Виктор Саморский – Последний конвой. Часть 3 (страница 84)

Пауль тяжело вздохнул, на лбу проступили морщинки. Однако голос был спокоен и тверд:

— Как временно исполняющий обязанности эмиссара я имею на это право и соответствующие полномочия.

— А я их не признаю. Требую немедленного созыва Совета экспедиции и выборов нового эмиссара. И учтите, Пауль, я буду голосовать против вашего назначения.

— Лидия Андреевна, требовать вы можете все, что угодно. А вот решать, какие именно требования удовлетворить, а какие оставить без внимания, буду я. В условиях чрезвычайного положения…

— Никто не объявлял режим ЧП, — встряла я.

— Убийство главы экспедиции автоматически запускает процедуру запуска режима чрезвычайного положения.

— Где политрук?

— Ах, вот оно что… — засмеялся Пауль, — ну теперь мне хотя бы понятно, откуда ветер дует…

— Пауль, а теперь я вас не понимаю. Объясните, может быть, тогда вместе посмеемся?

— Отвечайте, кто вам сообщил о смерти Быкова?

— Это не имеет значения.

— Я буду решать, что важно, а что нет! — рявкнул Пауль.

— Не повышайте на меня голос.

— А то что?

— А не то вам действительно придется меня арестовать.

— Господин военврач, вы свободны, — ледяным тоном отчеканил Пауль.

— Черта с два вы от меня избавитесь подобным образом.

Пауль неожиданно рассмеялся.

— Лидия Андреевна, а чего вы добиваетесь?

— Я хочу видеть тело Быкова. Немедленно!

— Хорошо, вы сможете его осмотреть. Через полчаса, устроит?

— А еще я хочу видеть политрука.

— Это невозможно. Майер арестован.

— На каком основании.

— На оснований подозрений.

— Чьих?

— Моих, Лидия Андреевна, моих…

— У вас мания величия.

Пауль отмахнулся.

— Диагнозы будете ставить у себя в землянке, а здесь, господин военврач, извольте соблюдать субординацию.

— А вот и нет. Вас, Пауль, никто не назначал, и никто не избирал эмиссаром. Вы для меня по-прежнему являетесь начальником охраны конвоя. И не более того. Это значит, я вам подчиняться не обязана.

— Я сам себя назначил, — усмехнулся Пауль, — на правах старшего по званию офицера СБМ. Мне кажется, или мы пошли по кругу?

— Немедленно освободите Стивена из-под стражи.

— На каком основании?

— На основании моего ультиматума.

— Чего-чего?

— Не притворяйтесь, у вас превосходный слух.

— Я вас услышал, просто не понял, какого еще ультиматума?

— Вы немедленно собираете Совет в полном составе, и мы проводим выборы нового эмиссара. До тех пор я отказываюсь подчиняться кому-либо, заявившему, что он тут самый главный.

— Лидия Андреевна, вы считать умеете? Быков — убит. Майер — арестован. Асур не говорит на интерлингве. Остается трое — я, вы и глава научного совета — Реввель, который полностью поддерживает мою кандидатуру. Голосовать за себя самого я не имею права, остается два голоса. Ваш и его. Счет — 1:1. Кворум отсутствует. Выборы сорваны.

— Вот именно! — злобно огрызнулась я.

— А это — безвластие, что недопустимо в условиях режима чрезвычайного положения. Кстати, режим введен мною на трое суток с возможностью продления в случае крайней необходимости. До окончания срока любые вопросы о недоверии к органам власти категорически недопустимы. Вопросы есть?

— Вопросов нет, есть возражения.

— Можете оставить их при себе. А теперь, господин военврач, кругом и шагом марш отсюда, пока я всерьез не рассердился и не начал принимать меры.

— Арестовывайте меня!

— У меня пока нет для этого веских оснований.

— Я сказала — арестовывайте. Иначе я устрою переворот и сама стану диктатором. Звание у меня тоже есть. Я член Совета, а значит, имею право претендовать на должность.

Пауль искренне рассмеялся.

— Лидия Андреевна, не смешите мои ботинки. Идите к себе. Не отвлекайте меня от важных дел.

— Я знаю, что вы замыслили, и не позволю вам устроить бойню на территории лагеря.

Пауль нахмурился, тон голоса изменился.

— А с этого момента, можно немножко поподробнее? Что-что я задумал?

— Вы хотите уничтожить людей Джарваля.

— Наемников? — уточнил Пауль.

— Наемников Джарваля, — согласилась я.

— И что с того?

— Я вам этого не позволю.

— Интересно, каким образом?

— Пока не знаю.

— А какое вам вообще дело до моих решений? Вы же теперь у нас сама по себе, никому не подчиняетесь.

— Вот именно!

— Лидия Андреевна, я вам вполне серьезно обещаю, что сегодня конвой уедет без вас. Раз вы не с нами, значит, скатертью дорожка и попутного ветра в позвоночник. Пешком до побережья далеко, но водички я вам с собой не дам. Вода — имущество экспедиции. А я теперь лицо материально ответственное, без веской причины разбазаривать ресурсы направо и налево не имею права.

— Даже не пытайтесь меня запугать, Пауль. Я вас не боюсь! И подчиняться не собираюсь.

— А придется!

— Вы будете меня арестовывать или нет?