Виктор Рэн – Нулевой Субъект (страница 51)

В голосе Гуннара не было ни злобы, ни хвастовства, лишь простая констатация факта, который должен был поставить точку в моем глупом вопросе.

Я не дал ему договорить. Мой ответ пришёл не словом, а делом. Я резким движением взмахнул мечом, вкладывая весь вес тела в удар. Острая сталь со свистом рассекла воздух и встретилась с шеей Гуннара.

Он захлебнулся на полуслове. Система мигнула в углу зрения:

[Нанесен критический урон]

Гуннар застыл, точно не поверив в происходящее. Его лицо вытянулось, а глаза расширились до невероятных размеров. В них не было страха, лишь абсолютное, непробиваемое недоумение. Он смотрел на меня так, будто я внезапно начал летать по комнате.

Он рефлекторно схватился за рану, но было уже поздно. Тело пошатнулось, затряслось, и Гуннар завалился на колени. Еще через пару секунд он плашмя упал на роскошный ковер Кили. Глухой удар тяжёлого тела прокатился по комнате, разрезав тишину.

[Получены трофеи: 70 реалов]

Я стоял над ним. Сердце бешено колотилось, в висках стучала кровь. Воздух в груди стал вязким, словно его пропитали дымом.

Я стряхнул с клинка кровь и убрал его в ножны. И перевел взгляд в сторону, где сидела на полу Ласка. Она замерла посреди комнаты с широко раскрытыми глазами. В них отражался тонкий луч тусклого света с потолка и немой шок.

Тишина.

Серьезность момента заставила мурашки пробежаться у меня по спине. Я перешёл черту. И возвратиться назад не мог. Да и не хотел.

— Я сделал свой выбор, — произнёс я твёрдым голосом. — И выплатил твой долг Кили.

Я сделал шаг в сторону Ласки. Её изумрудные глаза поймали мой взгляд.

— Теперь выбор за тобой, — я не отводил взор от сидящей на полу девушки. — Пойти за мной и найти их всех. Или остаться… здесь.

Я развёл руками в сторону и жестом обвел роскошно обставленную комнату Кили. Думаю, было понятно, что я имел в виду под словом «здесь».

Ласка не двигалась. Она сидела на полу, впившись пальцами в ворс ковра. Она перевела взгляд с меня на ещё минуту назад стоявшего в дверном проеме Гуннара, а затем снова на меня.

В её глазах бушевала целая буря, которую я читал как открытую книгу. Шок, неверие, оцепенение, сменяющиеся пронзительным осознанием. Месть свершилась. Но не ее рукой.

— Я не предлагаю тебе союз на один бой, — добавил я и сделал шаг навстречу девушке, загораживая собой вид на затихшего Гуннара. — Я предлагаю тебе место в моем отряде.

Взгляд Ласки скользнул по моему лицу, по окровавленному клинку и по плечу, которое она совсем недавно порезала когтями. Ласка шумно вдохнула и резко выдохнула, явно собираясь с мыслями.

— Нужно вставать, — тихо, но твёрдо сказал я.

Глаза Ласки медленно поднялись на меня. В них уже не было слёз. Я протянул Ласке руку, ту, что не была в крови.

Ее собственные пальцы, измазанные в пыли и моей засохшей крови, дрогнули. Она медленно, неуверенно подняла свою ладонь и замерла в сантиметре от моей.

Я взял её холодные, почти ледяные пальцы и рывком поднял вверх. Её тело оказалось на удивление лёгким, почти невесомым. Но едва она встала на ноги, как её колени подкосились. Ласка качнулась вперёд, и я инстинктивно подхватил её за талию.

Мы стояли так несколько секунд. А затем я наклонился и прикоснулся к её губам. Они были холодными и солеными от слез.

Ласка на миг замерла, и я почувствовал, как её тело напряглось еще сильнее. А затем она ответила на поцелуй.

Но уже через несколько секунд момент был бестактно нарушен.

— Я слышал шум наверху! — донёсся громогласный выкрик откуда-то с первого этажа дома.

За ним последовали другие приглушенные голоса, чьи-то выкрики и топот нескольких пар сапогов. Ласка дёрнулась. И в её глазах был уже не шок, а мгновенная холодная собранность. Она больше не дрожала.

— Сейчас вернусь, — сказала она.

Ласка рванула к выходу, и ее движения снова стали грациозными и стремительными, как у хищника. И скрылась в тусклом свете коридора. Наступившая тишина была оглушительной. Она давила на уши и звенела в висках. А может, на меня так действовали раны, оставленные клинками Ласки.

Я цокнул языком и ощупал ладонью шею.

— Твою…

Было больно, но терпимо. Я подошёл к стоящей в углу кровати и сдернул с нее невесомое покрывало. Я отрезал кинжалом длинный тонкий кусок ткани и наспех перевязал им шею.

В этот момент снизу раздались голоса, приглушенные толщей дерева и камня. Это были не крики и не звуки боя. Разговор.

Чей-то низкий наружный бас задавал вопросы. Слова я не разобрал, только вопросительную тревожную интонацию. В ответ — другой голос. Уверенный. Голос Ласки.

Я опустился на кровать и невольно вернулся взглядом к лежащему в нескольких шагах от меня Гуннару.

Я не считаю варвара абсолютным злом. Думаю, в своей истории он вполне себе героический персонаж. Воспитывал племянника. Верно выполнял приказы Декстера. Тренировал его воинов.

В истории Ласки Гуннар — кровный враг. Как и Декстер, чей приказ он выполнял. Интересно, кто в их историях я?

Я точно не герой и никогда им не был. Герои спасают миры, защищают невиновных и жертвуют собой ради абстрактного «добра». Этот мир другой. Добро и зло здесь уравняла Система.

Всё, что нам остаётся, это выбирать своих. И идти с ними до конца. Ласка — моя. А все остальные нет.

Откуда-то снизу раздался хохот. Похоже, что Ласка смогла разрешить ситуацию без бойни. Впрочем, у неё было достаточно авторитета во фракции Кили, чтобы отдавать приказы.

Я вытянул ноги и тяжело выдохнул. На меня внезапно навалилась усталость. После охоты на Тенекрыса было слишком мало времени, чтобы отдохнуть.

Голоса стихли. И через несколько секунд в дверном проеме снова появилась Ласка. В её движениях уже не было тяжести. Они были быстрыми и ловкими, как у кошки.

— Ты сделал свой выбор, — тихо произнесла Ласка, — а я сделаю свой.

Она шагнула внутрь комнаты и остановилась рядом с телом Гуннара. Её грудь медленно вздымалась и опускалась, перетянутая ножнами с клинками.

В её глазах не было сомнений.

— Именем того, кто внемлет во тьме…

Её слова прозвучали негромко, но с такой силой, что казалось, не воздух вибрировал, а сама реальность вокруг нас.

— …клянусь идти с тобой, Лекс.

Ласка смотрела прямо на меня, не мигая. Её зелёные глаза загорелись тем самым мертвенным сиянием, что совсем недавно отражался от лезвий ее кастета.

— Быть твоим клинком и тенью.

В комнате заметно похолодало. Морозный пот проступил у меня на спине под броней. Воздух заколебался, будто мы смотрели друг на друга сквозь толщу воды. Тени на стенах ожили и зашевелились, потянувшись к нашим фигурам и сплетаясь в причудливые узоры.

— Пусть падет на меня гнев Забытого Ужаса, — голос Ласки стал громче и пронзительнее. — Если я прерву наш путь.

Тени на мгновение замерли и тут же растворились. Вслед за ними пришёл взгляд. Я поймал себя на мысли, что кто-то будто ощупывает мою волю, но тут же отступает.

Ласка стояла, не двигаясь. Её смуглое лицо было бледным, а на лбу выступили капельки пота. Она дышала глубоко и редко. Но в её глазах горел огонь.

[Внешнее вмешательство зафиксировано]

Источник: Забытый Ужас

Условия соблюдены. Пакт активирован.

[Новое состояние: Связан Клятвой]

Союз был скреплен. Не на бумаге, а кровью и клятвой.

Ласка медленно выдохнула, и её плечи опустились, сбрасывая невидимую тяжесть. Она снова посмотрела на меня. И в этот раз в её взгляде не было ничего, кроме чистой незамутненной решимости.

Клятва была дана. Путь выбран.

Тяжёлое, давящее присутствие Забытого Ужаса рассеялось. После него осталась звенящая пустота и ощущение, будто кто-то вывернул меня наизнанку и внимательно изучил. Я перевёл дух, чувствуя, как ледяное оцепенение отступает.

— Ладно, — я нарушил тишину, и мой голос прозвучал хрипло, но твёрдо. — Теперь нужно подготовиться, чтобы Декстер заглотил наживку.

Я поднялся с кровати и подошёл к столу, стараясь не наступать на быстро темнеющую лужу на ковре. Я чиркнул одной из запасенных лучин, прикрыв пламя ладонью, и поднес к фитилю небольшой лампы, стоящей на столе. Огонёк дрогнул, затрепетал и набрал силу. Вокруг стола разлился неровный жёлтый свет. Тени на стенах задергались, оживляя роскошные гобелены.