Виктор Кувшинов – DARK SIDE OF HYPNOSIS Тёмная сторона гипноза VICTOR (страница 1)
Виктор Кувшинов
DARK SIDE OF HYPNOSIS Тёмная сторона гипноза VICTOR
DARK SIDE OF HYPNOSIS
VICTOR
ОГЛАВЛЕНИЕ
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. КАК Я ВОШЁЛ
Глава 1. Откуда это берётся 4
Глава 2. Где мы встретились 11
Глава 3. Как устроена система 22
Глава 4. Что я умею 33
Глава 5. Как слышат люди вроде меня 46
Глава 6. Где заканчивается работа 62
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЧТО Я СДЕЛАЛ
Глава 7. Почему я это сделал 79
Глава 8. Кого я вывел первым 91
Глава 9. Откуда брал ресурсы 100
Глава 10. Кто такая Зеркало 110
Глава 11. Как ты ушёл 121
Глава 12. Почему позвонил Крымову 131
Глава 13. Почему позвонил я 141
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ЧТО Я ПОНЯЛ
Глава 14. Кем ты был для меня 152
Глава 15. Чего я не смог 162
Глава 16. Куда это идёт 173
Глава 17. Письмо 183
Эпилог 193
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
КАК Я ВОШЁЛ
Глава 1. Откуда это берётся
Макар.
Я не знаю с чего начать - и это странно, потому что я всегда знаю с чего начать. Это моя профессиональная особенность, если можно так назвать то что я умею. Я захожу в комнату и понимаю кто здесь кто. Я слышу первую фразу и знаю как закончится разговор. Я вижу человека и уже чувствую что для него важно - что он сам ещё не назвал.
Это было со мной всегда. С самого начала.
Мне было семь лет когда я понял что слышу что-то что другие не слышат. Не буквально - не голоса, не что-то мистическое. Просто - состояния. Мама входила в кухню и я знал до того как она открывала рот: сегодня трудный день, не спрашивай про школу. Учитель начинал урок и я чувствовал: он злится но не на нас, на что-то своё, сейчас лучше не отвечать.
Поначалу я думал что так у всех.
Потом понял что нет.
Это открытие не сделало меня счастливым. Когда слышишь больше чем другие - несёшь больше чем другие. Чужое настроение, чужая тревога, чужая боль - всё это входило в меня без спроса. Я не умел закрыться. Не знал что это вообще возможно.
В двенадцать лет я нашёл способ. Не закрыться - переключить направление. Вместо того чтобы просто чувствовать - начать анализировать. Что именно я слышу. Откуда это. Что за этим стоит. Дистанция между ощущением и мыслью о нём - вот что меня спасало. Пока ощущение проходило путь до слова - оно теряло силу. Становилось данными, а не болью.
Я не знал тогда что это называется диссоциацией. Я думал что просто стал умнее.
Возможно это одно и то же.
Я пишу тебе это потому что хочу чтобы ты понял - или попробовал понять - откуда я. Не для оправдания. Ты достаточно хорошо меня знаешь чтобы понять: если я начинаю объяснять - это не значит что прошу прощения. Это значит что пытаюсь быть точным.
Я всю жизнь был умным. Сейчас пытаюсь быть точным. Это сложнее.
*
Университет я выбрал по той же логике по которой делал всё тогда - где можно будет легализовать то что уже умею. Психология казалась очевидным ответом. Место где слышать людей - не странность, а профессия.
Я не ошибся в выборе места. Ошибся в том чего ожидал.
Академическая психология того времени была осторожной. Медленной. Этичной до степени которую я тогда считал трусостью. Мы изучали как устроена психика - и почти не касались того как она ломается под давлением. Как на неё можно влиять. Где её слабые точки.
Меня интересовали именно слабые точки.
Не потому что хотел причинять вред - поверь мне, хотя я понимаю что сейчас у тебя есть основания не верить. А потому что понять где что-то ломается - значит понять как оно устроено. Прочность материала определяется в точке разрыва. Это не садизм. Это инженерное мышление.
Примерно тогда я встретил вас двоих.
Тебя я помню хорошо. Ты сидел в читальном зале и читал Эриксона - не учебник, сами тексты, протоколы сессий. Я сел рядом. Не потому что хотел познакомиться - просто интересно было посмотреть на человека который читает это с таким лицом.
- Что именно тебя зацепило, - спросил я.
Ты не удивился вопросу от незнакомого человека. Просто поднял взгляд и сказал:
- То что он не объясняет. Просто делает. И работает.
Я понял тогда что мы будем разговаривать долго.
Я не ошибся.
Алексей - третий из нас - был другим. Мягче, осторожнее, с той особой внимательностью которая бывает у людей которые выросли в тихих семьях и привыкли слушать. Он слышал людей иначе чем я - не как данные, как истории. Каждый человек для него был историей которую нужно понять, а не задачей которую нужно решить.
Мы были странной троицей.
Я - слышу как стратег.
Ты - слышишь как инженер.
Алексей - слышит как терапевт.
Три способа делать одно и то же. Три разных ответа на один вопрос: что делать с тем что слышишь.
Алексей ответил на этот вопрос раньше всех. И правильнее. Но тогда я думал что он просто трус.
Прости. Это не точно. Я думал что он недостаточно любопытен.