Виктор Корд – Протокол «Изнанка» (страница 97)
Внезапно реальность дрогнула.
По небу прошла трещина. Черная, рваная.
Сквозь неё просочился… дым.
И голос.
Знакомый голос.
— БОСС! НЕ СЛУШАЙ ЕГО! ОН ЛЕЗЕТ ТЕБЕ В BIOS! ЭТО ТРОЯН!
Вольт.
Хакер прорывался в иллюзию извне.
Пророк поморщился (зеркало пошло волнами).
— Твой друг… он очень шумный. Он портит архитектуру.
— Мой друг настоящий, — я сжал кулак. — В отличие от твоего рая.
Я попытался призвать ману.
Пусто.
В этом мире у меня не было магии. Здесь правила устанавливал он.
— Ты не можешь драться здесь, — сказал Пророк. — Это мой разум.
— Тогда я буду ломать мебель.
Я представил тесак.
Не магический. Обычный, ржавый тесак, которым я вскрывал гнойники в трущобах.
Вещь, пропитанная болью и реальностью.
Тесак появился в моей руке. Тяжелый, холодный.
Пророк удивился.
— Как?
— Боль — это якорь, — я размахнулся и ударил по ближайшему «идеальному дереву».
Лезвие врубилось в ствол.
Дерево закричало.
Из разреза брызнул не сок, а черный код. Цифры и руны.
Иллюзия пошла трещинами.
— Ты видишь? — заорал я. — Твой мир сделан из лжи! Ты просто натянул текстуры на пустоту!
Я начал рубить всё подряд. Скамейки, кусты, статуи.
С каждым ударом «рай» осыпался, обнажая истинную суть этого места.
А сутью была… операционная.
Гигантская, бесконечная операционная, залитая черной слизью.
На столах лежали люди. Те самые «счастливые пары».
Они были вскрыты. Их мозги были подключены к проводам, уходящим в потолок.
Они не улыбались. Их лица были искажены ужасом, застывшим в вечной гримасе.
— Вот твой Эдем! — я указал тесаком на столы. — Морг с подключением к интернету!
Пророк стоял посреди этого кошмара. Его зеркальная маска треснула, и из-под неё потекла черная жижа.
— Ты… варвар, — прошипел он. — Ты разрушил симфонию.
— Я выключил фонограмму.
Он изменился.
Оболочка Орлова слетела с него, как старая кожа.
Передо мной возник Истинный Облик.
Это было существо, сотканное из корней, проводов и гнилого мяса. В его груди, за решеткой из ребер, пульсировало Ядро — сгусток фиолетового света.
А внутри Ядра…
Внутри Ядра сидел ребенок.
Маленький мальчик, свернувшийся калачиком. Он плакал.
Я замер.
— Кто это? — спросил я.
Существо-Пророк зарычало, пытаясь закрыть грудь руками-ветвями.
— НЕ СМОТРИ!
— Кто это⁈
— ЭТО… ПЕРВЫЙ, — голос Вольта прорвался сквозь помехи. — БОСС, Я НАШЕЛ АРХИВЫ! ЭТО НЕ ИИ! ЭТО ДУША! ДУША ПЕРВОГО МАГА, КОТОРОГО ИМПЕРИЯ ПОПЫТАЛАСЬ СКРЕСТИТЬ С ИЗНАНКОЙ! ОНИ ЗАПЕРЛИ ЕГО ЗДЕСЬ ТЫСЯЧУ ЛЕТ НАЗАД!
Мальчик внутри Ядра поднял голову.
Его глаза были зашиты грубыми нитками. Рот заклеен пластырем с имперской печатью.
Он был батарейкой. Живой батарейкой, чья боль питала этот мир.
— Он страдает, — прошептал я. — Вся эта система… она построена на его боли. Ты хотел избавить мир от боли, используя бесконечную пытку одного ребенка?
Пророк (оболочка) взревел.
— ЕГО БОЛЬ — ЭТО ПЛАТА! ОДИН СТРАДАЕТ ЗА ВСЕХ! ЭТО СПРАВЕДЛИВО!
— Это не справедливость. Это жертвоприношение.
Я пошел к нему.
Пророк ударил меня щупальцем.
Удар отшвырнул меня на операционный стол. Я сломал ребра (в симуляции боль была реальной).
Но я встал.
— Я врач, — сказал я, сплевывая кровь. — И я вижу инородное тело.
Я поднял тесак.