Виктор Наговицын – Шесть дней из жизни дознавателя (страница 74)
Подготовительно-тренировочные мероприятия заняли время до вечера. В итоге обучением Халатного занимался сам Клёпкин. Были куплены красные кроссовки, кепка. Предприняты усилия, чтобы вещи не выглядели новыми и были уложены в жилище Барилы на случай обыска. Также у Халатного дома действительно оказались пассатижи. Кусок провода был куплен в магазине и также оставлен дома в качестве вещественного доказательства.
Клёпкин очень старался, чтобы Барила впитал весь дух преступления. Употребляя перед ним часто такие выражения как: «Убийца, наверное, сделал так. Скорее всего тут было эдак. Было бы логичным, что он пошёл отсюда». Всё подбивалось под «взятие на себя» чужого преступления, ради раскрытия, плана, статистики. Халатный прошёл все этапы придуманной легенды, побывал во всех оговоренных местах и даже не задумался о том, что настоящий убийца в виде адвоката рядом с ним.
Шикунов докладывал по телефону, как доблестно раскрыл это дело и получал свою минуту славы. Габоронов в свою очередь, даже успел закончить работу по делу Десяткина, отдать его на проверку Смирновой, переделать недочёты и сдать его в прокуратуру. Третье дело из пяти было готово!
Оставалось лишь не проколоться перед следователем, который будет заниматься расследованием непреднамеренного убийства Чёрного.
Но на этот случай, было решено, что Клёпкин будет адвокатом Халатного! И по совещательному праву с клиентом, на ушко, будет подсказывать детали, о которых мог спросить следователь, если Барила сам не догадается как ответить. Для матери Чёрного, Клёпкин, «друг» её покойного сына, представил всё так, что это им выгодно. Во-первых, для того, чтобы быть в курсе событий расследования гибели её сына и постараться максимально не защищать данного гражданина. Во-вторых, жулики иногда доверяют адвокатам детали совершённого преступления. В таком варианте, «правдивая» информация, для матери Чёрного, могла бы быть из первых уст! Идея ей понравилась. Поэтому сама продавила Клёпкина в защитники жулика, поскольку у следователей комитета есть тоже свои бесплатные адвокаты, с которыми удобно работать… Про Халатного ей сообщили, что это приезжий из соседней области, шабашник, ранее судимый за мелкую кражу и сидевший по малолетке. Она выдвинулась в Следственный комитет, чтобы самой увидеть убийцу сына.
Габоронов еле успел к закрытию магазина «Копейка», чтобы встретиться с Ириной, как и договаривались. Они прогулялись по парку, о многом разговаривали. Нашлось много общего. Взгляды на жизнь чаще совпадали, чем нет. Отношение к миру было схожим. Очень помогало то, что папа Ирины был милиционером в своё время. Поэтому о работе допоздна, ночных дежурствах и постоянных стрессах, которые снимались как правило алкоголем, она знала по рассказам мамы. Поскольку, когда отец находился на службе, маленькая дочь видела своего папу просто героем в милицейской форме, который постоянно боролся с преступниками. Так и было. Просто у внешней составляющей всегда есть и внутренняя сторона, о которой знают только самые близкие. Но он оказался из числа тех, кто сумел не злоупотребить пагубной привычкой, а после пенсии продолжал активную деятельности, в частности занимался своим магазином.
Габоронов проводил Евпатову до дома. Это было их первое свидание, со стеснениями, трепетом, некоторыми неловкостями и бережливым отношением друг к другу. Сергею она понравилась ещё больше. Он прекрасно понимал, что после поступка Ирины, когда она сообразила быстрее него спрятать деньги в кассу, чем спасла его, он был обязан жениться на ней незамедлительно! При её согласии, конечно. Но он понимал, чтобы узнать человека хорошо, нужно время. Поспешность в этом вопросе враг. Иначе потом могут быть разочарования, превращающиеся в ненависть. Поэтому Габоронов решил использовать всё своё свободное время на изучение друг друга. На познание внутреннего мира Ирины и, что не мало важно, открытия ей себя. Были времена, и как правило связанные со служебной деятельностью, когда Сергей сам себя считал не очень хорошим человеком. И скрыть данную сторону своей души, он полагал, было бы не честным. Поэтому неспешность он проявлял больше даже для того, чтобы Ирина узнала его по лучше. Он не хотел испортить в первую очередь её жизнь.
Памятуя о его сне в кабинете следователя, когда Габоронова Юля буквально поругала его за то, что он не налаживает свою личную жизнь, Сергей больше не испытывал угрызения совести в данном вопросе. В жизни есть области, рассудил Габоронов, в которых категорически нельзя поступать определённым образом. И тут надо просто делать выбор, делать шаг и идти не смотря на логику, сомнения и обоснования. Нельзя — так и оставалось. Он не пытался вывернуть, как-то оправдать данный, по его мнению, человеческий закон. Он по-прежнему верил, что раз «договорился» с одним человеком на любовь, то с другим она уже не имеет права быть. Хоть Юля и дала своё согласие во сне, но Сергей сомневался, а вдруг это лишь работа его мозга, который так хитро дал разрешение на отношения с другим человеком? То, что он видел Юлю после третьей рюмки — это мог быть всего лишь плод его воображения из-за того, что он просто не отпускал её ментально. Являлась ли она ему на самом деле? Каким прибором измерить эту связь с потусторонним миром?
Поэтому Сергей, признав себя нарушителем, просто сделал выбор в пользу — надо. Надо начать отношения и всё! И это
После прощания с Ириной около подъезда её дома, решившись лишь нежно пожать её ручку, Габоронов и сам отправился отдыхать. По дороге домой, позволил на этот раз купить себе своих любимых пельменей. Дома Сергей поел их на ужин, выпил свои три рюмки водки, после чего вновь увидел боковым зрением Юлю в проёме двери. Она улыбалась. Габоронов воспринял это как ещё один хороший знак в пользу отношений с Ириной. Больше Юля никогда не являлась Сергею…
В это же время, механизм следственного комитета при прокуратуре, перерабатывал Халатного целиком. Уголовное дело, возбужденное по части первой статьи сто девятой Уголовного Кодекса Российской Федерации «Причинение смерти по неосторожности», было принято к производству следователем Филипповым. Тем самым, Кириллом Геннадьевичем, который первоначально выезжал на отработку сообщения об обнаружении тела Чёрного Дениса Львовича.
Некоторые выдержки из протокола допроса обвиняемого Барилы Николая Дмитриевича от двадцать пятого августа две тысячи десятого года, могут поведать следующее:
«Вопрос следователя к обвиняемому Бариле Н.Д.: Расскажите об обстоятельствах, произошедших 23.08.2010 г. около 18 часов 10 минут напротив ресторана „Престиж“?
Ответ обвиняемого Барилы Н.Д.: В указанное время я проходил мимо ресторана „Престиж“. Был одет в спортивные штаны, кепку, солнцезащитные очки. Проходя мимо припаркованных машин, вдруг, неожиданно одна из них стала сдавать назад. Бампер автомобиля задел мою правую ногу, но столкновение было не сильным, никаких телесных повреждений мне причинено не было. Это оказался автомобиль „Тойота Камри“, гос. рег. знак О333ОО100, за рулём которого был, как позже выяснилось, Чёрный Д.Л. Данный водитель, судя по всему увидел меня, но поздновато, поэтому резко затормозил и посигналил. Я бы и не имел никаких претензий к Чёрному Д.Л., да только я услышал, как он выругался матом в мой адрес. Окно его автомобиля было открыто, поэтому я услышал: „Пид@рас, сука!“ Мимо такого оскорбления я не мог пройти! Я поинтересовался у Чёрного Д.Л. в мой ли адрес он так выразился? На что он послал меня, прям матом на три буквы. Я решил такое уже точно не терпеть, подойти к водителю и прояснить ситуацию, почему Чёрный Д.Л. позволяет так со мной обращаться. Однако, Чёрный Д.Л., развернул какое-то удостоверение, я не вчитывался какое, и сказал мне, что посадит меня на пятнадцать суток! Я понял, что это скорее всего милиционер. Я уже отбывал наказание в местах лишения свободы и знаю, что с сотрудниками лучше не связываться. Поэтому я не стал ничего предпринимать, сказал ему ещё раз, что надо аккуратнее ездить, развернулся и пошёл. Уходя, я обратил внимание на золотистый цвет машины и номера. Три тройки, три Ольги легко запоминаются.
Вопрос следователя к обвиняемому Бариле Н.Д.: Подтверждаете ли Вы, что на предъявленной Вам видеозаписи от 23.08.2010, в 18 часов 11 минут, с установленной видеокамеры на фасаде здания, внутри которого ресторан „Престиж“, именно Вы?
Ответ обвиняемого Барилы Н.Д.: Да, конечно, на указанной записи именно тот самый момент, который я Вам только что описывал. Правда на неё не попал наезд на меня, а видно лишь пол машины с передней стороны, но на видеозаписи я и Чёрный Д.Л.
Вопрос следователя к обвиняемому Бариле Н.Д.: От куда Вы узнали фамилию покойного?
Ответ обвиняемого Барилы Н.Д.: После того как я явился с повинной, в милиции, сотрудники показывали мне фотографию гражданина, внизу которой была фамилия, имя и отчество: Чёрный Денис Львович.
Вопрос следователя к обвиняемому Бариле Н.Д.: Расскажите об обстоятельствах, произошедших на следующий день, 24.08.2010 года, около 18 часов 00 минут в районе многоквартирного дома № 2 по ул. Набережная, города Кирпиченск, Красногорской области?