Виктор Нейро – Зеленый мир (страница 2)

За иллюминатором замелькали облака – белые, пушистые, настоящие. Лин прильнула к стеклу, забыв дышать.

– Они… мягкие? – спросила она.

– Нет. – Я покачал головой. – Это просто пар. Сквозь них пролетаешь – и всё.

– Жалко. Я хотела потрогать.

– Потрогаешь траву. Она лучше.

Облака расступились, и внизу показалась поверхность.

Я ожидал увидеть что-то красивое, но реальность превзошла всё.

Зелёный океан. Не воды – листвы. Леса тянулись до горизонта, перемежаясь голубыми пятнами озёр и рек. Между ними – аккуратные прямоугольники полей, домики, дороги.

– Мать твою… – выдохнула Дилла. – Я такое только в старых фильмах видел.

– Ага, – только и смог сказать я.

Лин молчала. Просто смотрела.

– Лин? – позвал я тихо.

– Я… – голос её дрогнул. – Я вспомнила.

– Что?

– Сад. Тот, из моего сна. – Она обернулась, и по её щекам текли слёзы – настоящие, не "от яркого света". – Он был такой же. Трава, деревья, вода. Только здесь… ещё красивее.

Я обнял её.

– Мы дома, – сказал я. – Настоящем.

Она кивнула, уткнувшись мне в плечо.

«Серый» пошёл на посадку.

Часть 2. Посадка

Дилла выбрала площадку в стороне от основного поселения – небольшое поле у кромки леса. «Серый» мягко коснулся травы, и я впервые в жизни услышал, как шипит трава под опорами корабля.

– Трава… – прошептал я.

– Что? – не поняла Лин.

– Она шуршит. Под кораблём.

Лин прислушалась, потом улыбнулась.

– Она живая, – сказала она. – Настоящая.

Люк открылся, и в корабль ворвался воздух.

Я дышал им всю жизнь, но никогда не чувствовал ничего подобного. Воздух Тар-Ксона был горячим, сухим, колючим. Этот – влажным, мягким, пахнущим чем-то незнакомым.

– Чем это пахнет? – спросил я.

– Трава, – ответила Веста. – И цветы. И вода.

– Цветы пахнут?

– Ты никогда не нюхал цветы, Зак?

– На Тар-Ксоне нет цветов.

Она покачала головой, но без осуждения – скорее с грустью.

Лин первой шагнула наружу.

Она ступила на траву и замерла.

– Мягко, – сказала она удивлённо. – Она мягкая.

Она сделала ещё шаг, потом ещё. Потом опустилась на колени, провела руками по зелени, поднесла пальцы к лицу, понюхала.

– Пахнет… – она запнулась, подбирая слово. – Свежестью.

Я спрыгнул следом. Трава и правда была мягкой – пружинила под ногами, щекотала лодыжки. Я нагнулся, сорвал травинку, разглядел. Обычная зелёная травинка. Для жителей этого мира – обыденность. Для меня – чудо.

Игнат спустился по трапу, держась за поясницу.

– Ну и сырость, – проворчал он. – Как в бане.

– Дед, это называется "влажный воздух".

– У меня суставы от такого болят. – Он понюхал воздух. – Но пахнет… ничего так. Приятно.

Кор и Веста вышли последними. Кор оглядывал горизонт с видом генерала, оценивающего местность. Веста просто стояла, закрыв глаза, и дышала.

– Здесь хорошо, – сказала она тихо. – Очень хорошо.

– Смотрите! – крикнула Лин.

Она показывала на опушку леса. Там, на границе травы и деревьев, стояло несколько животных. Четвероногие, с пятнистой шкурой, большими ушами и влажными носами. Они смотрели на нас без страха – скорее с любопытством.

– Кто это? – спросила Лин.

– Олени, – ответила Веста. – Травоядные. Безопасные.

– Можно к ним подойти?

– Попробуй.

Лин медленно, шаг за шагом, двинулась к животным. Те насторожились, но не убегали. Самый смелый – молодой самец с небольшими рожками – даже сделал шаг навстречу.

Лин протянула руку. Олень потянулся носом, понюхал её пальцы, лизнул.

– Он… он меня лизнул! – Лин обернулась к нам, сияя. – Зачем он это сделал?

– Знакомится, – улыбнулся я. – Ты ему понравилась.

– Правда?

– Правда.

Она погладила оленя по морде. Тот довольно зажмурился.

– Какое странное существо, – прошептала Лин. – Тёплое, мягкое, пахнет травой… Я никогда не думала, что такие бывают.

– Их много, – сказала Веста. – На этой планете – тысячи видов. И все разные.

– Я хочу увидеть всех.

– Увидишь. У нас есть время.

Из-за деревьев показалась группа людей. Человек пять-шесть, с виду колонисты – простая одежда, загорелые лица, в руках инструменты, похожие на сельскохозяйственные.

– Эй! – крикнул один. – Вы откуда?