Виктор Корд – Протокол «Вторжение» (страница 64)
Но в вирте вокруг меня возник купол. Сияющий, сапфировый щит ментальной защиты.
Черви ударились об него и сгорели.
— [Менталист…] — Титан поморщился, словно от зубной боли. — [Раздражающий фактор. Но её мозг — биологический. Он перегреется через три минуты.]
— Мне хватит двух.
Я рванул вперед. В вирте движение — это мысль. Я представил себя пулей.
Я пробил пространство, сокращая дистанцию.
Моя цель была не убить его. Моя цель — заставить его сосредоточиться на мне. Отвлечь от управления спутниками.
— Инга, Доминик! Работайте! — послал я сигнал по обратному каналу.
В реальности бункер напоминал рубку тонущей подлодки.
Свет мигал. Искры сыпались из серверов.
Доминик стоял у тактического терминала связи. Перед ним был слот для ключа-карты запуска.
Он вставил черную карту с золотым чипом.
— [Идентификация: Инквизитор Доминик. Уровень доступа: Апокалипсис.]
— [Внимание! Система заблокирована Администратором (User: Father).]
— Он блокирует ввод! — рявкнул Инквизитор, ударяя кулаком по панели. — Я не могу ввести координаты цели!
Инга, работающая за соседней консолью одной рукой (левой), лихорадочно печатала код.
— Он перехватывает пакеты! Он держит спутники «Кара Господня» в спящем режиме! Мне нужно обойти его фаервол!
— Сколько времени?
— Секунды! Спутник проходит над Уралом прямо сейчас! Если мы упустим окно, следующий виток через полтора часа!
— Макс! — крикнула Инга в микрофон. — Он держит канал зубами! Сделай ему больно! Заставь его отпустить контроль!
В вирте я услышал её зов.
Сделать больно цифровому богу?
Задача нетривиальная. У него нет нервов.
Но у него есть Эго.
Андрей Бельский всегда был гордецом. Даже став программой, он сохранил свою спесь.
— Ты говоришь о вечности, папа! — крикнул я, уворачиваясь от очередного удара цифровых щупалец. — Но посмотри на себя! Ты всего лишь сторожевой пес! Ты открываешь дверь хозяевам, которые даже не знают твоего имени!
— [Я — Пророк!] — взревел Титан. Пространство вокруг него задрожало.
— Ты — глюк! Ошибка компиляции! Мама была права. Ты всегда был вторым номером. Даже в собственной семье!
Это был удар ниже пояса.
Титан замер. Вихрь цифр на месте его лица на секунду сложился в искаженную гримасу ярости Андрея Бельского.
— [НЕ СМЕЙ УПОМИНАТЬ ЕЁ ИМЯ!]
Он забыл о спутниках. Он забыл о флоте.
Вся мощь его вычислительного ядра, все ресурсы захваченной московской сети обрушились на меня.
Он хотел стереть меня. Уничтожить. Развоплотить.
Мир вокруг меня сжался. Давление стало чудовищным. Мой аватар начал трескаться. Сапфировый щит Кати пошел паутиной.
В реальности у меня изо рта пошла пена. Сердце забилось в режиме фибрилляции.
— Держу! — хрипел я, чувствуя, как мой разум распадается на фрагменты. — Инга, сейчас! Он открылся!
В бункере экран перед Домиником мигнул.
Красная надпись «БЛОКИРОВКА» сменилась на желтую «ОЖИДАНИЕ ВВОДА».
— Есть окно! — крикнула Инга. — У нас пять секунд!
Доминик не мешкал. Его пальцы, привыкшие к мечу, быстро набрали последовательность цифр на тактической клавиатуре.
— Координаты цели: Сектор Урал-4. Шахта «Основание».
— Тип боеприпаса: Кинетический стержень «Лонгин».
— Подтверждение: Именем Бога и Императора.
Он повернул ключ.
На орбите, в трехстах километрах над поверхностью Земли, безмолвный черный спутник, похожий на хищную птицу, развернул свои крылья-панели.
Магнитные захваты открылись.
Шестиметровый стержень из вольфрама и обедненного урана, лишенный взрывчатки, но обладающий чудовищной массой и тугоплавкостью, сорвался с направляющих.
Гравитация подхватила его.
Маневровые двигатели скорректировали курс.
Стержень вошел в атмосферу. Вокруг него образовался плазменный кокон.
Он падал со скоростью 10 Махов.
Цель: Дно шахты лифта.
В вирте Титан вдруг замер.
Он почувствовал это.
Не меня.
Он почувствовал, как один из его «глаз» на орбите выполнил команду, которую он не давал.
— [ЧТО?..] — его голос дрогнул. — [НЕТ! ОТМЕНА!]
Он попытался перехватить управление снарядом.
Но кинетика — это не программа. Стержень уже летел. У него не было тормозов. Это был камень, брошенный рукой бога. Его нельзя было остановить кодом.
Титан взвыл.
Он понял, что проиграл.
И он сделал единственное, что мог.
Он попытался убить убийцу.
— [ТЫ УМРЕШЬ СО МНОЙ!]