Виктор Копылов – Окрик памяти. Книга первая (страница 38)
Как видно, принадлежность «Писем» перу И.Я. Словцова была хорошо известна его современникам. Поэтому время от времени появляющиеся попытки некоторых тюменских исследователей творчества Словцова приписать себе заслугу какого-то «открытия» в биографии ученого, могут вызвать только недоумение. Исключение составляет действительно драгоценная находка доцента Л.Г. Беспаловой, автора ряда книг и статей по историческому литературоведению. Ей удалось разгадать подпись в конце анонимной книги «Письма из Тюмени претендента на должность городского головы» (Тобольск, 1894).
Содержание закодированной подписи следующее: «Слагатай сия человек негласный, отчина же его познается от осми букв: старицей сугубою начинается и единою же сугубою ерь скончавается, с десятерицею семичисленную и вторицею, паки сторица десятичисленная с тою же семичисленную десятерицею и вторицею».
Если заменить упомянутое в тексте цифры буквам старой азбуки – кириллицы, то расшифровка будет звучать: «Словцовъ».
Не столь уж безоблачной оказалась жизнь и работа в Тюмени у И.Я. Словцова, если даже легкие намеки и критика отдельных устоев тогдашней тюменской действительности вызвали бурю гнева их блюстителей и принесли, без сомнения, Словцову множество огорчений и неприятностей за смелые выступления.
Впрочем, неприятности были не только в Тюмени. Несмотря на тесные связи с Западно-Сибирским отделом Русского географического общества в Омске, на его огромную помощь и финансовую поддержку в реализации научных планов, отношения с руководством общества у И.Я. Словцова складывались не без сложностей. Побывав в 1887 году в Екатеринбурге на Урало-Сибирской научно-промышленной выставке от имени Сибирского отделения общества и на его деньги, И. Я. Словцов получил золотую медаль. Удачное участие в выставке побудило руководство общества рекомендовать И.Я. Словцова на выставку в Нижнем Новгороде. Ему же было поручено составление «Памятной книжки».
Однако нашлись люди, попытавшиеся воспрепятствовать принятию такого решения. А когда это не удалось, послали Словцову приглашение с умышленным искажением даты. В итоге отношения с Омском разладились окончательно и уже больше не восстанавливались. Вероятно, эта история каким-то образом воспрепятствовала участию И.Я. Словцова в работе и членстве весьма авторитетного Уральского общества любителей естествознания (УОЛЕ).
Значимость и величие ученого или крупного общественного деятеля при его жизни крайне редко осознается современниками, главным образом, по субъективным причинам. Вот почему биограф такого человека, не встречавший его лично, обладает тем преимуществом, что он не знает его человечески слабых сторон характера и ума, не слышал сплетен и дрязг вокруг имени своего героя, почти неизбежных при жизни любого деятельного и активного ученого. Свободный от всего наносного, биограф становится независимым в оценке и описании жизненного пути предмета своего внимания. Только время расставляет все по своим местам и полкам, способствуя рождению объективного подхода к событиям и личностям.
В январе 1896 года общественность Тюмени отмечала тридцатилетие служебной и научной деятельности И.Я. Словцова. Газета «Тобольские губернские ведомости» посвятила юбиляру пространную статью с подробными биографическими сведениями, списком трудов и с описанием обедни и товарищеского завтрака со своими сослуживцами в квартире директора. Здесь же была зачитана бумага из Петербурга за подписью царя о награждении юбиляра.
После многих приветствий И. Я. Словцов с бокалом вина в руке произнес следующий экспромт:
ОТЪЕЗД В ПЕТЕРБУРГ
Среднестатистическая продолжительность работы директора учебного заведения редко превышает десять лет. За такой срок работающий инициативный руководитель успевает нажить себе достаточное количество недоброжелателей, чтобы молва о необходимости смены его достигла цели. Впрочем, такой же срок уходит на аналогичную цель и для бездеятельного директора – успевают разглядеть, что он собой представляет. Так что в любом случае, независимо от деловых и хозяйственных качеств директора, ему предложат уйти. И.Я. Словцов проработал на своем посту двадцать семь лет, что уже само по себе – аттестация его полезной деятельности и умения находить выходы из сложных положений. В 1904 году И.Я. Словцову исполнилось 60 лет. Он по-прежнему полон забот по руководству училищем, но годы и здоровье уже далеко не те, что прежде. Передо мною рукописный годичный отчет о деятельности училища за 1904 год, написанный собственноручно директором училища в январе 1905 года. Огромный труд, множество таблиц, характеристик преподавателей, выводов и рекомендаций. Для составления только такого документа необходимы огромные усилия и организаторская воля. Чтобы ускорить отчет, Словцов рисует формы таблиц, а заполнение их поручает помощникам. Но остается еще каждодневная текучка, надо готовиться к заседаниям педсовета, вести занятия, хлопотать о ремонте зданий. количество которых возросло до пяти, из них четыре – деревянных...
Иван Яковлевич все чаще подумывает об отставке. Он заслужил хорошую пенсию и надбавки к ней, правда, тогда придется освободить квартиру в помещении училища, но в Петербурге его давно зовет к себе в Петербург сын Борис Иванович Словцов. Сохранились и петербургские научные связи, можно будет спокойно заняться обобщением обильного научного материала, обработке которого конца не видно... А музейные экспонаты? Здесь все давно и окончательно решено: он оставляет их училищу и городу, которым посвятил четверть века своей жизни. Более пяти с половиной тысяч экспонатов сведены в каталог, он опубликован, за судьбу экспозиции можно быть спокойным.
Собраны многие бумаги из личного архива, которые он тщательно накапливал всю жизнь. Еще в девяностых годах И.Я. Словцов передал в Археологическую комиссию Академии наук документы тюменских архивов в виде собрания актов и книг, считавшихся утерянными еще со времен Миллера. К сожалению, бумаги по состоянию на 1613 год были разобраны и частично описаны только в 1927–1928 гг., спустя два десятилетия после кончины их владельца. Среди книг, по-видимому, были и материалы, описанные в «Библиографии Тобольской губернии».
Решение об отставке ускорили тревожные события 1905 года. В училище было неспокойно. В октябре молодежь города, среди которых были ученики реального училища, устроила шествие по улицам города с красным флагом и революционными песнями. Через месяц в здании училища произошла забастовка учащихся из-за отказа преподавателей от занятий в седьмом классе. Волнения в училище и женской гимназии продолжались до февраля 1906 года. По должности И.Я. Словцову приходилось докладывать о событиях в училище попечителю Западно-Сибирского учебного округа. Как часто бывает в подобных случаях, на директора возлагалась вина за неспособность предотвратить неприятные для начальства события. И.Я. Словцову было предложено представить на рассмотрение свыше устав «семейно-педагогического кружка», который вдохновлял выступления учащихся, и список его членов. Кружок проповедовал либеральные взгляды и объединял отдельных родителей и учащихся реального училища. Руководители кружка ответили отказом. Не помогло вмешательство жандармского управления. Было назначено расследование, а вскоре – указания о привлечении виновных к «надлежащей» ответственности. Актив кружка был арестован.
Все эти события не прошли бесследно для директора. В том же 1906 году И.Я. Словцов уходит в отставку «по состоянию здоровья» и оставляет навсегда свою любимую работу. Был назначен новый директор, а Словцов уехал в Петербург.
Отрыв от родных мест, где сама природа, дававшая Словцову и вдохновение, и фактический научный материал, диктовала исследователю темы и направления работ, резкая смена климатических условий – все это сказалось на здоровье ученого и общем деловом настрое. Оказавшись не у дел, великий труженик быстро растратил оставшиеся силы и скончался в октябре 1907 года[21].
Можно также предположить, что, несмотря на возраст и нездоровье, И.Я. Словцов действительный статский советник – психологически не был готов к столь стремительным изменениям по службе.
«Сибирская торговая газета» сообщила 21 октября: «Получена телеграмма из Петербурга, что бывший директор реального училища И.Я. Словцов после продолжительной и тяжелой болезни скончался. Вчера в реальном училище в присутствии учащих и учащихся была отслужена панихида».
Преемником И.Я. Словцова на посту директора училища оказался некто Ивачев П.А. Он, как и Словцов, приехал в Тюмень из Омска, где заведовал техническим училищем. К сожалению, это был человек другого склада ума, иных наклонностей, он не знал и, видимо, не пытался узнать историю реального училища, его традиции, не ценил вклад своего предшественника в народное образование и науку Сибири. В первые же месяцы своего директорства П.А. Ивачев обвинил И.Я. Словцова в присвоении четырех картин художника И.А. Колганова и хозяйственного плана училища, писал в Петербург больному Словцову недопустимые по тону письма. При Ивачеве управление училищем никогда уже не было столь эффективным, как во времена Словцова, а научный авторитет учебного заведения упал до самого низкого уровня.