Виктор Добросоцкий – Театр жизни (страница 4)

Если я узнаю, что кто-то занимается под кровом нашей обители обезьяньим бизнесом – подрабатывает на корпоратив ах или в кино – отчислю в одну минуту без предупреждения!

Далее шел спич, посвященный Степану:

– Кстати, умники, не знающие русского языка и глумящиеся над моей великой русской фамилией, запомните, как Отче Наш, что слово «бухать» это героическое русское слово! Прислушайтесь к мелодике слова…бу-хать… – пропевал нарочито театрально восторженно басом наставник – В этом слове слышится звонкая удаль былинных героев, поющих старинную балладу. Бухали орудия! Прислушайтесь: бух- бух – бух! – голос Карпа Ивановича наполнялся героическим пафосом. Это ядра наших пушек летят в стан врага. Мои прадеды были артиллеристами и воевали за Россию. Кстати, для остряков, дающим язвительные прозвища своим педагогам, смею напомнить: расхожее выражение "нельзя так бухать при посторонних» никакого отношение к пьянке не имеет, а наполнено величественным смыслом – «нельзя необдуманно говорить то, что не следует». Примите это к сведению и впредь не бухайте в мой адрес за глаза скверности. Это неприлично для людей, творящих искусство.

Последнюю фразу профессор неизменно сопровождал презрительным взором в сторону нашего героя, что вызывало язвительные улыбки не симпатизирующих Степану сокурсников.

Степан особо не переживал из-за похмельных нападок наставника. Он считал эти постоянные моралистские наставления Карпа Ивановича обыкновенным старческим идиотизмом и завистью к его молодости и к огромной карьерной перспективе великого артиста. Через три месяца состоится выпуск курса в большую театральную жизнь и именно ее Величество Жизнь расставит все и всех на свои места, и никто не посмеет больше публично бухать в сторону Степана какие либо нравоучения, а напротив все будут заискивающе пресмыкаться перед ним и его великим талантом. Оставалось немного времени терпеть.

Наступил 2019 год. Служа в театре в Пермской глуши, наш герой часто занимался самоедством, методично проводя ревизию своей жизни в Ярославле. Четыре года учебы в институте несмотря на множество приятных и неприятных событий пронеслись для Степана мимолетно. Об этом счастливом времени и, как ни странно, о Карпе Ивановиче Степан вспоминал часто после окончания института. Нашему герою по прошествии времени и после расставания с Ярославлем все более и более было стыдно за свое недостойное поведение в отношении наставника, с воодушевлением и щедростью миссионера, отдававшего ему свои знания, опыт и душу.

Он с ужасом признавал необъяснимость и нелогичность своего поведения в сотнях значимых эпизодах его студенческой юности. Вот и сейчас, сидя на репетиции детского спектакля «Царь Горох и молодильные яблоки» в Коми- Пермяцком национальном драматическом театре имени Горького Степан размышлял о своей странной судьбе. Ему казалось, что он целую вечность служит здесь, размышлял о своей безумной юношеской упрямости, твердолобости и гордыне, которые в конечном итоге и привели его в эту глушь. Правильно говорил дорогой мудрец Карп Иванович: «Всесильная Судьба распределяет роли." Мне досталась поделом роль коми-пермяцкого героя-любовника в провинциальном театре.

Распределение в этот столичный коми-пермяцкий городок – Кудымкар, заботливо спрятанный от цивилизации плохими дорогами и отсутствием какого либо путного сообщения Степан получил тоже по собственной глупости и бахвальству. Ему, как лучшему выпускнику института сразу предложили служить в Ярославском драматическом театре с его амплуа молодого героя любовника. Это считается великолепным стартом для любого актера, но Степан грезил только Москвой и для этого были причины. В Москве уже несколько лет служил в театре выпускник института и его давний творческий соперник Евдоким Привалов. Он был на три года старше и его портрет, как немой укор висел на доске почета института рядом с портретом Степана. Улыбаясь с фотографии Евдоким каждый день ехидно говорил нашему герою «Московский театр – это настоящая слава. Тянись провинциальный лапотник, но не порви штаны от потуги». Это бесило Степана, и он всегда старался обойти эту ненавистную доску почета. Он убеждал себя, что Евдоким никакой не талант, а необыкновенный баловень судьбы. В институте среди студентов ходила легенда, что Евдоким ехал в скоростном экспрессе из Ярославля в Москву и волей случая его кресло очутилось рядом с креслом главного режиссера Московского театра «Марс» Иннокентия Поспелова. Слово за слово они познакомились и человеческое обаяние Евдокима сыграло в его актерской судьбе решающую роль. В театре Марс уволили за пьянство актера с амплуа героя-любовника, и фортуна неожиданно открыла вакансию, которую режиссёр и предложил своему молодому попутчику. Справедливым будет отметить, что эта головокружительная карьера имела под собой не только голое везение молодого человека. Евдокима в институте постоянно ставили в пример для подражания студентам всех курсов, так как он действительно был очень талантливом актером. Это обстоятельство особо бесило Степана и он поставил перед собой единственную цель – догнать и перегнать Евдокима и доказать всему миру, что он, только он Степан достоин восхищения.

***

Кудымкар был не просто захолустным городом Пермского края. Здесь все жило по законам столетней давности и главной гордостью жителей были национальный театр, краеведческий музей и памятник лаптям. Легенды гласят, что именно здесь Демидовский крепостной крестьянин еще до уральского умельца Артамонова изобрел первый в мире деревянный велосипед и представил царю свое детище. Царь удивился и «озолотил» выдающегося изобретателя. Местные жители даже разыскали могилу этого крестьянина, но все это остается легендой, а явью стал нежданный переезд Степана в Кудымкар.

Это мистическое событие по истечении времени превращалось в сознании Степана в дешевую нелепую мелодраму с участием его лучшего студенческого друга. Во время выпускного вечера Алексей Скриванов при девчонках их группы развел на «слабо» изрядно перебравшего горячительных напитков Степана.

– Слабо тебе, Степа сыграть со мной в пари на интерес? Бросаем жребий и какой театр выпадет, туда мы и устраиваемся, – наливая очередной бокал шампанского, произнес Алексей.

Студенческое братство, подбадриваемое винными парами, горячо поддержало эту авантюрную идею. В студенческой компании только Степан был на коне, первым получив приглашение на службу в Ярославский театр, а остальные ребята, включая Алексея находились в свободном поиске работы.

– Нет проблем. Любой театр мечтает обо мне. – произнес заплетающемся языком Степан. По хитроумной схеме, придуманной Алексеем они разыграли рулетку с выбором театра. В результате нашему герою достался Кудымкарский национальный драматический театр, а Алексею родной Ярославский.

Степан на следующий день в глубоком похмелье даже не помнил о пари, но под настойчивым натиском Алексея, рассматривая свое поведение, как продолжение игры и не задумываясь о последствиях отправил заявку на почту Кудымкарского театра. Однако игра превратилась в трагедию для Степана. Коми Пермяцкий театр неожиданно прислал ему приглашение на работу. Естественно наш герой даже не обратил внимание на этот факт, не осознавая, что театральный мир очень тесен. Главному режиссеру Ярославского драматического театра мгновенно стало известно об официальном трудоустройстве Степана в Кудымкар. Наш герой был вызван в театр и получил отказ от его услуг с формулировкой «в связи с неэтичным поведением» По иронии судьбы, а как мы с вами понимаем, совсем не случайно – его место в Ярославском театре занял лучший друг Степана Алексей Скриванов. Студенты подозревали, что это была хитроумная борьба Алексея с лучшим другом за место под солнцем. Для Степана потеря престижного места работы и предательство близкого друга стали громом среди ясного неба. Вот уж воистину «не бойся врагов, а бойся друзей, ибо предают только последние», – вспоминал он слова своего отца.

Узнав о таком повороте в своей судьбе, Степана запаниковал. Он на следующий же день вылетел в Москву, предварительно разослав свое резюме на почту всем московским театрам, но все его потуги спасти ситуацию окончилось полным фиаско. Удача категорически отвернулась от него. Московские театры не нуждались в молодом актере с амплуа героя- любовника и кандидатуру Степана даже не стали рассматривать. Так и сказали: " Не нуждаемся в твоем амплуа". Степан был раздавлен и решил скрыться от позора, от самого себя и от всего мира в Кудымкарской глуши. Наш герой погрузился в любимое занятие – изучение языков и выучил за два месяца новый для себя язык Коми-пермяцкого народа, чем вызвал удивление и уважение у местной публики. Ведь большинство спектаклей театра ставились на национальном языке. Протестный, а по сути, скорее вынужденный переезд в Кудымкар был для него не просто ударом по самолюбию, но и похоронами всех его амбициозных мечтаний. Справедливости ради нужно сказать, что новый театр принял нашего героя хорошо. Степан был самым высоким и самым молодым актером в театральной труппе театра и пришелся по душе режиссеру и благодарному провинциальному зрителю. И их можно понять. Все устали смотреть, как Ромео играет шестидесятилетний актер с огромным пивным животом и красным носом, выступающим как морковка из-под толстого слоя грима. Самой большой театральной радостью для нашего героя стали гастроли в Финляндию. Во время этой поездки местная финская пресса называла Степана самым талантливым представителем коми-пермяцкой нации. Было много смешного и грустного в его жизни в этой глухой провинции, но что не изменилось – наш герой во глубине души тайно мечтал о славе, мечтал о Москве.