл, не доезжая части, прибежал на стройку. Капитан подбежал, посмотрел на нас, вытянулся по стойке смирно и подал команду:

– Рота смирно!

Затем подошёл к полковнику строевым шагом и отдал честь. Мы исполнили команду.

Полковник:

– Вольно!

Капитан повернулся к нам и отдал команду:

– Рота вольно! Продолжить работу.

Они поздоровались за руку. Полковник:

– Молодец! Такие сдвиги. Я доложу генералу. Хорошо устроился ни одного офицера, а солдаты работают да как! Я здесь десять минут стою, меня даже не заметили, душа радуется. Я всегда в тебя верил и приводил в пример другим командирам, говорил: «Поучитесь у капитана Машнова у него порядок в части».

Военные спустились в котлован и продолжили разговор:

– А офицеры твои где?

– Готовят к монтажу оборудование. Что им здесь торчать, без дела. Надо сроки навёрстывать,– пояснил капитан.

Они прошли мимо приёмного колодца, в это время сработала автоматика, и включился насос. Вода по гофрированной сто миллиметровой трубе начала подниматься с колодца и выливаться в дести метрах от котлована в деревянный лоток и уходить самотёком дальше по склону не повреждая траву. Полковник осмотрел стройку не нашёл замечаний, и ещё раз подошёл к приёмному колодцу. В это время сработала автоматика и насос отключился.

– Кто придумал? – Спросил полковник.

– Да есть тут у меня один солдатик,– нехотя ответил капитан.

– Позови мне его сюда, я хочу с ним побеседовать.

Капитан подозвал меня к себе. Я подбежал, отдал честь, стал по стойке смирно и произнёс:

– Товарищ капитан, рядовой Солнечный по вашему приказанию прибыл!

– Товарищ полковник хочет с тобой побеседовать,– произнёс капитан.

Я повернулся в сторону полковника, щёлкнул грязными сапогами, подчеркнул стойку смирно.

– Внимательно вас слушаю,– произнес я.

– Давно служишь?– Спросил полковник.

– Никак нет, товарищ полковник. Скоро два месяца будет,– ответил я.

– Ты придумал? – Спросил полковник и показал на насос.

– Так точно. Мы с товарищем капитаном сделали,– ответил я.

– Тебя здесь не обижают? – Поинтересовался полковник.

– Никак нет, товарищ полковник,– ответил я.

– Образование? – Поинтересовался полковник.

– БИИЖТ, факультет ПГС, инженер-строитель,– ответил я.

– Я хочу забрать тебя к себе, в штаб округа в Куйбышев будешь работать со мной. Как ты на это смотришь?

– Я не против переезда, как же товарищ капитан, ему ведь надо сдавать объект? – Спросил я.

– Хорошо, оставляю тебя ещё на неделю. Через неделю приеду сам с проверкой или пришлю за тобой машину. А капитан сейчас костьми ляжет, но объект сдаст, в срок, и досрочно получит звание майора, я его знаю, – похвалил капитана полковник.

Три дня спустя, у меня заболел зуб. Он у меня болел и на гражданке. Первый раз заболел он давно ещё в стройотряде, я тогда ночь не спал, а утром пошёл к врачу в местный здравпункт. Где молодая женщина – врач просверлила мне дырку в зубе, и заложила туда мышьяк, на следующий день она удалила из него нерв, и поставила временную пломбу, и велела прийти через неделю, если зуб не будет болеть, то она поставит постоянную. Когда я пришёл, то моего врача не было, оказывается, сегодня ночью её увезли в больницу с приступом аппендицита. Там была молоденькая симпатичная девушка. Я видел её и первые разы, она лечила пациентов на соседнем кресле, но я выбрал врача постарше.

– От судьбы не уйдёшь! – Сказала девушка, когда я сел в её кресло.

Она была моя сверстница. И пока ставила пломбу, она умудрилась рассказать всё о себе, мне заезжему студенту. Она родилась в Гомеле, после восьми классов окончила зубопротезный техникум и сейчас работает в этой дыре, хотя она заслуживает не такой участи. Работала она медленно. Постоянно совало в дупло иголки, и говорила:

– Лучше потерпеть сейчас, чем оставить корешок нерва. Потом, что – то щёлкнуло в дупле зуба.