Виктор Гвор – Большая охота (страница 18)
Половину декады матросы Курильского флота под внимательным присмотром офицеров перегружали сокровища в контейнеры и складировали в трюмах, заботливо потом опечатанных пудовыми свинцовыми пломбами.
Половину декады охотники окрестных племён добывали антилоп, буйволов и зебр, разделывали туши, возились со шкурами и отпиливали рога.
Половину декады курильцы забивали холодильники свежим мясом, а энтузиасты под руководством фанатиков экзотической охоты выслеживали в реке крокодилов[5], но так ни одного и не поймали.
И всю эту половину декады Великий колдун настоящих людей и Великий белый колдун, они же некоронованный король Африки южнее Сахары и коронованный князь Курильских островов, пили. Пили джин, пили виски, пили водку, пили коньяк и, больше всего настойку на клоповке. И никто не смел мешать Великим отмечать встречу. Даже ветер притих, боясь испортить праздник! И солнце сияло, грело, но не палило. Уважает природа-мать тех, кого стоит уважать!
— Какой гадостный у тебя джин, — прохрипел Ратель на шестое утро, сидя на коврике и держась руками за голову. — Не мог что-нибудь поприличнее взять?
— Голландцев нет, англичан нет, откуда приличный джин? — Тимофей устроился в кресле и выглядел на удивление прилично. — Да и этот не настолько паршив. Просто после клоповки…
— Клоповка — да! Клоповка — вещь! Только клоповка спасёт старого толстого медоеда от преждевременной смерти!
— Успеем ещё, — отмахнулся Харза. — Сейчас я тебя похмелю!
Два конструкта один за другим опустились на африканца. Джуппо прислушался к ощущениям:
— И ты молчал⁈ Проклятая белая куница!
— Ты не спрашивал, глупый чёрный барсук. Пошли завтракать!
— А что у нас на завтрак?
— Рыба.
— Рыба? — Ратель скривился. — Какая, к чертям, рыба.
— Тихоокеанская, конечно!
— Помню, помню, произведено в Белоруссии! Которая в Германии! — Джуппо заржал, словно ручная зебра. — Признавайся, это же твоя работа⁈
— Да ты что! — искренне возмутился Харза. — Я только название подсказал, а дальше Григорьевич сам всё сделал! А на рыбу не гони! Кунджа из личных запасов Курильского князя, это тебе не паршивая селёдка! И не консервы, а свежезамороженная. Короче, не хочешь — не жри!
— Там мои павианы уже, небось, антилопу загнали!
— Счас! Ставлю два золотых, что насобирали жуков и жрут сырыми.
Ратель почесал в затылке:
— Эти могут, да! Дикие совсем, дети саванн и джунглей. А у тебя есть холодильники? Тогда я их отправлю крокодилов ловить. Будет у тебя нормальная еда в дорогу!
— Ничего не выйдет! В Оранжевой крокодилы не водятся! Твои бегают за антилопами. А жуков жрут, потому, что нормальное мясо сдают мне на камбуз. За честную, между прочим, цену!
— Правильно делают! — согласился Ратель. — Всё равно сами недожарят и сожгут одновременно. Эк ты всё правильно организовал!
— Это ты их организовал. Точнее, предложил, а они сами додумались. Зря недооцениваешь свой личный состав. Не так уж они и плохи. По крайней мере, всегда можно быть еще хуже.
— Правда? Ничего не помню, — Джуппо устроился за столом и придвинул тарелку: — Действительно, неплохо! Давай по полстаканчика для тонуса. За нас с вами и за хрен с ними! Хорошо пошла!
Некоторое время оба насыщались. Выпив кофе, Ратель вытащил толстенную сигару ручной работы, раскурил и, нахмурившись, спросил:
— А чего все суетятся?
— Выполняют твой наказ. Грузят алмазы бочками.
— Мой наказ?
— Твой! В соответствии с политикой торгового коммунизма!
— Какого ещё коммунизма?
— Торгового. Когда я везу тебе производства, которые могут обслуживать твои обезьяны, комплектующие для стрелковки, патроны, солнечные батареи, вкусную рыбу кунджу и настойку из клоповки. И ложки с ножами — тоже. Столько, сколько ты закажешь, а я смогу достать. А ты отгружаешь алмазы, золото, кое-что из металлов, нефть, уголь, эбен, мпинго, сандал, умнини. Сколько мне надо, и сколько ты сможешь заготовить.
— Ай-яй-яй! Как тебе не стыдно, Харза? Ты, словно английская собака, решил объегорить неграмотного баклажана! Всучить за алмазы никелированные ложки? Обмануть несчастного Джуппу! Как Муамбу, которого ещё и держал его головой вниз! У старика и так одна извилина, и та — шрам от короны, а ты захотел вытрясти из него остатки мозгов! Разве так можно?
— Э, лысый барсук, это ты хочешь обмануть наивного белого человека! Алмазы здесь не стоят и ломаного гроша. А ложки — настоящее сокровище! А у нас — наоборот.
— Приятно говорить с умным человеком, даже если он не учился в Лумумбарии! Но что значит постулируемый тобой факт?
— Что мы оба можем получать огромные прибыли. Нам не нужно устанавливать внутренние цены. Поскольку я всегда знаю, сколько мне отгрузят алмазов. И всё равно, отдам я за это тысячу ящиков ложек или тысячу один ящик. Главное, все получат то, что им надо! Это ты мне говорил! И рассказывал, как при Советах русские работали с какой-нибудь Анголой.
— Это когда Союз поставлял технику и оружие, а Ангола — камушки и прочую шебутень? Бухгалтерия считала баланс по ценам на месте совершения сделки. То есть, по здешним ценам, где алмазы стоят меньше графита. У Анголы накапливался долг, который потом списывали. Я предложил то же самое, только без глупых подсчётов. Пусть бухгалтерия считает, во сколько тебе обошелся камушек на самом деле, а не по высосанным из пальца ценам.
Тимофей кивнул:
— Конечно, ты! Мой потолок — алмазы на ложки выменивать! Я же лумумбариев не кончал!
— Я кончал! — стукнул кулаком по груди Ратель. — Всё правильно! Я давно про всё это думаю! А то флота своего нет, и долго не будет. Приходят иногда эти самые, которые помесь шакалов с павианами. Я даже в Момбасе склады держу, но с этими отрыжками крокодилов, что за работа? Если у них или у нас настроение плохое, мы их кушаем. Если у всех хорошее — торгуем. Но если у меня будет нормальный партнёр, который привезёт всё, что мне нужно, я всегда буду встречать финикийцев в плохом настроении. А кто может быть лучшим партнёром, чем старый убийца?
— Только старый людоед! — кивнул Харза. — Теперь ты грузишь алмазы, сколько есть поблизости. А я через декаду-полторы приду в Момбасу. И загружу всякого разного, сколько влезет. Выгружу всё, что притащил на обмен, вплоть до ложек. И пулеметов немного добавлю. Это чтобы ты не тащил груз четыре тысячи вёрст по джунглям. А ребята настроят твою рацию на наши частоты.
— Ага! Значит, всё-таки обманул черномазого дурака! Забил трюмы камнями, ничего не дав взамен!
— Как это ничего? — возмутился Тимофей. — Десять автоматов и по дюжине магазинов к каждому! Производства Свердловского княжества! Таких в Африке ни у кого нет! И если ты их не пролюбишь, ни у кого, кроме тебя, и не будет!
Джуппе примерился налить ещё кофе, но передумал и нацедил в стакан клоповки. Отхлебнул, на лице отразилось блаженство:
— А скажи мне, старая куница, не хочешь ли ты поделиться со старым другом заклинаниями?
— Только «за», — махнул рукой Тимофей. — Сколько успею передать. Времени-то…
— Ты меня не понял… Впрочем, я так и знал. Белые люди, они такие, особенно русские. Можно обучить друг друга всему, что знаешь, сразу. Зайти обоим в Темноту, оторвать от себя кусочек и отдать другу. Когда вернемся обратно, будем знать друг о друге всё. Осваиваться будет дольше, чем когда жрешь целиком, зато все останемся живы и станем сильнее.
— А ещё я буду знать, какую бабу, когда и в каких позах ты имел!
— О-о! Тут мне есть чем гордиться, — осклабился Ратель. — И что я людоед! В том мире человечину не ел, а здесь — с волками жить, по-волчьи выть. А какие секреты прячешь ты, мзунгу?
— Есть один. Ты умрёшь от зависти! Давай, что ли.
— Сейчас, ещё глоток…
Джуппе был прерван рёвом сирены флагмана.
Тимофей сорвал с пояса рацию:
— Мостик Харзе. Доложите обстановку.
— Множественные цели с северо-запада. По сигнатурам — японцы из Киля. В шестнадцати милях. Одна воздушная цель с севера. Идёт над холмами, засветка слабая.
— Мы их догнали, — улыбнулся Георг Лундберг.
— Радары ничего не показывают, Ваша Светлость, — отозвался Альче.
— У принцессы и Ларса передающие артефакты. Один из них находится вот в этой бухте, — палец герцога упёрся в карту. — Второй — там же, но на берегу.
— Мы можем их расстрелять прямо отсюда, — прикинул Минамото.
— По щитам садить, только зря тратить снаряды, — скривился герцог. — К тому же, Вам интересней захватить корабли, а не уничтожить! Есть другой план. Я с сыновьями высажусь там, где сейчас мой младший. И вызову Куницына на поединок.
— Он согласится?
— С Кауфманом согласился. И да, я не собираюсь драться один на один! Мне нужно подманить его максимально близко, а уж впятером мы одолеем кого угодно. Убьём, а потом уже атакуем флот. С большой долей вероятности, они просто сдадутся.
Тайса пожал плечами. У гайдзинов нет смелости. Вполне могут сдаться, если убить сильнейшего мага. Пусть герцог попробует, пятеро должны победить одного. А если проиграют, можно и не атаковать. Пусть гайдзины щиплют друг друга. Божественному тэнно от этого только польза.
Через десять минут вертолёт оторвался от палубы, клюнул было, чуть не свалившись в жадные волны, но сумел взлететь.