Виктор Корд – Протокол «Изнанка» (страница 57)

Только свет наших фонарей и тяжелое дыхание четырех человек (и одного киборга).

Это была казарма. Старая, имперская. Ряды двухъярусных коек, шкафчики, плакаты с лозунгами «Чистота — залог силы».

Здесь было сухо. И тихо.

Биосфера Оазиса не смогла проникнуть сквозь метр бетона.

— Привал, — сказал я, сползая по стене. — Пять минут. Проверьте фильтры. Если вдохнем споры здесь, в замкнутом пространстве, станем клумбой.

Борис сидел на полу, массируя колено.

— Связки потянул, — констатировал он. — Или порвал. Болит.

— Заживет. Твоя регенерация переварит и не такое.

Вера и Вольт (хакер все еще был в прострации после увиденного в лаборатории) отошли вглубь помещения, проверяя периметр.

Я остался с Алисой.

Куратор из D. E. U. S. сидела на койке напротив меня.

Она сняла очки. Её серые глаза смотрели на меня с каким-то странным выражением. Смесь жалости и… расчета?

— Ты видел Его, — сказала она. Не спросила. Утвердила.

— Кого? — я притворился, что не понимаю, вытирая лезвие тесака.

— Пророка. Он был у тебя в голове. Я видела твою ЭЭГ через визор. Твой мозг горел.

— Он показал мне мультик. Утопию. Мир без боли.

— И ты поверил?

— Я врач, Алиса. Я знаю, что мир без боли — это морг. Боль — это сигнал о том, что ты жив.

Она кивнула.

— Именно поэтому мы выбрали тебя.

— Кто «мы»? Канцелярия?

— Нет. Алгоритм.

Она расстегнула воротник своего идеально сидящего костюма.

Под кожей, на ключице, светился порт. Интерфейс.

— Я не человек, Виктор. Ты это знаешь. Я — био-дрон класса «Наблюдатель». Моя задача — оценивать риски.

— И каков мой рейтинг риска?

— Критический. Ты носишь в себе Тьму и Свет. Ты управляешь армией мертвецов. Ты хакнул сервер Судного Дня. Любой другой агент уже получил бы приказ на ликвидацию.

Она достала из кобуры свой игольник.

Положила его на колени. Стволом ко мне.

— Но ты не стреляешь, — заметил я, не дернувшись.

— Нет. Потому что мой протокол имеет поправку. «Фактор Хаоса». Империя стагнирует, Виктор. Она умирает от старости, как тот мир, который показал тебе Пророк. Нам нужна свежая кровь. Даже если эта кровь заражена.

Она наклонилась вперед.

— Моя задача была убить тебя, если ты станешь новым Орловым. Если ты захочешь власти ради власти. Но ты… ты хочешь вылечить этот мир. Даже если для этого придется его расчленить.

— Это комплимент?

— Это диагноз. Ты — хирург, Виктор. А хирурги всегда ходят по краю.

Она взяла пистолет.

Я напрягся.

Но она протянула его мне. Рукоятью вперед.

— Возьми. Это ключ доступа к моему каналу связи с Центром. Если я… выйду из строя. Или если я получу приказ убить тебя и не смогу сопротивляться протоколу.

— Ты хочешь, чтобы я тебя пристрелил?

— Я хочу, чтобы у тебя был выбор.

Я взял оружие. Оно было теплым от её рук.

— Я не убиваю союзников, Алиса. Пока они не пытаются съесть мой мозг.

В этот момент из глубины казармы раздался крик Веры.

— Сюда! Быстрее! Тут… проход!

Мы вскочили.

В конце коридора, за ржавым стеллажом, была дыра в стене.

Она вела не наружу.

Она вела в метро.

В старый технический туннель, который соединял базу «Био-Генезис» с основной веткой магистрали.

— Рельсы! — выдохнул Вольт, светя фонариком. — Ржавые, но целые!

— И поезд! — добавил Борис.

Там, в темноте туннеля, стояла дрезина.

Не ручная. Моторизованная. Старая имперская платформа для перевозки ракет.

— Она на ходу? — спросил я.

— Движок магический, — Вольт провел рукой по капоту. — Кристалл разряжен. Но механика в идеале. Смазка еще заводская.

— Если мы её заведем… — начала Вера.

— … то мы доедем до нашего поезда за пять минут, — закончил я. — И нам не придется пробиваться через джунгли.

Я достал Рубин.

В нем оставалась капля энергии.

И у меня было 5 единиц маны.

— Грузите насос! — скомандовал я. — Мы уезжаем из этого санатория.

Мы погрузили насос на платформу.

Я вставил Рубин в слот зажигания дрезины.

Искра.