Виктор Фёдоров – Кратеры Симфареи (страница 49)

– Как можете видеть, в этой части здания мы используем рунный светильник – было решено, что факелы слишком ненадежны и негигиеничны для подобного рода помещений. Замечу, что руны для него приходится выписывать через городского привратника, что неимоверно затягивает процесс. Благо, каждый раз нам выделяют объем, которого хватает минимум на три месяца.

– Что поделать, – Пинкус покачал головой, – иначе был бы полный бардак. В распределении рун мы люди подневольные, складываем в бочки, бочки отвозим, на этом все. Вам, Якоб, это прекрасно известно.

Доктор приподнял чашку в ироничном тосте:

– За бюрократию, основу цивилизованности.

– А зачем тут черный ход? – Райя указала на узкую дверцу в торце здания.

– Завозить экстренных пациентов через основную палату не рекомендуется по множеству причин – как минимум, это неудобно и долго. Прошу простить мою прямоту, но представьте, что от накапавшей крови и прочих неприглядных вещей нужно отмывать еще и общую зону, коридор, вход…

– Боги. И как часто к вам привозят пациентов, из которых кровь льется на землю?

– Ни в коем случае, у нас все же не зона боевых действий. – Пинкус вмешался в диалог. – Якоб – крайне опытный врач, много лет проработавший в городском госпитале, полагаю, в своих рассказах он руководствуется прошлым опытом.

Врач флегматично покачался на пятках:

– Безусловно. Извините, если что-то из произнесенного могло показаться неуместным.

– Все в порядке, что вы. А это что? – Райя указала на булькающую емкость.

– Ванна для очистки. Как вы знаете, медицинские инструменты должны быть стерильны, поэтому после любого использования они проходят помывку в данной емкости. Кипящая вода с примесями удаляет бактерии и биологические остатки. Сейчас очистка скорее профилактическая.

Они вышли обратно в палату, Райя напоследок оглядела пустые койки.

– Вы упомянули, что стражников и слуг в экстренных ситуациях доставляют сразу к вам. А что насчет работников? Их вы тоже лечите?

Якоб важно кивнул.

– Конечно, каким бы я был врачом, если бы отказывал кому-либо в помощи. Но, как вы можете видеть, – он указал на кровати, – болеть тут никто не любит, сижу без работы, что не может не радовать. Остается довольно много времени на мои научные изыскания, но не буду утомлять вас терминологией. А что касается юношей, то обычно они покидают Мир, минуя мою обитель, – прискорбный факт.

Он приложил пальцы ко лбу, Райя ответила тем же. На этом они распрощались, и на выходе из здания совсем приунывший Пинкус воспрял духом:

– Боюсь на этом все, госпожа. Как видите, местами довольно скромно, но главное, что все заняты делом, – никакого бардака. Проследуем в основное здание?

Девушка кивнула. Они в очередной раз миновали пыльную площадь, поравнялись с главным зданием, Пинкус провел ее внутрь. Белые стены, множество дверей, стража на входе – по всему гарнизону обстановка была довольно спартанской, основной корпус не стал исключением. Привратник сопроводил ее по лестнице на второй этаж, отворил дверь в глубине коридора, и стражник на входе приложил кулак к груди.

– Прошу вас. Надеюсь, вы найдете мою обитель в полной мере комфортной.

Райя на мгновение замерла на пороге, кабинет Пинкуса сильно контрастировал с простотой остального гарнизона. Все здесь указывало, что это помещение человека, считающего себя крайне важным. Рунные светильники на стенах, огромный дубовый стол, резные стулья напротив. Вдоль стены тянулись шкафчики, за остеклением рядами стояли книги, лежали кипы бумаг. Если в кабинете Стомунда огромные книжные полки выглядели органично, то здесь они выполняли ту же роль, что и картины на стенах. Вряд ли Пинкус когда-либо прикасался к пыльным томам.

Девушка сделала вывод, что небольшая библиотека осталась в наследство от предыдущего обитателя. Немыслимо, но пол был накрыт ковром, словно они находились не в гарнизоне, а на этаже столичного замка. Бесшумно ступая, они проследовали в боковую дверь, следующее помещение Пинкус гордо окрестил трапезной. По центру стоял еще один стол, раза в два больше собрата в кабинете, по его периметру тянулся ряд стульев. Все они пустовали, стол был накрыт лишь с одной стороны, отчего огромное пространство выглядело нелепо. Слуга, прежде замерший в ожидании в уголке, отодвинул для нее стул, затем ловко откупорил бутыль вина. Она уселась на краешек, Пинкус примостился напротив.

– Господин Игла к нам присоединится?

– Очень надеюсь. Вероятно, дела затянули нашего церковника, как обычно. Довольно, – он кивнул слуге, – найдите Рокота, пусть известит священнослужителя, что трапеза уже началась. Пока что вы свободны. Я сам поухаживаю за дамой.

Юноша кивнул, прикрыл за собой дверь. Пинкус, оттопырив мизинец, разлил вино по бокалам, поболтал емкость в руке. Райя смотрела во все глаза, торжественный обед посреди гарнизона был к месту, как белое платье на похоронах. Несколько раз она сопровождала отца в мелких поездках, а приемы с детства были неотъемлемой частью их жизни. Гидеона во всех местах встречали с уважением, но пышность приема всегда соответствовала окружению, это было частью этикета, излишняя вычурность не ценилась.

Тот же Стомунуд, если опустить его опоздание, провел встречу почти идеально, обычный разговор с полным соблюдением необходимых экивоков. Придраться можно было лишь к грузу, который осел на ее душе после беседы. И это непосредственно в городском замке! Пинкус, если и был вхож в высшие круги в Фароте, какого-то урока из них не вынес. Рабский гарнизон, покрытый пылью? Только не в этой комнате. Она кончиками пальцев оправила краешек белой скатерти.

– За вас и за нашу встречу! И за процветание столицы, как иначе!

Она вежливо пригубила вино, весьма неплохое, надо сказать. Привратник явно не отказывал себе в удовольствиях. Она всмотрелась в его наряд, оглядела кольца, нанизанные на пухлые пальцы. Мелко. Вычурно. Глупо. Любой простолюдин, увидев пышно наряженную фигуру, свалился бы на колени, приветствуя высокородного, но на этажах столичного замка Пинкус вызвал бы лишь легкое недоумение. Дамы бы морщили носик при виде костюма – обильные оборки и яркая фурнитура давно были не в чести. Мужчины бы подняли брови от обилия украшений, куда логичнее было продемонстрировать достаток одной мелкой, но заметной деталью: зажим для галстука, перстень, серьга в ухе для самых одиозных. Пинкус, по всей видимости, к ее прибытию нацепил все и сразу, опорожнив свою шкатулку для украшений.

Привратник, пребывая в неведении о ее мыслях, растворился в своем показном гостеприимстве. Подливал вино (себе, Райя бесконечно тянула первый бокал), расхваливал закуски, сыпал тостами и вопросами. Как дела в столице? Как вас приняли в Фароте? Передавайте мои наилучшие пожелания… Далее следовал бесконечный список людей, которые вряд ли и слышали о Пинкусе. Райя подозревала, что с огромной радостью в Аргенте с ним пообщался бы лишь один человек – Черная мантия. И встреча вряд ли бы оставила у привратника приятные впечатления.

Она терпела, смиренно отвечала на вопросы, мило улыбалась, периодически звонко посмеиваясь над попытками шутить. Если в обычной беседе Пинкус старался придерживаться соответствующих дипломатическому этикету норм, то за столом расслабился, словно дешевая позолота слезла с медной кочерги, где ей было и не место. Девушка решила, что ей это лишь на руку, пусть привратник в полной мере расслабится. В незваной гостье он должен был видеть мелкое неудобство, не более. Бутылка опорожнилась почти до дна, и Райя вставила свой вопрос:

– Привратник, а сколько лет вы уже в должности?

– Без малого шесть лет. – В голосе Пинкуса послышалась гордость.

– Достойный срок. Не возникало мыслей о смене обстановки? – На лице привратника мелькнуло что-то похожее на испуг, так что она поспешно добавила: – Судя по всему, Стомунд вами очень доволен, просто решила поинтересоваться. Ведь здесь вы успели добиться очень многого.

Никаких достижений, кроме бутылки добротного вина на столе, она не увидела, но морщинка на блестящем лбу разгладилась:

– Ха-ха, вы мне льстите. Не скрою, одно время у меня возникали мысли вернуться обратно в город, местная рутина стала слишком… рутинной. Но затем пришло озарение, интерес к работе вспыхнул с новой силой! Да и достаточно представить, какой бардак порой творится в городах! Понимаете, о чем я?

– Прекрасно понимаю. – Райя совсем не понимала, но бросила пробный камень. – За короткое время в городе мне успели рассказать о вас много хорошего.

– Как приятно слышать! Я не могу сдержать любопытство, чем старина Стомунд поделился с вами?

– Уважаемый Стомунд был достаточно красноречив, но в основном его речь состояла из цифр. У меня создалось впечатление, что для него это обычное дело…

– Ха, еще бы. Полезное качество для привратника, ведь Стомунд справляется великолепно, без сомнений! Но ему противопоказано покидать замок – если потащить его за собой в таверну, то уже через полчаса все будут спать прямо на скамьях. Шутка, шутка! И что же?

Райя стеснительно потерла нос, покрутила бокал, отпила маленький глоточек. Раскрасневшийся привратник заерзал на стуле.

– Не хотелось бы сразу раскрывать карты…

– Теперь я так заинтригован, браво! Прошу вас, не томите!