Виктор Молотов – Спасите меня, Кацураги-сан! Том 8 (страница 35)

Только этого мне не хватало. Задержки нам сейчас совсем ни к чему. А если я по какой-то причине не смогу проехать в Непал, тогда и всему плану конец.

— Не положено, — помотал головой мужчина. — Причину вам я назвать не могу. Просто не пропущу вас — и всё.

Такое поведение со стороны таможни совсем неудивительно. В моём мире были такие же ситуации. Они дают отказ, но не называют причину, хотя она есть. Причиной может служить судимость, незаконный груз, просроченная виза и даже недостаточное количество средств на счёте.

Правда, ситуацию с визой обычно можно решить, практически на месте. И с остальными пунктами у меня всё должно быть в порядке. Возможно, в этом мире у Непала есть какие-то особые условия для японцев? Либо у таможенника день не задался. Но всё это очень некстати. Мы ведь почти у цели. Ещё чуть-чуть — и Арджун будет спасён.

Я могу продлить жизнь этому парню хотя бы лет на сорок. Точно сказать, проснётся ли после моего лечения это заболевание ещё раз почти невозможно. Но я хочу сделать хотя бы что-то, чтобы он не умер в этом же месяце.

— Прошу прощения, но мне всё же нужно проехать любой ценой, — настоял я. — Со мной едет очень важный человек. И он болен. Ему обязательно нужно оказаться в Лумбини, желательно сегодня же.

— И каким же образом, по-вашему, в Лумбини ему помогут? — спросил таможенник. — Если бы вы сказали, что перевозите пациента в одну из больниц Непала… И даже в таком случае, сильно сомневаюсь, что в Непале медицина лучше, чем в Индии.

Понятно. Он даже не думает меня впускать. Граждане Индии и Непала могут спокойно перемещаться через границу, а с японцами в этом мире явно есть какие-то дополнительные сложности, о которых я знать не мог.

— Хорошо, — кивнул я. — Последний вопрос. Манипур Ягат Кирис связывался с вами или с кем-то из вашего начальства?

— Вопросы здесь задаю я, — сухо усмехнулся таможенник. — Простите, господин Кацураги. Никто со мной не связывался, и пропустить вас я не могу.

Да что же это такое? Манипур обещал решить эту проблему. Возможно, мы приехали слишком быстро или у него возникли какие-то непредвиденные сложности.

Я вернулся в машину.

— Ну как? — спросил Рупаль Наиду.

— Отгоняй машину назад, ничего не вышло, — помотал головой я. — Сейчас буду звонить господину Манипуру. Узнаю, из-за чего возникли такие проблемы.

— Сама судьба не хочет, чтобы мы с вами достигли этой цели, доктор Кацураги, — послышался усталый голос Арджуна. — Но я верю, что отец справится. У него должно получиться.

— Сейчас узнаем, — кивнул я и набрал номер Манипура.

Брахман долго не отвечал на мой звонок, и мне удалось связаться с ним лишь с третьей попытки.

— Доктор Кацураги, где вы сейчас находитесь? — протараторил он.

— На границе Индии и Непала, — ответил я. — Меня не пропустили туда, господин Манипур Кирис. И пока что я понятия не имею, почему так случилось. Возможно, вы сможете дать ответ на этот вопрос? Вы ведь говорили, что разберётесь.

— Помню, доктор Кацураги, я и пытаюсь разобраться, — вздохнул он. — Очень невовремя… Обострились взаимоотношения между президентом Непала и императором Японии. Пока точно не знаю, в чём проблема. То ли Япония прекратили с ними торговлю, то ли перестала оказывать финансовую помощь. Мне ещё не сообщили. Но уже в течение двух недель в Непал почти не пускают японцев.

— Проклятье! — выругался я. — Вы же состоите в числе людей, приближённых к правительству Индии. Неужто эта информация не дошла до вас раньше?

— Клянусь, доктор Кацураги, мне было об этом ничего неизвестно, — признался Манипур. — Мне сообщили об этом только сейчас, когда я начал копать. Хоть я и политик, но власть у меня ограничена.

— Значит, помочь нам проехать вы не сможете? — спросил я. — Вы ведь понимаете, что я не стану незаконно пересекать границу через какой-нибудь лес или горную гряду?

— Разумеется, не станете, — согласился Манипур Кирис. — У меня есть связи. Я прямо сейчас пытаюсь решить этот вопрос. Подождите ещё полчаса, максимум час. Не уезжайте далеко от границы. Я сообщу, когда проблема будет решена.

— Благодарю, господин Манипур, — произнёс я. — Только, пожалуйста, поспешите. Чем быстрее мы попадём в Лумбини, тем быстрее ваш сын окажется в безопасности. Хотя бы на какое-то время.

— Я это прекрасно понимаю, доктор Кацураги. Решу в ближайшее время. Ждите. Я поговорю руководителем таможенной службы, — произнёс Манипур Кирис и положил трубку.

Рупаль Наиду по моей команде отъехал на обочину неподалёку от таможни. Водитель уже устал, разговаривать так же охотно, как раньше, ему не хотелось. Вымотанный дорогой Арджун уснул.

Я же решил не тратить время попусту и принялся изучать свои новые способности. «Психоанализ» я ещё планировал протестировать на реальных пациентах, зато «клеточный» мог изучить прямо сейчас — на себе.

Я активировал способность и осмотрел свои клетки. Как же всё-таки давно я не пользовался этой чудесной возможностью! С прошлой жизни её не использовал.

Мой «анализ» по субъективным ощущениям работал, как настраиваемая линза. Я будто крутил невидимое колёсико, которым настраивал масштаб зрения. Ранее это колесо не могло продвинуться дальше, когда я доходил до гистологического уровня и начинал осматривать ткани.

Теперь же у меня не было возможности продвинуться за пределы клеточного. Осталось лишь одно усиление — получить «молекулярный анализ» — и всё. Я вновь стану тем же лекарем, которым был прежде. Хотя… Возможно у лекарской магии есть и более высокие уровни? Правда, никто из моих учителей такого не достигал. Но что может быть меньше молекул?

Только атомы. Но в атомном анализе я не вижу никакого смысла. Вся жизнедеятельность организма построена на работе молекул, то есть — различных веществ. Способность видеть атомы может пригодиться только за пределами медицины, в той же фармакологии. Но туда я пока что не стремлюсь.

Чтобы скоротать время, я принялся осматривать свои клетки.

Удивительная структура! Каждая клетка, как отдельный организм. В ней есть всё то же, что и в любом животном или человеке.

Сейчас передо мной клеточная мембрана — оболочка клетки, её защита. У человека такую функцию выполняет кожный покров и скелет с мышцами.

Если уменьшить масштаб, передо мной предстанут органы клетки, которые зовутся органеллами. Они плавают в густом веществе, которое носит название «цитоплазма». По сути, для клеток это — кровь. Прозрачная жидкость обеспечивает весь обмен веществ клетки.

В самом центре плавает ядро. И это очень важная структура, как для клетки, так и для всего организма. В ядре содержится генетическая информация, целостность которой влияет на жизнедеятельность клетки, и, следовательно, на человека в целом.

Именно с этой органеллой у Арджуна Кириса имеются серьёзные проблемы. От своих родителей он унаследовал мутантный ген, причём не один. И эта куча наследственных поломок привела его к нынешнему состоянию.

— Доктор Кацураги, вы спите? — прервал меня Рупаль Наиду.

— Да, задремал немного, — солгал я. — Сколько прошло времени?

Когда я углубляюсь в изучение тела, в том числе и своего, могу не заметить, как проходят минуты и даже часы.

— Полчаса, — ответил водитель. — Я следил за вашим телефоном. Господин Манипур Кирис пока что не звонил. Ни вам, ни мне.

— Ничего, дадим ему время, — сказал я. — Наше дальнейшее продвижение зависит только от него.

— Вы выглядите спокойным, — улыбнулся Рупаль. — На вашем месте я бы сильно волновался. Последние полчаса вы еле дышали. Снилось что-то или о чём-то думали?

Видимо, за это время Рупаль почувствовал себя в одиночестве, раз так быстро смог вернуться к своей привычке — болтать с попутчиком.

— Думал о строении клетки, — честно признался я. — До ужаса интересная у неё структура.

— Ох, в последний раз, когда мне пришлось читать про клетки, я болел гепатитом, — заявил Рупаль Наиду.

— Гепатитом? — удивился я. — Каким?

Гепатитов есть несколько видов. Это воспаление печени, и оно может вызываться не только всем известным вирусом, но и обыкновенным повреждением органа. К примеру, лекарствами.

Хотя даже если говорить о вирусном гепатите, вариантов тоже остаётся много. Их ведь пять видов: А, В, С, D и Е. Но самые опасные из них это гепатит В и С. Они переносятся особенно тяжело и практически не вылечиваются. Инфекционисты уже не одно десятилетие борются с этим заболеванием.

— У меня был гепатит А, — объяснил Рупаль Наиду. — Наверное, вы в курсе, какая это дрянь? Когда болеешь этой заразой, постоянно тошнит, выйти из туалета практически невозможно, а ты ещё при этом желтеешь и сил нет, даже задницу с кровати поднять.

— Прекрасно вас понимаю, Рупаль. Я знаю, как работает гепатит А, — кивнул я. — Кстати, по-другому эту инфекцию называют болезнью Боткина. Её открыл русский инфекционист.

— Бот-ки-на? — по слогам произнёс Рупаль. — Не знал!

Рупалю повезло. Гепатит А хоть и тяжёлая вирусная инфекция, но многим своим собратьям она и в подмётки не годится. Эта болезнь чаще всего проявляет себя, как острый гастроэнтерит с сопутствующим воспалением печени.

— Как же вы умудрились её подхватить? — спросил я. — Хотя, наверное, глупый вопрос. В Индии это сделать несложно.

— Вот-вот! — закивал Рупаль Наиду. — Верно подмечено, доктор Кацураги. Совсем не сложно! Я просто додумался искупать в незнакомом водоёме. Жарко было, а я тогда колесил по стране сутками напролёт. Оказалось, что в этом же озере купается вся близлежащая деревня и… Они туда сливают всякое. Ну, думаю, вы поняли, о чём я.