Виктор Урвачев – Лётная книжка лётчика-истребителя ПВО (страница 44)

Изучив эти материалы, он пришел к выводу, что цифры побед немецких летчиков разошлись по всему миру из книг американских авторов Толливера и Констебля. Александр Щербаков отмечает, что «книги эти изобилуют грубыми ошибками и выдумками, говорящими о полном незнании авторами условий и реалий советско-германского фронта. На них лежит печать холодной войны. Источник этих книг очень сомнительный». Кстати, из этих материалов «выяснилось, что Хартман и Покрышкин воевали в одних местах и даже встречались в воздухе. <…> Хартман очень высоко отзывался о Покрышкине и сказал, что дважды уклонился от боя с ним».

Вместе с тем Щербаков пишет: «Отрицая явно завышенное число побед немецких асов, я не подвергаю сомнению их профессиональное мастерство и их боевой дух». Урвачёв, рассказывая о воздушных боях под Москвой, тоже считал: «Мы столкнулись с сильным, жестоким и неглупым врагом».

Внимательное и непредвзятое изученис реальных воздушных боев советских летчиков с «экспертами» люфтваффе, якобы имевшими на своем счету десятки и сотни побед, дает объективную оценку соотношения их сил. Это наглядно было показано исследованием по советским и немецким документам истории истребительной эскадры JG54 «Grunher» – «Зеленое сердце», герб Тюрингии.

Эскадра JG54 «признана немецкими историками лучшей из всех соединений Люфтваффе. «Grunherz» известна низким уровнем потерь в воздушных боях II мировой войны». Однако в 1941–1945 гг., при штатной численности 112 человек летного состава, она потеряла в воздушных боях с советскими летчиками 416 пилотов, из которых 63 имели на счету более тридцати побед, а 24 из них – больше, чем сбитых самолетов у Ивана Кожедуба.

Пилотам эскадры «Grunherz» противостояли летчики Волховского и Ленинградского фронтов, а также Балтийского флота. Одним из самых результативных среди них был Герой Советского Союза, подполковник В.Ф. Голубев, который лично сбил 17 самолетов и 15 – в групповых воздушных боях. В числе сбитых им пилотов эскадры «Grunherz» были Г. Лооз (92 победы), Х. Бартлинг (67 побед), Х. фон Бюлов (61 победа) и А. Детке (33 победы).

Своеобразный квалификационный воздушный бой провел 7 октября 1942 г. у озера Ильмень младший лейтенант Зайцев. После двадцатиминутного поединка он сбил командира эскадрильи из эскадры «Grunherz» Йоахима Ванделя, имевшего к тому времени на своем счету 75 побед. Зайцев в этом бою сбил свой первый самолет противника, счет которых он в последующем довел до двенадцати.

Имеется опубликованная фотография с подписью: «Штаффелькапитан 5/JG54 обер-лейтенант Вандель (в центре) с пилотами своего штаффеля (эскадрильи. – В.У.). До конца войны не доживет никто». Действительно, из 112 пилотов, начинавших войну в составе эскадры, в конце ее остались в живых только четверо.

Разница в результативности летчиков-истребителей люфтваффе и ВВС РККА объяснялась также различием в тактике (в ответе Урвачёва – «как сбивать»). У советских асов она была нацелена на общую победу, у «экспертов» люфтваффе – на личный результат. Они вылетали в основном на «свободную охоту» и искали отставшие от строя и другие одиночные или поврежденные самолеты, зазевавшихся или раненых летчиков. При этом, как пишет Георгий Урвачёв, «немецкие истребители избегали боя, если не имели численного превосходства, нападали внезапно, используя облака, солнце, и уходили, не ввязываясь в бой».

У него самого, как следует из летной книжки, за войну было только три вылета на охоту, и сотни – на прикрытие войск, объектов и сопровождение ударных самолетов, в которых не следует ввязываться в бой с противником, а стараться его отогнать. При вылетах же на штурмовку и разведку было необходимо вообще избегать встречи с противником. Закрывают тему «рекордных» достижений «экспертов» люфтваффе исследователи, использовавшие современные моделирующие комплексы, «в «память» которых можно заложить характеристики и поражающие возможности любого самолета, а также разыграть эпизод группового боя <…>. В ходе имитационного моделирования наши самолеты выстраивались в боевых порядках, считавшихся в конце 1943-го и в 1944 г. типовыми. Ни один из <…> рекордов немецких асов подтвержден не был, не удалось даже близко подойти к выданной <…> результативности».

Урвачёв не лукавил и когда говорил, что сбил больше самолетов, чем значится «подтвержденных» на его счету. В связи с этим вспоминается то, что он как-то рассказал:

– Мы парой шли в разведке бреющим полетом над лесом. Вдруг – поляна и на ней взлетная полоса, по которой бежит «Хеншель-126» – немецкий двухместный разведчик и корректировщик, который летчики называли «костылем». Я нажал гашетку пулеметов, а в следующий момент мы опять были над лесом, и я даже не заметил, попал или нет.

Хотелось посмотреть, что получилось. Однако этот полевой аэродром наверняка был прикрыт зенитными «эрликонами», которые просто не успели на нас среагировать, а теперь, конечно, были наготове. Поэтому мы скрытно, над самыми верхушками деревьев развернулись, зашли с другой стороны, перед поляной сделали горку и увидели такую картину: «хеншель» стоит, уткнувшись носом в землю и хвостом кверху, а по полосе от него бегут два немецких офицера, высоко вскидывая ноги и перебирая руками.

Сверху это выглядело так комично, что я не выдержал и рассмеялся. Конечно, надо было добавить в эту картину еще пару пулеметных очередей, но какая может быть война, когда смешно, и я не нажал гашетку. А «эрликоны» затявкали нам вслед, когда мы были уже далеко.

На вопрос, записали ему на счет этот «хеншель» или нет, Урвачёв отвечал:

– А я и не докладывал, что его атаковал. В разведке это запрещено. Да и кто подтвердит? Свидетельства ведомого было недостаточно.

О результатах боевой работы летчиков полка и о наградах

В 1941–1944 гг. Урвачёв совершил 472 боевых вылета на патрулирование, прикрытие объектов и войск, на перехват противника, разведку, штурмовые действия и на охоту, провел 22 воздушных боя, сбил четыре самолета противника лично и семь – в групповых воздушных боях. Таким образом, он внес достойный вклад в боевую работу 34-го полка, на счету которого было 7811 боевых вылетов, 241 воздушный бой и 109 сбитых самолетов противника (по другим данным – 125).

Это 15 % всех воздушных побед 6-го иак ПВО, хотя на полк приходилось едва 4 % сил и средств корпуса, в составе которого уже к августу 1942 г. были 21 полк и 700 истребителей. Заслуживают внимания индивидуальные результаты летчиков, из которых восемь стали асами, то есть имели на своем счету пять и более сбитых лично самолетов противника.

А тринадцать летчиков полка значатся в списке наиболее результативных советских летчиков-истребителей Великой Отечественной войны, у которых общий боевой счет составляет не менее пяти сбитых самолетов и, в их числе, две и более личных побед (в списке указывается количество сбитых летчиком самолетов противника – лично/в группе):

Александров Н.А. – 7/1, Платов С.И.* – 6/9, Байков С.Д.* – 5/6, Потапов А.Н. – 2/3, Букварёв К.П. – 2/5, Сельдяков Ю.С. – 3/6, Киселёв В. А.* – 7/4, Тараканчиков Н.Е. – 5/8, Коробов В.Ф. – 9/8, Тихонов С.Ф.* – 6/2, Мирошниченко Н.Ф. – 4/3, Урвачёв Г.Н. – 4/7, Найденко М.М.* – 7/14.

* Часть самолетов сбита в составе других истребительных авиационных полков.

Это почти половина летного состава полка по штату, что удивительно, так как, согласно мировой статистике, более 80 % летчиков-истребителей, принимавших участие в боевых действиях за всю историию авиации, не сбили ни одного самолета.

Герой Советского Союза Е.Г. Пепеляев (о нем рассказ впереди) так объясняет это: «В воздушном бою, как в спортивных играх, имеются «нападающие» и «защитники». По его мнению, «нападающие», как правило, ведущие групп, «забивают», то есть сбивают самолеты противника, а остальные летчики – «защитники» – их прикрывают. Поэтому в полку периодически сбивают самолеты противника один-два летчика, эпизодически – три-четыре, остальные летчики – очень редко, а некоторые из них вообще не сбивают.

Следует добавить, что, получив летную и боевую подготовку, а также одержав первые победы в 34-м полку и перейдя затем в другие полки, многие летчики стали асами. Это Михаил Барсов (6/2), Иван Бахуленко (7/0), Иван Водопьянов (6/3), Леонид Кальян (6/3), Павел Калюжный (7/10), Василий Корень (13/4), Дмитрий Ледовский (5/0), Анатолий Лукьянов (8/5), Иван Матюшин (5/1), Григорий Федосеев (11/6) и Николай Щербина (7/14).

Существенно для оценки боевой работы летчиков полка то, что, по мнению исследователей, «специфика применения истребительной авиации предоставляет воздушным бойцам неравные условия для самореализации. Не все летчики-истребители имели возможность отличиться – так, гораздо меньше шансов для наращивания боевого счета были у истребителей ПВО».

Тем не менее видно, что летчики полка воевали результативно, и, вопреки статистике, половина их штатного состава регулярно «забивала». Но и цена этих побед была немалой. За время войны в боях и авиакатастрофах погибли девятнадцать летчиков, и только восемь из них похоронены на кладбищах в Клину, Ржеве, Кубинке, Москве и Одинцово. Остальные просто «не вернулись с боевого задания» и «пропали без вести в боях против немецко-фашистских войск», как писали о них в донесениях.