Виктор Фёдоров – Кратеры Симфареи (страница 111)

Мгновение он помедлил, потом запустил руку в карман. Металлический холод обжег пальцы, он вытащил предмет на свет, блеснуло золото. Эдвин положил медальон на доски стола.

– Вот причина.

Ани посмотрела на него, затем на медальон, снова на него. Протянула руку:

– Можно…?

– Нет! – Юноша подумал, что мог напугать ее, и повторил гораздо тише. – Нет, прости. Тебе лучше его не трогать.

Она послушно убрала руку, но взгляд не отвела:

– Очередная загадка от Эдвина Гертрана? Что такое с этой безделушкой?

– Это причина, по которой я сейчас здесь. Сэта, эээ, наняли, чтобы доставить этот медальон куда-то в столицу и даже дальше. Обязательным условием было, чтобы к украшению никто не прикасался голыми руками.

– Почему?

– Не думаю, что смогу доступно объяснить это, я и сам до конца не понял. Но на протяжении своего путешествия Сэт касался медальона только в перчатках. – Эдвин задумчиво почесал подбородок; казалось, он рассказывает о событиях, которые произошли годы назад, хотя не прошло даже месяца. – Когда наши пути пересеклись, так вышло, что я коснулся медальона. Это произошло случайно.

Торговка нахмурилась:

– И что теперь? Тот, кто нанял твоего друга, будет недоволен?

– Да. И это тоже. Кроме того, уж не знаю, в чем смысл этой безделушки, но теперь я иду к ней в придачу. Без моего присутствия все это не будет иметь смысла. Именно поэтому я тоже отправился в путь. И поэтому, пока он не попадет в нужные руки, медальон больше не стоит трогать никому, кроме меня. Как по описанной выше причине, так и потому, что это рунный металл.

– Что в этом необычного?

– Необработанный рунный металл.

Ани посмотрела на него скептически:

– Быть не может. Руны крайне ядовиты, посмотри на своего друга. Он еле выжил, получив свой порез, а ты машешь передо мной куском рун размером с ладонь. Якобы.

– Теперь ты понимаешь всю щекотливость ситуации. – Эдвин провел пальцем по золоту. – Даже если его теперь может спокойно трогать кто угодно, то проверять не будем. Я уже достаточно попутешествовал со спутником, которого медленно убивают руны. Повторять не хочется.

Он крутанул медальон на столе. Тот, несмотря на гладкую поверхность, сделал меньше двух оборотов и замер, словно весил в разы больше, чем оно было на самом деле. Ани цокнула языком:

– Даже если все это правда, если ты меня не обманываешь, а твой друг не обманул тебя, то неужели это единственная причина? Тебе настолько наскучила жизнь в этой деревне, что ты отправился с ним? Это не выглядит, как приятная прогулка. – Ани кивнула головой в сторону тела на столе.

Эдвин покачал головой:

– Поверь, приятного во всем этом мало. И жизнь в Дубах мне совсем не наскучила.

– Что тогда? Деньги?

– Деньги тоже замешаны и очень большие – Сэт пообещал, что отдаст мне часть своей оплаты. Но это меня волнует не так сильно. Есть и другие причины.

– Какие?

– В день, когда Сэт появился в нашей деревне, у нас пробудился белоголовый.

Девушка вновь посмотрела с недоверием:

– Не слишком ли насыщенный день? Белоголовый в небольшой деревне в Срединных землях? Редкость, но возможно, конечно…

– Уж поверь, действительно возможно. Так мы и пересеклись, почти сразу после тряски.

– Кто был виновником? Кто-то из твоих друзей?

– Я не знаю точно, кто. – Эдвин покачал головой. – В деревню зашли гвардейцы и забрали всех, отправили на распределительный пункт большинство юношей. Я избежал этой участи только благодаря тому, что улизнул с Сэтом.

– Ты? – Ани вновь взялась за иголку. – С чего бы. Ты же упоминал, что тебе уже исполнилось двадцать два.

– Это правда, но с гвардейцами не было проверяющего от церкви. Вероятность, что мне поверят на слово, была не очень высока, сама понимаешь.

– Эти гвардейцы оказались там не случайно, так ведь? Я умею складывать два и два. Ты мастер находить интересных друзей.

– С интересными нанимателями. – Эдвин вновь крутанул медальон. – Еще одна причина. Среди прочего, мне ясно дали понять, что раз уж я стал придатком к медальону, то лучше явиться на поклон добровольно. Из Дубов забрали всех моих друзей, но там еще остались люди, которыми я дорожу. И не хочу подвергать их опасности.

– Опасности? Все правда настолько серьезно? Из-за безделушки?

– Да. Все очень серьезно. Обстоятельства нашей встречи – тому подтверждение. Сначала я и сам сомневался в том, что рассказал. Но события последних дней показали: в Мире достаточно злых людей, которые готовы убить и за меньшее.

Ани медленно кивнула, думая о чем-то своем. Эдвин почувствовал облегчение, впервые после ухода из дома он смог рассказать все или почти все, даже Парацельс услышал лишь часть истории. Зря он утаил от старика подробности; хочет Сэт этого или нет, в их историю оказалось втянуто слишком много людей. Без помощи которых они погибли бы. И поэтому…

– Ты времени зря не терял, как я вижу.

Хриплый голос заставил их обоих вздрогнуть, Эдвин дернулся и инстинктивно накрыл безделушку ладонью. Медленно повернул голову в сторону. Сэт, покачиваясь, стоял возле своей импровизированной койки, устало упираясь на нее ладонью. Второй рукой он придерживал себя за живот, словно боясь, что бинты сейчас порвутся и внутренности вывалятся наружу. Было видно, что вертикальное положение стоит ему больших усилий, но даже в таком состоянии он смог подняться абсолютно бесшумно, а карие глаза прояснились впервые за долгое время.

– Приветствую. – Он кивнул Ани, она ничего не ответила, затем перевел взгляд на Эдвина. – Не отбей ладонь. А лучше спрячь вещичку обратно в карман.

Юноша повиновался, медальон отозвался холодом. Сэт внезапно усмехнулся:

– Вижу, обстоятельства изменились. Последнее, что я помню, – как уселся на лошадь на задворках таверны Флориана. Кто эта юная дама?

– Это…

– Ани. – Девушка протянула ладонь. – Вы только что очнулись в моей лавке.

Сэт с сомнением посмотрел на нее, затем, оттолкнувшись, прошаркал через всю комнату, пожал смуглую руку торговки. Тяжело оперся ладонями на край стола:

– Решила заштопать мой жилет? Чем обязан?

– Эдвин сказал, что вы будете в ярости, если я его выкину.

Вор хмыкнул. Обвел помещение взглядом:

– Это ты дала ему одежду в тот день? Когда он ушел от меня с парой медяков, а заявился обратно с рубахой стоимостью в золотой?

– Да, это была я, – щеки Ани внезапно покрылись румянцем, – но вы оба не проявляете особой заботы об одежде.

Она просунула палец сквозь порез от ножа. Вор едва заметно пожал плечами:

– На тот свет тряпки не заберешь. Уж поверь, я почти попытался. Сколько прошло времени?

Эдвин взял с противоположного края стола флягу с водой, протянул ему:

– Чуть меньше трех дней.

– Как вы себя чувствуете? – Ани подвинулась на скамье в сторону.

Вор садиться не стал, но жадно припал к горлышку, капли воды покатились по шее, пропадая где-то среди повязок на груди. Вытер губы ладонью:

– Юная дама… Ани. Для начала, учитывая, что я обязан тебе жизнью, перейдем на «ты».

– Обязаны… Обязан, но не мне.

Она многозначительно кивнула на обилие бинтов на жилистом теле Лиса. Тот оглядел себя, вновь хмыкнул, посмотрел Эдвину в глаза:

– Значит, ты справился куда лучше меня, верно? Я лишь подверг нас обоих опасности и сам чуть не умер, но стоило мне выпасть из игры, как ты взял все на себя и, похоже, пришел к успеху. Он здесь?

Юноша покачал головой:

– Отошел за лекарствами.

– Но, выходит, был здесь. Я не сомневался в тебе, даже если выглядело иначе. Но ты все равно смог меня удивить. И я не забуду этого, мальчик.

– Незадолго до того, как мы встретили того старика, Конрада, ты сказал, что рано или поздно мне придется принять решение. Видимо, я его принял.