Виктор Лежен – Выбывшие (страница 10)
И в центре этой полупустынной диорамы царствовал Самсон. Благородный лев, потерявший самку из охраняемого им прайда. Застывшая в печали статуя из пудостского камня, величаво взирающая на мир. Трагично, но горделиво. Кире стало жаль его. Он всегда относился к ней дружелюбно и по-отечески покровительственно.
– Ну, ну. – Кира погладила его по большой загорелой кисти, задев платиновую печатку с чёрным ониксом, красующуюся на мизинце. – Мы справимся. Ты справишься!
Он охотно кивнул.
– Да, да, конечно. Ты хотела узнать, как мы дальше будем сотрудничать?
Кира замялась.
– Не совсем. Я думаю об этом ещё рано говорить. Как только полиция найдёт того, кто … это сделал, мы обсудим дальнейшее партнёрство. Уверена, Эстер что-нибудь придумает. Я хотела спросить, может тебе известно что-то о том, как Ида провела последние дни, о том, кто желал ей зла?
Самсон свёл вместе чётко очерченные, ещё сохранившие угольный пигмент широкие брови.
– Я только вчера вернулся из Столицы. Провёл там несколько дней. Эстер мне звонила туда, сообщила о случившемся. Так что, дорогая, я не знаю, чем была занята Ида прошлую неделю. Но, когда мы виделись последний раз, всё у неё было хорошо, она радовалась, что скоро выйдет новая книга, опять будут презентации и интервью, ты же знаешь, как она любила внимание публики.
Кира кивнула и отметила про себя: «Прекрасное алиби».
– А может она рассказывала о ссорах, конфликтах с кем-нибудь? Вы с ней общались чаще, чем я, возможно, Ида делилась своими проблемами? – С надеждой в голосе спросила она.
Горизонтальные морщины на лбу Рочдельского проступили глубже, когда он задумался над этим вопросом.
– Нет, Кира, – медленно возразил он. – Не могу сказать. По крайней мере, мне ничего о таковых неизвестно. Да и вряд ли она стала бы делится со мной. – Он виновато улыбнулся.
– Отчего так? Мне казалось, вы прекрасно ладите, даже сдружились?
Самсон поморщился и, сделав неопределённый взмах рукой куда-то в сторону, неохотно объяснил:
– Видишь ли, некоторое время назад мы разошлись во мнениях по одному вопросу, и, как бы тебе это сказать, отдалились что ли. Вернулись к деловому сотрудничеству, без примесей личного.
Кира внимательно всмотрелась в его лицо. Рочдельский был очень привлекательным мужчиной, от него веяло аттитьюдом маскулинности: превосходством, уверенностью, свободой, стремлением к доминированию. Вот почему его застенчивый взгляд, мельком скользнувший по ней при объяснении их с Идой особенностей коммуникации, показался ей фальшивым.
Всё это время молчавшая Майя внезапно заговорила, слегка запинаясь:
– Самсон Яковлевич, прошу прощения, у Вас был роман с Ланг? Любовная связь?
Рочдельский хмыкнул. Преувеличенно медленным сексуальным жестом он поправил причёску, проведя ладонью по волосам, зачесывая их назад, к затылку.
– А Вы быстро раскусили меня, милая. – Прищурившись, укорил он.
– Было дело. Но недолго! – Самсон поднял вверх указательный палец, обращаясь к удивлённой Кире:
– Несколько месяцев встреч, нечастых встреч. Каюсь, я неравнодушен к светловолосым нимфам.
– Но… Я не знала. Даже и не представляла… Что ты и она… – растерянно пробормотала Кира.
Самсон поджал губы.
Кира вспыхнула, поняв, что обидела его.
– Не хотела тебя уязвить, не подумай! Просто это неожиданно. Никогда не замечала между вами ничего… такого.
– Прошу прощения, но что послужило причиной вашего расставания? – Робко поинтересовалась Майя.
Самсон насмешливо поднял брови.
– Причина простая. Ида хотела семью, детей. А я нет. – Рочдельский развёл руками. – Пробовал однажды, был женат, но ничего путного из этого не вышло. Эстер может подтвердить.
– Эстер? – не поверила Кира.
– Она не рассказывала? – Самсон ухмыльнулся. – Мы были женаты. Лет пятнадцать назад. Я выдержал всего три года.
– Нет, я и об этом не знала, – растерянно протянула Кира.
Рочдельский тихо рассмеялся.
– День откровений для тебя, дорогая?
Кира кивнула, улыбнувшись ему.
– Для меня существует только одна жена – моя работа, издательство. А вы, авторы – мои дети, – с пафосом сообщил Рочдельский.
«Лукавишь, Самсон, – подумала Кира. – С Ланг твоя связь вышла за рамки отношения отца и дочери».
– А в «Парафразъ» у Иды не было ни с кем споров, неприязни? Не знаешь? – продолжила спрашивать она.
– Думаю, нет. Ни разу не слышал, ни от неё, ни от сотрудников издательства, ни о чём подобном. – Самсон с недоверием посмотрел на собеседницу. – Что это за любопытство Кира? Твой внутренний детектив жаждет справедливости?
Кира замолчала, взвешивая ответ.
– Видимо. Хочу знать, зачем её тело принесли в мою квартиру? Кто-то знает, что она – это я? Что я настоящий автор? Не может это быть простым совпадением. Если так, то мне, да и всем нам нужно понять, что этот кто-то сделает с этими сведениями, ты так не считаешь?
Самсон хотел что-то возразить, но, заколебавшись, не издал ни звука, хмуря брови.
– Ты права. – После некоторого раздумья согласился он. – Но я не знаю, как тебе помочь в твоих поисках этого «кого-то». О себе и своей семье Ида говорила не много. Я знаю только, что у неё есть брат, но они совсем не близки. Да и виделись мы с ней два-три раза в неделю, не чаще, в основном, по вечерам. Месяцев пять или около того. Потом она начала на меня давить. Выводить на разговоры «о нас». Я это не люблю. Лёгкость пропала, понимаешь? Пару недель назад мне пришлось завершить наш роман, о чём я сказал Иде в нашу последнюю встречу.
– Она рассердилась? – подала голос Майя.
Рочдельский перевёл на неё взгляд.
– Если и рассердилась, то виду не подала. Попрощались мы на позитивной ноте, пожелав друг другу удачи. – Он осекся в замешательстве. – Я и сам удивился, как просто всё вышло.
– Интересно, – сказала Майя. – То есть темперамент у неё спокойный был? Не взрывной?
– Так в том то и дело. – Рочдельский подался вперёд. – Я думал, что задел её самолюбие, решил, что она вспылит, разгневается, ведь женщина она была страстная, энергичная, и умела постоять за себя. А тут ничего, полный штиль. Только произнесла в конце: «Да, так будет лучше для нас обоих. Удачи». И всё.
Самсон выглядел таким обескураженным, что Кире захотелось расхохотаться. Скорее всего, ни одна из его партнёрш не принимала так стоически озвученное им «тяжёлое» решение о необходимости расстаться. Кира даже представила, что Рочдельский продекламировал в тот момент трогательную продуманную речь, надеясь на соответствующий эффект, но не был оценён по достоинству, что его озадачило, укололо, а может быть, и возмутило: ведь он готовился! Ида Ланг, безусловно, удивила Самсона своим уравновешенным и непреклонным «так будет лучше». Кира прониклась некоторым уважением к своему альтер эго.
– Может так проявилась её обида? В… преувеличенном равнодушии? – стараясь подбодрить Самсона, спросила Кира.
Лицо его немного просветлело и разгладилось, когда он услышал эти слова.
– Да? Я как-то не подумал об этом варианте. Но, вероятно так и было! – С облегчением закончил Рочдельский.
Кире показалось, что она отчётливо видит, как планка его мужской самоценности поднимается обратно на привычную поднебесную высоту.
«Иллюзии, они такие иллюзии» – усмехнулась она про себя.
– Многие знали о Вас? – Продолжила расспросы Майя, пытаясь сохранить серьёзность на лице.
– Я просил Иду не распространяться об этом в издательстве и в прессе. Но поручиться за то, что она никому не рассказала, не могу. Хотя, думаю, Эстер догадывалась. Её не проведёшь, она всегда точно знает, что у меня новый роман.
– С Эстер вы не обсуждали эту тему? Я правильно поняла? – допытывалась Кира.
– Нет, что ты! Она сама деликатность, да и судачить о настоящей с бывшей не в моём характере. Кстати, о сплетнях: сегодня в «Парафразъ» приезжал твой адвокат, беседовал с Эстер и остальными. И следователь тоже был, я приглашён к нему завтра на допрос. – Многозначительно поделился Рочдельский и шумно выдохнул.
– Тяжело всё это!
– Согласна. – Кира тоскливо скривила губы ему и взглянула на Майю, набиравшую текст на клавиатуре смартфона. – Нам пора, Самсон. Спасибо за встречу. Если нужна помощь, я…
– Знаю, знаю. – Самсон похлопал её по руке. – Увидимся ещё до твоего отъезда? Вместе с Эстер?
– Обязательно, – пообещала Кира, вставая.
Санкт-Петербург. Невский проспект.
Сентябрь 03, вторник, 15:14
Такси везло Киру с Майей в офис Германа, мягко пружиня по асфальту рессорами, нивелируя влияние неровностей дороги на комфорт поездки. Макар попросил приехать, они с Бенефициаром ожидали также появления Ларса с новостями. В салоне тихо звучала знакомая печальная песня, напомнившая Кире, как она уже ехала однажды в похожем автомобиле пять лет назад под аккомпанемент такой же грустной мелодии. Правда, в Москве.