Виктор Доценко – Бешеный жив! (страница 52)
- Во всех случаях я убедительно прошу тебя, Марсель, избегать лишнего кровопролития. Мы - идейные борцы, а не убийцы, - строго напутствовал Анри. - Твоя оценка ситуации в России в принципе верна, но помни - там есть, может быть, не так много людей, для которых глупое слово "патриотизм" не пустой звук. Когда придет машина, я выйду проводить тебя. А теперь ступай отдыхать.
Марсель послушно молча удалился.
- Альберто, - обратился Анри к четвертому из присутствующих, демонстративно не участвовавшему в разговоре. - Исполнение наших с тобой планов, как это ни забавно, проще. Люди уже находятся в Америке, многие из них там учились, потом завели свое дело. Нам на руку, что американский капитализм функционирует намного более эффективно, нежели зарождающийся русский. Вряд ли что-то может помешать выполнению нашего довольно симпатичного американского плана.
Анри озорно, по-мальчишески улыбнулся, будто готовил бесшабашную ватагу ребят к ночному набегу на соседний яблоневый сад.
- Сегодня в Америке, - продолжил он, - за деньги можно купить все - от имиджа порядочного человека до имиджа мудрого и решительного президента страны.
Высокий, могучего телосложения длинноносый Альберто загадочно улыбнулся.
- Не мне напоминать тебе, Альберто, славному потомку итало-американских мафиози, кто был многолетним закадычным дружком старого Джозефа Кеннеди, отца Джона и Роберта.
- Сам почтеннейший Франк Костелло, - с нескрываемым уважением отозвался Альберто, - мой двоюродный дедушка.
- По мнению правительственных кругов США, Россия коррумпирована сильнее, нежели Америка, - подал голос все читавший и все знавший Улаф.
- Может быть, коррупция там нагляднее. Но в России еще остались люди, которые не поняли прелести капитализма, и они цепляются за те ценности, которые им внушали в детстве. Они искренне верят, что не все можно купить за деньги. Со временем эти типы, конечно, вы-мрут, но пока... - Анри зорко посмотрел на своих соратников, - не дай бог, любой - христианский или мусульманский - встанет Марселю на пути!
- Россия во всех смыслах отсталая страна, - вы-сказался Улаф. - В ней было бы совсем не просто за-фрахтовать, к примеру, полдюжины самолетов.
- Может, в России нет самолетов, - предположил отличавшийся высокой образованностью Альберто, которому в изобретении смертельно опасных интриг не было равных. - Кстати, я не успел доложить тебе, шеф, что ребята из "Аль-Каиды" резко возражают против именно этой части нашего плана - против фрахтовки.
- Вот как? - удивленно поднял брови Анри. - Что они предлагают взамен?
- Захват и угон обычных рейсовых самолетов! - коротко ответил Альберто.
- А что, - протянул Анри, - в фундаменталистской исламской логике им не откажешь. Таким способом они уничтожат еще несколько десятков неверных. Думаю, стоит согласиться. Охрана в американских аэропортах безалаберная, пилоты держат двери своих кабин открытыми и выходят потрепаться с пассажирами. Издержки американской демократии нам только на руку.
- Нужно дать команду просчитать план операции на компьютере, выбрать оптимальные рейсы, города, время. - Улаф был в душе консерватором и терпеть не мог никаких изменений одобренных планов.
- Нашим логистикам потребуется на это не больше двух дней, - успокоил возлюбленного Анри.
- "Аль-Каида" уже дала свои предложения, - сообщил Альберто. - Там все даты, часы, номера рейсов.
- Где предложения? - деловито спросил Анри.
- В нашем компьютерном центре в Силиконовой долине, - ответил Альберто. - Без вашего одобрения идеи пока не просчитывали.
- Сейчас же пошли сигнал - пусть просчитают. И как будут готовы, сразу доложить мне. - Анри не сомневался, что созданный им механизм превосходно отлажен и практически не дает сбоев.
- Последний и глупый вопрос. - Альберто криво ухмыльнулся. - Ты подумал о том, кто возьмет на себя честь организатора нашего американского мероприятия?
- Усама, кто ж еще. Этому дурню всегда не хватает славы, вот мы ему ее и уступим, пусть покупается в ее лучах. Только как бы не сгорел. - Анри явно относился к Усаму бен Ладену без всякого пиетета.
- А он согласится? - озабоченно поинтересовался Улаф.
- Уже согласился, - не без гордости сообщил Анри.
Хотя любые действия шефа обсуждению не подлежали, Альберто рискнул выяснить:
- Ты раскрыл ему наш план?
- Альберто, нельзя же считать меня абсолютным идиотом, - расхохотался Анри Гиз. - Я спросил его, готов ли он освятить некую угодную Аллаху акцию своим знаменитым именем. Ответ последовал: "Любую!"
- Поверят ли ему? - заволновался дотошный Улаф.
- Тем, кому будет удобно, поверят. Он - идейный борец и потому идеально подходит на роль врага. Имя Усамы бен Ладена впишет нашу маленькую шалость в контекст вечного конфликта христианской и мусульман-ской цивилизаций. А мы, как обычно, останемся в тени. Пока. Еще не время публично оглашать наши главные цели. А теперь дальнейшее расписание...
Анри вопросительно посмотрел на Улафа. Тот тоном диктатора-информатора доложил:
- Вечером Марсель уезжает в Панкисское ущелье. Утром на самолете Президента Грузии мы отбываем в Турцию, примерное время вылета - восемь тридцать утра. Из Стамбула Альберто через Цюрих летит в Нью-Йорк, а мы с тобой, Анри, летим в Гетеборг, в мою любимую, всегда нейтральную Швецию, с®ездим в мою родную деревню, отдохнем денек-другой.
- Принято, - подвел итог Анри Гиз. - Итак, начало сентября - Америка, начало октября - Россия.
Несколько минут царило торжественное молчание, которое нарушил Анри Гиз:
- Я иду отдыхать. Через час прошу вас быть во дворе, чтобы попрощаться с Марселем и пожелать ему удачи. Она ему ох как понадобится. Только бы он не забыл, что Россия, в отличие от Америки, страна непредсказуемая...
XV. Последний шанс Мамлюка
- Как же вам удалось расправиться с этими подонками? - удивленно спросил Роман, встретившись с Савелием на следующий день.
- Мне просто повезло, - пожал плечами Савелий. - Но почему вы такой грустный?
- Обложил меня подполковник, - с горечью вырвалось у Ставропольского. - Шагу не дает ступить: уже в открытую за мной следят. Только машины меняются. Чувствую, вот-вот на что-то решатся. Может, мне пока сдернуть из города?
- Не торопитесь, Роман, - задумчиво ответил Савелий. - Давайте сначала я попробую поговорить с ним.
- С подполковником?
- Вы же уверены, что слежка его рук дело?
- Не сомневаюсь, - твердо ответил Ставрополь-ский.
- Значит, с ним...
После обеда Савелий поймал такси и приехал в управление. Подполковник оказался в своем кабинете. Увидев Савелия, он чуть удивился, но вежливо улыбнулся.
- Какими судьбами, Серафим Кузьмич? - Пожимая гостю руку, спросил он.
- Есть разговор...
- Слушаю вас.
- Как продвигается дело о покушении?
- А мы его закрыли, правда, на время, - ответил подполковник. Заметив изумление на лице гостя, пояснил: - Предполагаемые убийцы мертвы, на заказчика выйти не удалось, других жертв нет. Как бы вы поступили на моем месте?
- Наверное, аналогично, - кивнул Савелий, - но я, честно признаюсь, пришел поговорить не об этом покушении.
- А о чем же?
- Могу задать вам прямой вопрос?
- В надежде получить столь же прямой ответ?
- Вот именно.
- Давайте рискнем: спрашивайте.
- Горицветова ваши пасут? - спросил Савелий и уставился в глаза подполковника.
- Допустим, - неопределенно ответил тот.
- Допустим?
- Хорошо, наши. А он что, вам пожаловался?
- Человек, прошедший такую школу выживания, никогда жаловаться не будет, - проговорил Савелий. - Это мои собственные наблюдения. Скажите, Михаил Иванович, неужели у вас нет более серьезных забот в этом благословенном крае, чем охотиться за Романом Горицветовым, первым "русским Вором" на Кавказе? Вам, конечно же, известно, какой беспредел творят здесь "чехи" и другие звери? А вы, вместо того чтобы заниматься ими, наехали на парня, который и поставил себе цель покончить с этим беспределом и наладить мир на кавказской земле...
- К лицу ли вам такая яростная защита злостного рецидивиста? - не без раздражения спросил подполковник.
- Во-первых, Горицветов не рецидивист: кому, как ни вам, подполковнику правоохранительных органов, не знать об этом? В приговорах суда это определение не фигурировало, - спокойно возразил Савелий.
- Ладно, оговорился: не рецидивист, но уголовник, не раз и не два совершавший уголовные преступления.
- За свои преступления он понес суровые наказания и перед законом сейчас чист, как и любой обычный гражданин страны, - не сдавался Савелий. - А вы знаете, какое детство было у Романа?