Виктор Рэн – Нулевой Субъект (страница 52)

Я вытащил из-за пазухи письмо, показал его Ласке.

— Смотри, — я развернул бумагу, — здесь говорится о поставках освещённой брони. Но я не знаю, от кого именно этот документ.

Ласка подошла ближе, и её плечо почти касалось моего.

— Некий «Р»… — протянула она, вглядываясь в текст письма. — В первый раз слышу о нём.

— Или о ней, — резонно подметил я. — Но сейчас это не сильно важно. Важно сделать так, чтобы Декстер не знал, что именно получает Кили.

Я ткнул пальцем во фразу: «Последняя партия освещённой брони задерживается на день и прибудет завтра».

— Эту партию я видел снаружи? — спросил я, вспоминая о многочисленных ящиках.

Ласка молча кивнула.

— Ну что ж… — я и достал небольшой огарок лучины из кармана.

Тот самый, который не хотел оставлять завалившимся под комод.

Я затёр обгоревшей концовкой всё предложение целиком. Ласка молча стояла и ждала, пока я закончу.

— Даже не спросишь, зачем это нужно? — ради любопытства поинтересовался я.

— Если ты это делаешь, значит, так надо, — уверенно произнесла Ласка.

Интересно, к такому ответу привели мои действия или это было влияние клятвы на имени покровителя колдуньи?

— Нам нужно обмануть Декстера, — несмотря на ее отказ, я начал объяснять. — И постараться поторопить Кили, чтобы он атаковал как можно раньше. Поэтому я затру письмо и придумаю историю о том, что на самом деле Кили в оплату получает деньги.

— И тогда Декстер не будет ожидать атаки… — кивнула Ласка.

— Декстер всегда ожидает атаки, — ухмыльнулся я. — И он точно знает, что Кили — хитрый ублюдок. Но будет лучше, если он не узнает, какой у Кили козырь в рукаве.

Я закончил затирать текст, который буквально стер вместе с верхним слоем пергамента вперемешку с золой. Текст был теперь полностью нечитаем. Ради конспирации я поводил по всему письму, оставляя серые и тёмные следы, чтобы казалось, будто бумагу испортили случайно.

Декстер, конечно, в это не поверит. Но для разговора с ним у меня самого в рукаве был лишний джокер.

— Так-то лучше, — сказал я и убрал письмо обратно за пазуху.

Раскрывать все карты я не спешил, поэтому не стал говорить о том, что нашёл в комнате Кили ещё и другую записку.

— План такой, — энергично произнес я, поворачиваясь к Ласке, — я вернусь к Декстеру и скажу, что мы вместе с Гуннаром пробрались на склад.

Ласка внимательно слушала меня и смотрела на меня своими блестящими изумрудными глазами снизу вверх.

— Мы с ним решили разделиться, чтобы пробраться на склад с разных сторон, — лучшая ложь содержит в себе толику правды. — Гуннар полез в драку со стражей, и его убили. А я с большим трудом смог унести ноги, схватив с собой один из документов. Пока звучит логично?

— Как именно он схватился со стражей? — спросила Ласка, прищурившись.

— Он решил отвлечь их внимание, пока я пробираюсь в кабинет Кили, — без заминки ответил я. — Поэтому у меня вышло посмотреть несколько документов. Но один из стражников заметил меня, и я смог утащить только это письмо.

— Что было в других документах? — продолжила допрос Ласка.

— Счета, личные заметки… — на секунду задумался я, сделал вид, что вспоминаю, какие же документы ещё хранил Кили. — А, точно! Там было ещё что-то про деньги.

— Деньги?

— Да, деньги, — утвердительно покачал головой я, — что-то про тысячу реалов за штуку. И что Кили должен поставить её поскорее. Но часть письма была затёрта, как это, и других деталей там не было.

На лице Ласки промелькнула довольная ухмылка.

— Вот сейчас логично, — сказала она.

Я коротко поклонился, изображая благодарность. Наши лица приблизились друг к другу, и на щеках Ласки проступил румянец.

— Для тебя у меня тоже есть задание, — произнёс я. — Я бы хотел, чтобы ты вернулась к Кили и сообщила ему, что Декстер в курсе его связи с таинственным «Р.». Что у него есть доказательства.

Румянец тут же сошёл с её лица, и она сосредоточенно слушала меня.

— Не уточняй, какие именно. Пусть думает, что его схема раскрыта полностью, — продолжил я. — Это заставит Кили двигаться. Учитывая недавнюю поставку, думаю, он захочет нанести удар первым и как можно быстрее.

— И мы будем к этому готовы, — подтвердила Ласка. — Хорошо, я всё сделаю.

Я ненадолго задумался. Когда будет лучше всего сообщить Кили о том, что я выступаю на стороне его фракции?

— Расскажи ему про меня прямо накануне атаки, — принял решение я. — Чем позже он узнает о моём плане, тем лучше.

— У тебя есть какой-то план, о котором я не знаю? — иронично поинтересовалась Ласка.

— У меня всегда есть запасной план, — ухмыльнулся я. — И запасной план для запасного плана тоже.

Ласка уже откровенно улыбнулась. Она не была бледной и больше не дрожала. Её голос звучал уверенно. Это хорошо.

Я окинул взглядом комнату. Тело Гуннара. Следы борьбы. Декорации к представлению были готовы. Похоже, это всё-таки будет трагедия. На комедию в таких условиях рассчитывать не приходится.

— Нам нужно идти, — произнёс я.

Ласка тут же сделала полшага навстречу, и её руки легли ко мне на грудь. Она взяла пустую верёвку, на которой раньше висел амулет, и заправила её мне под доспех.

— Теперь да, — сказала она.

Я потушил лампу, и комната снова погрузилась в полумрак. Ласка подобрала свой кастет с лезвиями с пола.

— Нам лучше будет разделиться, — предложил я. — Я буду привлекать слишком много внимания, если мы уйдём из лагеря вместе. Отправь мне сигнал перед атакой, когда Кили будет готов встретиться. У меня для него будет ещё один сюрприз.

Я закончил говорить и взялся за края стола, который планировал перетащить в центр комнаты. Прыгнуть и достать до окна с пола было трудновато.

— Лекс… — тихо позвала меня Ласка.

— Что? — ответил я.

— Спасибо.

Её благодарность прозвучала очень тихо. Но в тишине и темноте этой комнаты я прекрасно слышал, что она была искренней.

— Всегда к твоим услугам, — ответил я.

Мы оба покинули комнату, оставив за собой темноту и смерть. Ласка вышла в коридор, а я пододвинул стол в центр комнаты и вновь выбрался на крышу через окно.

У меня ушло три прыжка, чтобы уцепиться за край крыши, и я чуть было не сломал деревянный стол. Зато в этот раз никакая ловушка меня не атаковала. Затем я тем же путем спрыгнул на землю рядом со зданием и двинулся в сторону выхода.

Я не таился, но надвинул повязку от пыли на лицо. Не стоит давать кому-то из людей Кили возможность узнать меня. Я шел уверенным шагом и держал прямой взгляд, будто я именно здесь и должен находиться.

Из боковых проходов по соседству с домом доносились голоса и лязг железа. База Кили жила своей размеренной, кипучей жизнью, не подозревая, что в ее сердце только что произошло убийство.

Моего ящика на углу дома уже не было. Видимо, кто-то перетащил его на склад. А вот тот самый бригадир, который практически сунул мне в руки ящик, был все на том же месте, окруженный тремя людьми. Они о чем-то живо переговаривались.

Черт. Как бы пробраться мимо них побыстрее… просто пройти мимо? Слишком рискованно.

Я не успел ответить на свой вопрос. Откуда-то из тени выскользнула Ласка. Она тут же направилась к этому небольшому отряду. Я не слышал, что она говорила, но видел, как ее губы быстро двигались, лицо было напряженным и серьезным.

Мгновенно среагировав, я заложил дугу побольше и спокойным шагом двинулся в сторону выхода.

Ласка говорила тихо, но властно. И когда я проходил в паре десятков шагов мимо них, она указала пальцем в сторону того самого дальнего здания, откуда я вышел совсем недавно. Лидер нахмурился, что-то буркнул в ответ, явно недовольный тем, что его отвлекают.

Но Ласка не отступала. Она сказала еще что-то короткое и резкое. И я увидел, как выражение его лица сменилось с раздражения на настороженность, а затем на чистую, неподдельную тревогу. Он резко выпрямился, его глаза расширились. Он что-то крикнул своим людям, уже не ворча, а отдавая приказ. Несколько ближайших бойцов, бросив ящики, тут же схватились за оружие и бросились к нему.

Благо, я уже был достаточно далеко. Ласка кивнула ему, развернулась и растворилась в другом проходе, даже не взглянув в мою сторону. Ее работа здесь была сделана. Это был идеальный отвлекающий маневр. В это время я уже вышел к главному выходу, двигаясь с единственной целью — уйти.