Виктор Старицын – Николай-I Завоеватель (страница 47)

Соответствующие указания были направлены во все корпуса русской армии. Однако, Михаил приказал командирам корпусов преследовать отряды башибузуков до их полного уничтожения. Уж слишком башибузуки отличились зверствами по отношению к мирному не турецкому населению.

34. Реал политик.

18 июля императору Николаю был доставлен договор с Османской империей, подписанный Михаилом. Николай в этот же день вечером созвал Синклит. Договор был признан собравшимися максимально выгодным для России. Лучшего и желать было нельзя. Николай подписал его без дополнений и поправок. Всем было ясно, что европейские державы такого изменения «статус кво» в пользу России не потерпят.

После детального обсуждения, опираясь на данные разведки и министерства иностранных дел, Синклит решил, что осенью следует ожидать столкновения с объединенными флотами европейских держав на Балтике и в Эгейском море. Генштабу решили поручить детальную подготовку этого вопроса.

Решили, что к серьезной войне на суше великие державы подготовиться до зимы не успеют. Следует ожидать лишь ограниченных пограничных конфликтов с Австрией на границах польских земель, и с меньшей вероятностью, в Сербии и Боснии.

В Константинополь подписанный договор прибыл 2 августа. А в штабы всех корпусов — лишь к 7 августа. С этого момента корпусам запрещалось продвижение вперед. Они должны были закрепиться на достигнутых позициях. И обеспечить работу представителей министерства иностранных дел и других министерств с местными властями вассальных государств. Впрочем, на границы Австрийской империи с Сербией и Боснией русские корпуса вышли еще раньше.

По договору Турция лишилась всех своих владений в Европе. Область Восточная Румелия, ограниченная с востока Черным морем, Родопскими горами с юго-запада, Мраморным морем проливами с юго-востока и Балканскими горами с севера, напрямую отходила к Российской империи. Вся эта область с городами Константинополь, Бургас, Андрианополь и Филипполь составляла бассейн реки Марица. Валахия, Молдавия и область Добруджа тоже отходили к России.

Босния, Черногория, Албания, Сербия, Македония, Нагорная Армения и Греция становились государствами, вассальными России.

В Малой Азии к России отходили все черноморское побережье шириной от 50 до 100 верст вплоть до перевалов, ведущих на Анатолийское нагорье с городами Трабзон, Синоп, Зонгулдаг и Самсун, вся провинция Измир, лежащая на побережье Эгейского моря от реки Мендерес на юге и до перевалов на Анатолийское нагорье на востоке с городами Измит, Балыкесир, Бергама, Измир. А также все острова в северной части Эгейского моря: Самос, Хиос, Лемнос, Тасос, Лесбос и другие. Острова Кипр, Крит и все другие острова в южной части Эгейского моря становились вассальным России островным государством с названием Эгения. Со столицей в городе Кандии на острове Крит.

Впрочем, из всех островов, русский флот пока что закрепился только на ближайших к Дарданеллам островах: Самотраки, Гэчкеаде и Лемносе.

Вся восточная часть Османской империи восточнее рек Евфрат и Тигр, включая Армянское нагорье, шириной с востока на запад до 400 верст отходила к Армении, которая становилась вассальным России государством со столицей в Трабзоне.

В Османской империи остались лишь Анатолийское нагорье и средиземноморское побережье, а также вассальные ей Сирия и Египет. Копии договора были вручены послам всех держав, аккредитованных в Петербурге.

Первым на такое резкое изменение баланса сил в мире отреагировал паша Египта Мухамад-Али. После получения сообщения о взятии русскими Константинополя он двинул свои войска, неспешно шедшие на помощь султану Махмуду, вглубь Сирии и к началу августа оккупировал ее всю. Свою армию он остановил только на границе собственно Турции. И сразу же объявил о независимости Египта от Османской империи. Россия вскоре признала независимость Египта. Султан отделение Египта от своей империи не признал.

Получив в середине июля послания султана Махмуда о появлении русских под стенами Константинополя, европейские монархи не слишком обеспокоились. Неприступность стен столицы Османской империи была общеизвестной. Однако, поступившие вскоре донесения их константинопольских посольств о взятии города русскими войсками заставило европейские столицы серьезно взволноваться.

Император Австрийской империи Франц, узнав о появлении на его южных границах русских войск, только что молниеносно разгромивших сильную армию Османской империи, с которой австрияки воевали веками, испугался за судьбу подвластных ему Далмации, Хорватии и Словении. Информация о новом мощнейшем ракетном оружии русских до Вены уже дошла.

Канцлер Меттерних успокоил императора, заверив его в том, что русские в ближайшее время будут плотно заняты освоением огромных, только что, захваченных территорий. Но, порекомендовал привести войска и флот в боевую готовность. И направить послания монархам Англии, Пруссии, Франции и Испании с предложением совместной военной компании против России.

В конце июля — начале августа в столицах великих держав получили копии договора, направленные посольствами из Петербурга. Гнев монархов и правящей аристократии был неописуем. Кабинеты министров предлагали монархам немедленно наказать Россию, отхватившую без согласования с другими державами слишком жирный кусок. Население Российской империи с учетом населения вассальных государств увеличивалось вдвое. Военная сила России вскоре могла стать преобладающей на Европейском континенте. Влияние России на Ближнем востоке и на Балканах становилось подавляющим, что ущемляло интересы Австрии, Англии и Франции.

Король Испании Фердинанд пребывал в бешенстве еще с марта, когда до него дошла весть о том, что Россия второй из европейских держав, вслед за Англией, признала независимость Мексики и успела отхватить себе большой кусок Калифорнии. Парламенты государств один за другим принимали резолюции, просившие монархов наказать наглую Россию, победы которой над Османами угрожали обрушить немалые доходы европейской буржуазии от ближневосточной и балканской торговли.

28 — 30 августа в Париже состоялась экстренная конференция монархов Испании, Англии, Франции, Австрии и Пруссии. Король Испании Фердинанд, император Австрийский Франц, принц-регент Англии Георг, король Франции Карл и король Пруссии Фридрих-Вильгельм договорились в сентябре собрать в порту Палермо на Сицилии объединенную эскадру, разбить русский флот, прорваться через Дарданеллы и Мраморное море к Константинополю, выбить из города русских и возвратить город султану.

Чтобы проучить императора Николая лично, вторую эскадру решили собрать в Копенгагене и атаковать Петербург. В первую эскадру должны будут войти флоты Испании, Франции, Англии и Австрии, а во вторую — Франции, Англии и Пруссии.

К следующему лету монархи запланировали собрать в Венгрии, Словении, Далматии и Хорватии объединенные европейские войска и выбить русских с Балкан и Малой Азии. Султану Махмуду направили сообщение об этой договоренности и пригласили в союзники при штурме Константинополя.

По правилам дипломатического этикета монархи пригласили к себе русского посла в Париже графа Горяинова и вручили ему ультиматум с требованием до 30 сентября восстановить «статус кво», существовавшее до российского нападения на Османскую империю. В противном случае европейские державы грозили объявить 1 октября 1828 года войну Российской империи. В то, что Россия выполнит условия ультиматума, никто из монархов не верил, но приличия следовало соблюсти. Правда, король Пруссии от подписания ультиматума воздержался, ограничившись устными заверениями в солидарности.

35. Сражение в Эгейском море.

К 30 сентября в порту Палермо на Сицилии собрался мощный флот из трех мощных эскадр: французской, испанской и английской.

Французская эскадра под командованием адмирала де Риньи, державшего свой флаг на трехпалубном 106-пушечном линкоре Сципион, состояла из 17 линкоров, 7 фрегатов и 2 корветов.

Испанская эскадра включала в себя 16 линкоров, 1 фрегат и 2 корвета. Командовал эскадрой адмирал де Алва.

Английской эскадрой командовал адмирал Кодрингтон. Под его началом было 19 линкоров, 2 фрегата и 3 корвета.

Не имевшая сильного флота Австрия смогла выставить лишь 2 фрегата и 3 корвета.

Командовать объединенным средиземноморским флотом союзные монархи поручили французскому адмиралу. Флот состоял из 52 линкоров, 12 фрегатов и 9 корветов. Для наземных действий на борту кораблей следовали 18 тысяч морских пехотинцев.

Эскадры мелких государств типа Сардинии, Венеции и Португалии монархи великих держав решили к делу не привлекать, ввиду недостатка времени на дипломатическую переписку. Русских следовало наказать до наступления зимних штормов.

Союзные монархи полагали, что объединенный флот легко выбьет из проливов втрое уступающий по силе русский флот, а корпус морской пехоты, к которому присоединятся матросы с затонувших в неизбежном бою кораблей, при поддержке мощной корабельной артиллерии выбьет русских из Константинополя.

Смутные сведения о наличии в русском флоте паровых кораблей монархов и адмиралов не впечатлили. Эти неуклюжие вонючие «самоходные коптильни» еще только шлепали плицами колес на реках. Ракетное оружие русских было делом более серьезным, но оно применялось русскими только на суше.