Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга вторая (страница 86)
Порт Диксон к середине 1942 года представлял собою солидное сооружение, подготовленное для дозаправок океанских кораблей. На материке размещался поселок и пирс с портовыми кранами, напротив рейда в проливе Вега остров Конус с запасами угля, на одноименном с портом острове стояли полярная радиостанция, авиабаза полярной авиации, геофизическая обсерватория и несколько домиков Нового Диксона. Соседний остров Медвежий принадлежал туманной станции с мощной сиреной для оповещения судов в туманную погоду. В порту и главном поселке Диксона располагался районный центр Северного морского пути и штаб морских операций западного сектора Арктики. Как видим, для командира немецкого крейсера соблазн отличиться перед своим начальством был весьма велик.
Защитники Диксона тщательно подготовились к встрече непрошеного гостя. Женщин и детей эвакуировали в тундру на стойбища эвенков, создали там запасы продовольствия, создали боевую дружину из 60 человек под руководством начальника полярной станции И.А. Сидорина. Но главное, что удалось сделать, это подготовить к бою батарею 152-миллиметровых зенитных пушек, стволы которых направили в сторону моря (илл. 426). Батареей командовал ст. лейтенант Н.М. Корняков. С установкой батареи произошла занятная история. По приказу Главсевморпути пушки предполагалось отправить на укрепление береговой обороны Архангельска или Мурманска. Погрузка их на транспортный корабль, прибывший в порт, задержалась по распространенной в России причине, о которой говорят, что приказы начальства следует выполнять не сразу, а только после повторного напоминания...
Так или иначе, но нераспорядительность местного начальства, над которым, применительно к военному времени, нависла угроза сурового наказания, спасла Диксон от захвата станции немецким десантом. Как только на горизонте показался «Адмирал Шеер», батарея открыла огонь. Меткие попадания вызвали пожар палубных надстроек крейсера. Одновременно начал стрельбу мелкокалиберными пушками стоявший на рейде пароход «Дежнев» (на нем, кстати, служил пулеметчиком Г.О. Тонунц, будущий актер и исполнитель главной роли в популярном у зрителей кинофильме «Камо»),
Маневрируя вокруг острова Диксон, крейсер обрушил всю мощь своей артиллерии на все, что виделось и двигалось на берегу. Загорелся «Дежнев», задымил угольный склад, взорвались штабели бочек с соляркой, появились убитые и раненые. Однако неожиданная встреча с батареей пушек, немало удивившая Меендисен-Болькена, и о присутствии которой на крейсере не подозревали, нарушила планы командира корабля. Высадку десанта не только пришлось отменить, но и позаботиться об установке защитной дымовой завесы. Крейсер удалился в море и после полумесячного отсутствия 31 августа он бросил якорь в Нарвике. Операция «Вундерланд» бесславно завершилась. За исключением кратковременного пребывания в районе Северной Земли тяжелого немецкого крейсера «Адмирал Хиппер» в сентябре 1942 года, в последующие два года в Карском море немцы могли позволить себе только отдельные рейды подводных лодок. По сравнению с экспедицией «Шеера» они оказались куда более эффективными. Этому способствовали развернутые на островах Вардроппера и Подковы, а также в проливе Течений, немецкие радиостанции, персонал которых снабжал подводные лодки метеосводками. С другой стороны, печальный опыт 1942 года был учтен и нашими полярниками.
Так, в летние навигации 1943–1944 годов в Карском море находилось до полутора десятков немецких подводных лодок. Они гонялись за караванами и топили торговые и научно-исследовательские суда. В конце июля 1943 года к северо-западу от острова Белый артиллерийской атакой было потоплено научное судно «Академик Шокальский». Немцы жестоко расправились с безоружным экипажем. Затем последовало нападение на полярную станцию острова Уединения. В Енисейском заливе на минах подорвался транспорт «Енисей». В Обской губе немецкая подводная лодка «У-639» установила минные поля в районе Нового Порта. И вот здесь-то впервые за два года войны советская подводная лодка наказала «У-639». Минная подводная атака завершилась гибелью немецкой субмарины. В 1944 году возле острова Белый на северной оконечности Ямала противник впервые в мире применил новейшие по тому времени торпеды с акустической системой наведения. Итогом боя подводной лодки с применением таких торпед стала гибель транспорта «Марина Раскова» и двух кораблей сопровождения вместе с экипажами. Немецкая лодка позднее была уничтожена подоспевшими самолетами. Еще одна лодка нашла свою могилу возле мыса Желания. В этом же году в Карском море погибли корабли «Тбилиси», «Архангельск», «Киров» и «Норд».
Во второй половине 1944 года интенсивность немецких нападений на море заметно уменьшилась: сказалось общее ухудшение военного положения Германии. Так, без особых эксцессов прошел перегон ледокольного флота из Тикси в порты Баренцева моря. Спокойно прошла зимовка двух десятков кораблей на Диксоне. Весной 1945 года немецкие подводные лодки получили из Нарвика приказ о безоговорочном выполнении требований союзного командования. Всем лодкам предписывалось оставить акватории Карского моря и возвращаться на базу в надводном положении. Номер лодки и ее координаты следовало сообщать открытым текстом на ближайшую радиостанцию, в ночное время идти с огнями, а днем – с приспущенными флагами. Весь боевой запас вместе с замками орудий и запалами торпед предлагалось выбросить за борт, мины установить на предохранители, затопление лодок запрещалось категорически. Война в Карском море закончилась.
Памятниками единоборства русской и немецкой военной техники стали мемориальные сооружения на Диксоне и на острове Белуха. На Диксоне в 1982 году в честь 40-летия победы полярников в бою с крейсером «Адмирал Шеер» установлен памятный обелиск на горе Южной с именами погибших моряков и полярников, сохранено здание радиостанции, построенной еще в 1915 году и оказавшей в годы войны неоценимую услугу обороне Заполярья. На острове Белуха в память о героическом сражении парохода «Сибиряков» построена величественная громада каменного маяка.
СТАРИННЫЕ ТРАКТОРЫ, ПАРОВОЗЫ И АВТОМОБИЛИ
Тракторы. В двадцатые–тридцатые годы на сельских полях доминировали американские «Фордзоны» или их российские аналоги. По зову сердца и памяти местных энтузиастов чудом сохранившиеся единичные экземпляры машин-ветеранов восстановлены и водружены на постаменты в селе Плешково Ишимского района (илл. 427), и на окраине Тобольска. Колесный трактор ВТЗ системы «Универсал» в Плешково установлен на постамент в 1972 году по инициативе управляющего ремонтно-технического предприятия Л.А. Гербера (ул. Луговая, тупик). В Тобольске подобное событие произошло спустя три года. Трактор установили в поселке Менделеевский перед зданием «Сельхозтехники» благодаря заботам директора В.М. Кондрахина. Перед этим «Универсал» Сталинградского тракторного завода (СТЗ) пылился еще с довоенных лет на территории краеведческого музея.
Более удачливой оказалась судьба популярного когда-то гусеничного трактора ДТ-54. Память об этом труженике полей сохранена на постаментах в селах Бердюгино и Гагарино (Ялуторовский и Ишимский районы) и в Голышманово. В Бердюгино вечная стоянка трактора существует с 1972 года. К сожалению, на постаменте утрачена мемориальная доска с именами основателей МТС. Памятник в центре села Гагарино сооружен несколько раньше, в 1968 году, и тоже посвящен основателям Гагаринской МТС (1938 г.), о чем свидетельствует сохранившаяся, к счастью, мемориальная доска. На ней же – перечень из 48 фамилий. Голышмановский ДГ-54А (1980 г.) стоит у входа в СПТУ-32.
Машины тракторного типа, смонтированные на гусеничном шасси, установлены на пьедесталы и в других местах. Так, в Ханты-Мансийске с 1977 года при СПТУ-43 красуется трелевочный трактор Т-40 (инициатива Зосва А.П. и Поварнина Г.Н.), а в парке города Надым с 1976 года – тяжелый гусеничный тягач-вездеход в честь первопроходцев-газовиков. Не забыты аналогичные машины военного назначения типа мино и рельсовых грассоукладчиков в областном центре.
Они установлены в 1995-1996 гг. перед въездом в ТВВИКУ – в городе, в учебном центре училища – под Тюменью и на территории воинской строительной части в районе моторного завода.
Автомобили. В Тюмени особым вниманием пользуются отжившие свой век, но знаменитые когда-то, грузовые автомобили. Первыми полезную инициативу проявили в 1986 году работники Тюменского городского АТП (ул. Бакинских Коммисаров). В 1977 году из Ялуторовска привезли изношенную машину ГАЗ-ММ, почти металлолом, выпущенную еще до войны заводом им. Молотова в г. Горьком. Через год машина, восстановленная усилиями всего хозяйства, участвовала в автомобильном параде. К столетию русского автомобиля в 1996 году на кузове машины разместили памятный текст: «100 лет автомобильному транспорту России, 1896–1996» (илл. 428).
В 1990 году АТП арендного объединения «Тюменьгеолтранс» (С. Распутин и Н. Салаватуллин), что на Велижанском тракте по ул. Щербакова, установили грузовик, чудом сохранившийся где-то под Курганом. Выносливый и надежный «Урал-ЗИС-5», трудяга военных лет, горделиво красуется на бетонном основании у проходной предприятия. Еще один автомобиль-пожарник недавно поставлен Тюменским гарнизоном пожарной охраны по улице 30 лет Победы.