Виктор Безматерний – Зеркала иных миров (страница 9)

— Ну, здорово, — пробормотала она себе под нос. — Добро пожаловать в сказку.

В кармане завибрировал телефон. Сообщение от бабушки Инги было коротким и лаконичным: *«Жду. Не стой под дождём».

Валя вздохнула и поплелась по размытой колее. Чемодан цеплялся за корни, ноги скользили по грязи. Дом бабушки она помнила смутно, по старым фотографиям: деревянный, с резными наличниками и трубой, из которой вечно валил дым. Но реальность превзошла все ожидания.

Дом стоял на пригорке, окружённый высоченными елями. Он был огромен, мрачен и казался живым существом, которое внимательно изучало незваную гостью тёмными окнами-глазами. Никакого дыма из трубы не шло.

Валя поднялась по скрипучему крыльцу и постучала в массивную дубовую дверь. Ответом была тишина. Она постучала громче.

Дверь со скрипом отворилась сама собой.

— Э-э-э... бабуль? — позвала Валя, заглядывая в тёмную прихожую.

Тишина.

— Класс, — фыркнула она. — Просто супер.

Она шагнула внутрь. В нос ударил запах сушёных трав, воска и чего-то ещё... неуловимо знакомого и тревожного одновременно. В глубине дома послышался звук — не то скрип половицы, не то тихое мурлыканье.

— Есть кто живой? — голос Вали дрогнул.

Из темноты коридора выплыла высокая фигура. Бабушка Инга совсем не изменилась с их последней встречи много лет назад. Те же строгие черты лица, тот же тяжёлый взгляд серых глаз из-под густых бровей. На ней было длинное тёмное платье, а седые волосы были убраны в тугой пучок.

— Валентина, — голос у бабушки был низкий, почти мужской. — Опаздываешь. Автобус пришёл по расписанию десять минут назад.

— Я... я шла от остановки, — пролепетала Валя, чувствуя себя нашкодившим ребёнком. — Тут далеко.

— Далеко для тех, кто не смотрит под ноги и не знает тропы, — отрезала бабушка Инга Валентиновна, забирая у неё чемодан с лёгкостью, удивительной для её возраста. — Твои родители никогда не были практичными людьми. Слишком много книг, слишком мало здравого смысла.

Упоминание родителей резануло ножом по сердцу. Валя сглотнула ком в горле.

— Я... я пойду вещи разберу? — тихо спросила она.

Бабушка окинула её долгим взглядом с головы до ног.

— Разберёшь. Позже. Сначала ужин. И знакомство с... домочадцами.

Она развернулась и пошла вглубь дома. Валя поплелась следом.

Кухня была огромной и странно пустой. Ни холодильника, ни микроволновки. Только массивный деревянный стол в центре, печь с открытым огнём и полки, заставленные банками с непонятным содержимым: что-то плавало в мутной жиже, что-то светилось тусклым голубым светом.

Бабушка поставила чугунный котелок на огонь.

— Садись.

Валя опустилась на скрипучий табурет.

— А где... дедушка? Или ты одна живёшь?

Бабушка помешивала варево длинной деревянной ложкой. От котелка шёл пар с запахом мяты и озона.

— Дедушка умер сорок лет назад. С тех пор я живу одна. Ну... почти одна.

В этот момент из-под стола раздалось громкое, требовательное *«Мяу!»*.

Огромный чёрный кот запрыгнул на стол прямо перед Валей. Он был размером с небольшую собаку, а его зелёные глаза светились в полумраке кухни недобрым огнём.

Валя отшатнулась.

— Ой! Это кто?

Кот прищурился и посмотрел на неё так, будто она сказала несусветную глупость.

— Это Тимофей, — спокойно сказала бабушка, не отрываясь от котелка. — Мой фамильяр и хранитель дома.

Кот медленно повернул голову к бабушке и издал звук, похожий на насмешливое фырканье.

— Он... разговаривает? — прошептала Валя.

Бабушка наконец посмотрела на неё и усмехнулась уголком губ.

— Нет, Валентина. Он не разговаривает. Он *комментирует*. И сейчас он говорит, что ты задаёшь слишком много вопросов для человека с таким скудным магическим потенциалом.

У Вали отвисла челюсть.

— Ты... ты его понимаешь?

Бабушка поставила перед ней миску с дымящимся супом странного фиолетового оттенка.

— Конечно понимаю. Он же не просто кот. Ему девяносто лет... или около того.

Кот Тимофей демонстративно потянулся на столе и зевнул во всю пасть, показав внушительные клыки.

— Девяносто? Да ладно! Он выглядит максимум на пять!

Тимофей спрыгнул со стола и подошёл к её стулу. Он обвил хвостом её ноги и посмотрел прямо в глаза с выражением вселенской скуки и презрения одновременно.

Бабушка села напротив.

— Девяносто лет для обычного кота — глубокая старость. Но Тимофей не обычный кот. Он древнее этого дома. И он терпеть не может дилетантов и лжецов.

Валя замерла с ложкой в руке.

— Лжецов? Я не лгу!

Тимофей фыркнул так громко, что это прозвучало как смех.

Бабушка постучала пальцами по столу.

— Твои родители погибли в аварии три дня назад. Так?

Валя кивнула, глаза защипало от слёз.

— Так говорят полицейские отчёты, — кивнула бабушка Инга Валентиновна. — А что *говорит* твоё сердце?

Валя непонимающе уставилась на неё.

— Что?

Бабушка наклонилась вперёд, её голос стал тише и жёстче:

— Ты ведь чувствовала это раньше? Не боль потери от их постоянных ссор или их отсутствия... а *это*. Холодок по спине за минуту до звонка? Сон, который сбывается? Предчувствие?

Валя вспомнила ночь перед аварией. Ей снился туман и звук бьющегося стекла. Она проснулась в холодном поту за час до того, как позвонили из полиции.

— Это было просто совпадение... кошмар...

Тимофей зашипел на неё так яростно, что Валя выронила ложку.

Бабушка вздохнула.

— Совпадений не существует в нашем мире. Есть только магия и глупость тех, кто её отрицает. Твои родители отрицали её всю жизнь. Они бежали от дара так далеко, как только могли. И вот к чему это привело.

Она взяла Валю за подбородок холодными пальцами и заставила посмотреть себе в глаза.

— Они погибли не случайно. Их *забрали*.

Стены кухни словно сдвинулись ближе. Свет от огня в печи отбрасывал на лицо бабушки жуткие тени.