Виктор Ормунд – Свефнир. Последнее объятие (страница 30)

— Это Рафир, а я Ланс. Подарок подруге сделать хочу. Ты же ювелир? — наемник наклонился над стойкой, чтобы поближе рассмотреть… на что бы он ни смотрел. — Сможешь сделать заколку или брошь из серебра? Но такую, чтобы она не раскололась от попадания стрелы или под клыками?

— Не для Торгиль ли? — хохотнул Морлор. — Могу конечно. Я тебе даже скидку сделаю — она столько раз меня выручала.

Наемник легонько стукнул ладонями по гладкой столешнице.

— Тогда заколку. Уложимся в пятнадцать серебряных?

— Да и в десять уложимся, — ювелир выпрямился, подперев руками бока. — Но пока не могу ничего сделать. Жду инструмент из столицы.

Ланс вздохнул и сложил руки на стойке.

— А какой? Когда его должны доставить?

— Надфиль алмазный, — почесал бороду мастер. — Мне шлифовать изделия нечем.

Рафир смотрел, как опускаются плечи Морлора.

— Наемники должны были доставить, — продолжил рассказ ювелир. — Герт, кажись… и еще один. Просил знакомого письмо в столицу отправить, в гильдию, с авансом даже. А их все нет.

— Я сам наемник. Могу спросить, что да как.

— Тогда и в девять нумма заказ влезет, — Морлор довольно улыбнулся. — Цветок или птицу сделать?

Ланс подумал мгновение, почесав подбородок кулаком.

— Давай птицу. На твой выбор. Но у меня при себе нет денег… Ничего, если залог не оставлю?

— Мало кто знает, что Торгиль украшения любит, — Морлор подошел к стойке и хлопнул Ланса по плечу. — Заплатишь, когда забирать будешь.

Из-под стойки ювелир достал тетрадь и начал скрипеть пером.

— А ты не доставляешь украшения? — Ланс наклонил голову. — Может, у тебя ученик есть. Телега или карета?

Рафир от удивления даже отшатнулся от стойки. Вот хитрец! Это Арвис ему успела урок дать или он сам додумался?

Морлор, качая головой, поднял руку и указал на узкую улицу.

— Куда я тут карету поставлю? Нет, конечно. Да и зачем доставка — у меня торговцы заказывают и на рынке продают.

— Ну ладно, — Ланс с улыбкой взял тетрадь Морлора и подставил подпись под своим заказом. — Ты, наверное, пока заготовкой займешься, а я в гильдии выясню, что с твоим инструментом.

Они попрощались, оставляя мастера с надеждой на долгожданный напильник. Людей на улице становилось больше и с боем молотков теперь соперничали громкие голоса.

— Что думаешь? — спросил Ланс.

Он словно старался идти ближе к стене, пропуская шумный поток. Рафир постоянно оглядывался на наемника, рассекая толпу.

— Не похож на заговорщика, — ответил он, мыслями вернувшись в чистую мастерскую. — Что ему даст убийство наемника и подготовка бунтов? Напильник?

— Что тебе надо здесь! — донесся крик из толпы.

Рафиру никто не ответил. Он прошел еще несколько шагов и обернулся, чтобы убедиться, что напарник не отстал.

Но его не было. Где же он? Только что шел и вел ладонью по стене.

— Ланс! Куда ты делся! — крикнул Рафир и двинулся обратно.

Затем резко обернулся — в толпе раздался грохот и треск. Какая-то телега въехала в кузню, протаранив ящики.

— Куда ты смотришь?! — раздался сердитый голос мужчины.

Рафир пробрался через людской поток, к ругани, выставив плечо вперед. Подойдя ближе, он увидел, что телега опрокинула уголь и ящик с деталями для доспехов. Хозяин повозки и кузнец орали друг на друга, ударяя себя в грудь и тыкая пальцами в отвалившееся колесо и сломанную дверь.

— Будь ты здесь, этого бы не случилось! — чуть не плюнул бородатый мужчина.

Рафир подался вперед. Но тут же оборвал импульс — он здесь не для того, чтобы утихомиривать рабочих. Стражники капитана Хеймберта сами разберутся.

Он пробежался взглядом по лицам собравшихся, но наемника здесь не было. Рафир поначалу подумал, что тот зазевался и встрял. Ланс мог бы… наверное? Досадуя, что в потоке люди слишком высокие, он залез на ящики перед кузней и осмотрел улицу.

Это не он, этот тоже... Рафир прищурился: там же, где он потерял его, в узком проходе между домами со стенами, обмазанными побелкой. Что он там делает?

— Ланс! — снова позвал он, ныряя в толпу.

Протиснувшись между людьми, Рафир зашел в переулок.

И увидел его.

Наемник прижался спиной к стене. Он дышал часто и тяжело. Ланс не видел Рафира — его глаза помутнели, смотрели куда-то внутрь, а руки, сжатые в кулаки, словно держали у самой груди нечто сокровенное. Что с ним такое? Рафир взял его за плечи и хорошенько встряхнул.

— Соберись, наемник! Что случилось?

Тот не среагировал. Его дыхание участилось. Каждый выдох теперь сопровождал хрип.

Рафир резко отпустил его, отходя на шаг. Он прежде с таким не сталкивался. Это ведь был не страх. Необычный страх. Бесполезно на него кричать.

Как помочь?! Капитан знает… Но времени не было вести Ланса в гарнизон.

Эвальд, что бы ты сделал…

Разум на мгновение перенесся в тишину кабинета, в которой было слышно лишь дыхание и скрип пера. Молчание и сосредоточенность. Воздух, что заполнялся работой и… таким редким порой лунным светом.

Рафир открыл глаза и взял Ланса за плечи. Бережно, но крепко. Мешкая всего мгновение, он оглянулся на людей, для которых продолжался шумный день.

Шум.

Он встал перед Лансом, закрывая обзор улицы своей спиной.

— Я здесь, — произнес он тихо, но уверенно, вкладывая в слова усилие, с которым его держал. — Слушай меня.

От собственного голоса в голове стало тише.

— Ланс, все хорошо, — спокойно повторял он.

Глядя на него, Рафир не мог понять, помогает или нет. Что еще сделать?

— Смотри на меня. Здесь только я, ничто тебе не угрожает, — произносил он.

И вдруг почувствовал, что сам напрягся так сильно, что не заметил — дыхание Ланса стало тише, начало выравниваться. Его взгляд стал возвращать фокус.

Ослабив хватку, Рафир тихо спросил:

— Ты как?

— Нор… нормально, — последовал хриплый ответ. — Прости… со мной бывает, но… прости.

Глубоко вдыхая, Рафир убрал за спину дрожащие руки.

— Не извиняйся, все хорошо. Пойдем здесь — переулок выведет на другую улицу. Там тише.

Ланс, отводя взгляд, кивнул и пошел вперед, а Рафир стоял и смотрел на пятно побелки на его спине.

Он провел ладонью по лицу, стряхивая свою тревогу. Образ дерзкого и глупого мальчишки потерялся в начале переулка, растворяясь в толпе — остался только он, идущий впереди, только что вынырнувший из какого-то кошмара.

Рафир догнал Ланса и отряхнул ему спину.

— Скоро вернемся в гарнизон. Ты… не переживай. Успеем к обеду — поешь и забудем об этом.

На обратном пути они молчали, постепенно ускоряя шаг. Рафир хотел задать вопрос, но не решался. Он чувствовал, что молчание сейчас замкнет Ланса еще больше — тот и так ни разу не посмотрел на него после переулка. Однако… стоило сказать что-то безопасное.