Виктор Фёдоров – Кратеры Симфареи (страница 33)

Они пикировались еще четверть часа. Привратник выдал очередной перечень дробных чисел, затем развел руками:

– Я имел долгий и напряженный разговор с привратником Пинкусом. Но, как вы верно сказали, все мы чтим Годвина и изначальных. Я запросил подробный отчет от священнослужителя, и он подтвердил слова привратника: потери рабочей силы во всех упомянутых случаях были непредзказуемы и невосполнимы. – Он приложил пальцы ко лбу. – Я всем нутром надеюсь, что подобных инцидентов больше не случится.

Райя залпом допила остывший чай.

– Прискорбно слышать подобное, но я разделяю вашу надежду. В скором времени я лично увижусь с привратником Пинкусом, обещаю принять ваши слова во внимание.

– Благодарю. Смею вас заверить, несмотря ни на что, мы продолжим усердно трудиться на благо страны.

«Особенно юноши, которые для тебя лишь цифры в отчетах».

– Я отбываю завтра до обеда. Вечером я изучу предоставленные вами бумаги. Часть возьму с собой, чтобы ознакомиться в дороге. Вы правы, все вами сказанное было отражено в отчетах…

«Наверное».

– …но услышать ваше мнение лично было крайне важно. Полагаю, что на обратном пути мне потребуется повторно переговорить с вами, подвести итоги поездки перед составлением отчета для владыки.

Стомунд согласно кивнул. Они поднялись, он проводил ее до выхода.

– Пусть вашу поездку не омрачат никакие беды. Передайте от меня приветствие господину Пинкусу.

Дверь за ней закрылась.

Дома были высоки, растения зелены. Перед глазами мелькали люди, мимо катились повозки. Они миновали пеструю рыночную площадь, улицы были украшены цветами, в проулках на натянутых между домами веревках сушилось белье. Фарот, как и столица, строился из белого камня; мощеные дороги, дома, храмы, заборы – все было белым или, как минимум, светлым. Но если столичным жителям была присуща сдержанность, то жители Фарота всеми силами разбавляли окружение вкраплениями красок. Это выражалось даже в одежде: в Аргенте в почете были легкие светлые ткани, а здесь в любом одеянии встречался хотя бы один цветной элемент. Непривычная пестрота окружения била по глазам, отвлекала внимание. Но несмотря на это, путь в восточную часть города не запечатлелся в ее голове. Слишком о многом нужно было подумать.

Райя ожидала, что привратник захлопает глазами, начнет тыкать пальцем в бумаги и хвататься за голову. Если ворует сам – попытается соврать, сказать, что знать не знал о падении поставок. Документы затерялись, госпожа, но поверьте, руны всегда отправляются в столицу в полном объеме! И прочая чепуха. А если воруют по пути в столицу – удивится, вцепится в отчеты, выразит готовность помочь. Пропажа части поставок, невиданное дело!

Вместо этого Стомунд оказался сух, как лист бумаги, и невозмутим, как камень, по которому она сейчас шла. Снизились поставки? Все верно, вот вам точное число, с точностью до долей процента. Почему снизились? Так посмотрите, добывать руны некому! Камни валятся на головы, бушуют эпидемии, молнии бьют прямо в грудь бедным юношам. Как поступить? На все воля божья, госпожа, просто ждем и надеемся. Бред.

При этом Стомунд не выразил ни капли страха перед столицей. Хотя бы ради сохранения приличий мог проявить сожаление, покивать головой. Согласиться, что недостаток рун может разгневать владыку. Пообещал бы сделать все возможное и прочая ерунда. Вместо этого он вывалил на нее факты, как с листа, и выставил за дверь. Да, рун мало, но конкретного виновника нет. Возможно, в будущем поставки увеличатся. А может и нет. Удивительное наплевательство для человека, который по щелчку владыки может потерять свой пост. А щелчок этот будет зависеть от того, что она напишет в своем отчете. Привратнику, очевидно, на это было наплевать. И это смущало.

Аудиенция не продлилась и часа, поэтому она решила не дожидаться полудня, а отправилась сразу в город. Фиона семенила рядом, поначалу издавая восторженные возгласы об убранстве города. Потом, заметив, что госпожа не в настроении, примолкла.

Райю это полностью устраивало; она уже успела пожалеть о том, что взяла с собой камеристку, на переговорах с человеком Морна ее все равно придется выставить за дверь. Но девочка так восторженно хлопала глазами и крутила головой по сторонам, что Райя смягчилась. Размеренно шагая вперед, она прокручивала в голове встречу со Стомундом, но никак не могла взять в толк, почему главному человеку по рунам в Фароте так сильно наплевать на эти самые руны.

Стопки бумаг ожидали ее в замке, хотя после встречи с привратником она была уверена: ничего нового она там не найдет. Господин застегну-рубашку-на-все-пуговицы сухо выдал ей все нужные цифры, до каждой чертовой доли процента! Значит, не сомневался – отчеты подтвердят его слова. Включая любые писульки, которые сейчас покоились на столе Хейзела в столице и которые тот даже не удосужился внимательно прочитать. А вера привратника в божьи помыслы граничила с глупостью и некомпетентностью. Немыслимо.

Пропущенный обед начал отзываться в животе; тем временем улицы сузились, ослепительная белизна окружения потухла. Они добрались до окраины – чертовски вовремя! Если по воле Черной мантии она вынуждена шляться по окружным тавернам, то лучше им держать под стойкой хоть что-то, помимо выпивки. Желательно, если это будет огромная стопка ответов на ее вопросы.

Городская стена замаячила на горизонте, они свернули на очередную улочку. По дороге она несколько раз уточнила направление у местных, и, судя по их указкам, «Кошачий двор» был где-то рядом. Райя покрутила головой, но не заметила никакой вывески или дома, хоть отдаленно похожего на таверну. Поймала взглядом сидящего в тени дерева старичка, перешла улицу.

– Доброго дня. Я немного заплутала, таверна «Кошачий двор», не могли бы вы подсказать мне направление?

Старичок поднял на нее глаза, пошамкал губами. Затем, не удостоив ее ответом, просто ткнул в переулок за своей спиной. Она подняла брови: в этой щели между домами существовала реальная опасность ободрать локти, кто будет открывать таверну на таких задворках? Но старичок уже как будто вновь задремал. Что ж, просьбу указать направление он воспринял даже слишком буквально.

Райя нырнула в проход, аккуратно сделала пару шагов, впереди замаячил внутренний двор. Квадратную площадку со всех сторон окружали жилые дома, единственный проход скрывался в тени плюща. Она отогнула ветки и вынырнула из проулка. Уставилась на простую деревянную вывеску на левом здании: «Кошачий двор».

Удивительно, что направление к этому месту ей безошибочно указало минимум пять человек, включая дедулю на входе. Позади зашуршала ветками Фиона, неуверенно замерла рядом.

– Госпожа, ваша встреча назначена тут? Я не уверена, что они… открыты.

– Согласна, местечко не выглядит популярным. Впрочем, до заката еще далеко. А насчет встречи… Уверена, для меня они сегодня откроются пораньше, просто еще не знают об этом.

Она поднялась по деревянным ступенькам, мягко толкнула дверь. Смазанные петли не издали никакого звука, такая же тишина стояла внутри. Райя осторожно перешагнула порог. Здание, очевидно, было очень старым: помещение небольшое, все внутреннее убранство из дерева.

Казалось, когда-то вокруг таверны возвели новый и современный город, а она так и осталась вне времени, притулившись в маленьком дворике на краю Фарота. Вдоль дальней стены тянулась длинная стойка, у стен стояло штук шесть маленьких столиков, окон не было. То тут, то там торчали огарки свечей, на концах некоторых из них трепетали огоньки, пытаясь разогнать сумрак.

Единственный человек в помещении стоял как раз за стойкой, а точнее будет сказать, нависал. Трактирщик, или хозяин, «Кошачьего двора» почти касался макушкой потолка и мог поспорить ростом даже с капитаном Коской, который при встрече возвышался над Райей на голову. Огромные руки покоились на стойке, каждая была толщиной с ее туловище. На груди можно было открыть еще одну таверну, если предварительно удалить гущу волос, пробивающуюся из-под майки. Зато на голове, не считая бровей, волосы полностью отсутствовали. Редкие огоньки свечей отражались в блестящей лысине. Поначалу Райя заметила только эту лысину, но хозяин, услышав шорох ее платья, поднял голову, и на лице неожиданно ярко сверкнули серые, почти белесые глаза. На вид она бы дала трактирщику лет сорок или сорок пять. Своими габаритами он заполнил все пространство, а таверна стала казаться еще меньше.

– Закрыто.

Удивительно, но голос его звучал совсем не низко, она ожидала услышать хриплый бас. Райя преодолела оторопь и прокашлялась, за спиной напряженно сопела Фиона.

– Прошу простить за вторжение, но я проделала долгий путь, чтобы передать вам привет от знакомого. У дядюшки Фрея все хорошо, за его здоровье можно не беспокоиться.

И замерла дура дурой. Если Морн оказался плохим шутником или человек за стойкой совсем не тот, кто ей нужен, то более комичного приветствия и не придумать. Гигант продолжал смотреть на нее не мигая, затем молвил:

– Фрей.

Она смешалась.

– Простите?

– Имя мне – Фрей. Садитесь.

Он кивнул на табуреты у стойки. Неплохое начало. Она повернулась к Фионе:

– Дорогая, это не для твоих ушей. Прошу тебя…

– Да, госпожа, я подожду у входа.