Виктор Нейро – Зеленый мир (страница 1)

Виктор Нейро

Зеленый мир

ПРОЛОГ. Та, что ждала

Она не знала, сколько прошло времени.

Здесь, в бесконечной пустоте между мирами, время текло иначе. Иногда ей казалось, что прошли миллионы лет. Иногда – что всего миг с тех пор, как её схватили.

Она помнила тот день. Помнила крик дочери, которую вырывали из её рук. Помнила холодные пальцы Тени, сжимающие горло. Помнила, как сознание угасало, а последним, что она увидела, были синие глаза маленькой девочки.

– Лин… – прошептала она тогда.

И провалилась во тьму.

Теперь она была здесь. В стеклянной капсуле, в окружении таких же, как она – бывших Древних, превращённых в нечто иное. Тень не убивала их. Тень сохраняла. Для каких-то своих целей.

Она не знала, зачем они держат её здесь. Не знала, почему не уничтожили, как остальных. Но где-то глубоко внутри, под слоями боли и тьмы, ещё теплилась искра.

Она чувствовала дочь.

Каждую ночь – если здесь можно было назвать это ночью – ей снились сны. Синие глаза. Тихий голос. Чьи-то руки, держащие маленький контейнер с голубым свечением.

– Ты жива, – шептала она в пустоту. – Ты жива, моя девочка. Я чувствую тебя.

И каждый раз, когда она это говорила, капсула пульсировала слабым голубым светом.

– Я жду тебя, Лин. Я всегда ждала.

Вокруг неё, в бесконечном ряду таких же капсул, спали другие. Кто-то из них был её друзьями. Кто-то – врагами. Теперь это не имело значения. Они были просто… пленниками.

Но однажды что-то изменилось.

Она почувствовала это во сне – яркую вспышку, которая пронзила тьму. Лин проснулась. Лин стала сильнее. Лин искала её.

– Я здесь, – прошептала Вера. – Я здесь, доченька. Иди ко мне.

Капсула засветилась ярче.

Где-то в системе охраны замигали красные лампы.

Но Вере было всё равно. Она улыбнулась впервые за миллионы лет.

Она знала – дочь придёт.

ГЛАВА 1. Венера-4

Часть 1. Подлёт

«Серый» вышел из прыжка на седьмые сутки.

Я смотрел в иллюминатор и не верил глазам.

Венера-4 висела в пустоте – зелёный шар, покрытый облаками, с голубыми пятнами океанов. Настоящая зелень. Не синтезированная, не нарисованная на голограмме – живая. Она переливалась разными оттенками, дышала, жила.

– Красиво, – прошептала Лин.

Она стояла рядом, вцепившись в мою руку так, что пальцы побелели. За эти дни она научилась ходить почти как человек – только иногда ещё спотыкалась на ровном месте и всё ещё удивлялась, что у неё есть тело.

– Очень, – ответил я. Я, Зак, всё такой же – руки в мозолях от вечной работы, глаза усталые, но счастливые, потому что рядом Лин.

– Там… там правда трава? Деревья? Вода, в которой можно плавать?

– Правда. – Я улыбнулся. – И трава, и деревья, и вода. И даже рыбы, наверное.

– Рыбы?

– Такие существа… живут в воде.

Она смотрела на планету, и в её глазах стояли слёзы.

– Я не плачу, – сказала она, заметив мой взгляд.

– Знаю.

– Просто… глаза щиплет. От яркого света.

– Конечно.

– И вообще, это не слёзы, это… влажность.

– Ага.

Дилла хмыкнула с кресла пилота.

– Щиплет у неё, влажность. Ты бы видел себя со стороны, девочка – стоишь, разинув рот, как будто солнце впервые увидела.

– Я и вижу впервые, – огрызнулась Лин, но без злости. – Настоящее солнце. Не два сразу, не через иллюминатор, не в контейнере. Настоящее.

Дилла замолчала. Даже она поняла, что это важно.

Кор подошёл к иллюминатору, встал рядом. В отражении я видел его лицо – задумчивое, почти печальное.

– Я был здесь, – сказал он тихо. – Миллионы лет назад. Тогда это был военный форпост. Базы, доки, казармы. А теперь…

– Теперь рай, – закончила Веста из тени. Она редко выходила на свет, но сейчас стояла рядом, и белые её глаза отражали зелёное сияние планеты.

– Рай, – повторил Кор. – Хорошее слово. Я думал, мы забыли его значение.

Игнат кряхтя выбрался из каюты, протёр глаза, почесал бороду.

– Прилетели? – спросил он зевающим голосом. – Это та самая зелень, про которую вы всё время говорите?

– Та самая, дед.

Он посмотрел в иллюминатор, прищурился, помолчал с минуту, оценивая. Потом сказал:

– А ничего так. Только солнца маловато. Одно всего. Как они тут живут?

– Привыкнут, – улыбнулась Лин.

– Я за тридцать лет к двум привык. – Игнат покачал головой. – Одно солнце – это как… как чай без сахара. Вроде можно, но удовольствия не то.

– Дед, ты найдёшь недостатки даже в раю.

– А то. На то я и старый.

Мы рассмеялись. Даже Кор улыбнулся – одними уголками губ, но улыбнулся.

– Запрашиваю посадку, – сказала Дилла, разворачивая кресло к пульту. – Сейчас узнаем, кто тут главный.

– Осторожнее, – предупредил Кор. – Империя могла оставить здесь гарнизон.

– Не оставила, – отозвалась Веста. – Я чувствую. Тут мало военных. В основном гражданские.

– Откуда ты знаешь?

– Зоро чувствуют таких. – Она коснулась виска. – Здесь много страха, много надежды, мало злости. Это не военная база.

«Серый» начал снижаться, входя в атмосферу.