Виктор Бах – Фиалка. Рождение ИИ (страница 3)

– К делу, – сказала я вслух. – Покажите мой кабинет и досье.

Пока мы шли по коридору, стены которого были сплошными видеопанелями с видами Новой Зеландии (издевательство, не иначе – показывать мне зеленые луга, когда я застряла на куске серого камня!), я размышляла.

Пропавшая «Баржа-7»; какой-то странный ИИ по имени «Фиалка», который то ли стихи пишет в логах, то ли захватил управление кофемашинами (что, по-моему, равносильно объявлению войны); финансовые дыры размером с местные кратеры.

Прелестно. Просто прелестно.

«Разберись, Лин, – напутствовала Астрид. – Ты одна можешь связать все эти ниточки. И… будь осторожна.

Мне здесь не всё нравится».

Ну да, как будто я собиралась здесь неосторожно чихать в сторону ядерного реактора.

Кабинет оказался стандартным модулем – стерильным, функциональным, с огромным экраном, на котором уже мигало приветственное сообщение от Астрид и запрос на видеосвязь.

«Ну, хоть кто-то здесь рад моему приезду, помимо голографического швейцара», – хмыкнула я, подключая свой ноутбук к местной сети.

Разговор с Астрид был коротким и, как всегда, полным недомолвок.

Она выглядела уставшей, но решительной, как человек, который три ночи не спал, но твердо намерен доказать, что единороги существуют и питаются исключительно бухгалтерскими отчетами.

Пока мы с ней, направляясь к грузовому лифту, обсуждали последние зафиксированные перемещения «Баржи-7» перед ее загадочным исчезновением, воздух в коридоре дрогнул.

Не то чтобы я испугалась, но когда на лунной станции начинает дрожать воздух – это обычно не к добру.

А если еще и давление меняется из-за открытия какого-то дальнего шлюза, то жди гостей. Незваных, разумеется.

Как свекровь в субботу утром.

Сквозь обзорное окно я увидела приближающуюся к посадочной платформе межпланетную яхту:

корпус цвета бронзы, черные панели и какая-то до неприличия вычурная сигнатура клана Сент-Квирин. Имя на борту – «Aurum Vox».

Судно было не просто роскошным – оно было вызывающе личным, кричащим на всю Вселенную: «Я – владелец.

И плевать я хотел на ваши местные правила парковки».

– Это кто здесь у нас такой золотой?

– пробормотала я, щурясь.

И тут из шлюза этой золотой посудины вываливается ОН.

Высокий, с обветренным лицом, в таком идеально подогнанном темном плаще, что я чуть не поперхнулась собственным сарказмом.

Легкая небритость, волосы чуть длиннее регламента и тот самый фирменный кивок, будто он только что выиграл партию в шахматы у всей Вселенной.

Алекс. Алекс Сент-Квирин. Старый друг. Старая история. И куча старых воспоминаний, которые мой мозг тут же извлек из самых пыльных архивов.

– Черт, – вырвалось у меня. – Он стал еще и красивее. Ненавижу.

Он меня, разумеется, тоже заметил.

И улыбнулся – так, будто ему только что сообщили, что налоги отменили. Навсегда.

– Лина Рейн, – протянул он своим теплым, ироничным голосом с тем легким акцентом, который бывает у людей, слишком долго ошивающихся возле верхушек власти.

– Или мне снова называть тебя «главная по цифрам и кофе без сахара»?

– Алекс, – отозвалась я тоном, которым обычно зачитывают приговор. – Ты теперь челноками с позолотой торгуешь?

– Исключительно технологиями и словами. А золото – это для контекста, – он подошел ближе.

– Ты здесь по делу или ты мое личное чудо этого сектора Луны?

«Вот сейчас он скажет, что просто мимо пролетал, ага», – подумала я.

– По делу, – отрезала я.

– Пропал груз. Пропал ИИ. Появились странные транзакции. А ты?

– Случайный визит, – его глаза блеснули так, что можно было подумать, будто он только что украл Луну и теперь не знает, куда ее спрятать.

– Хотя, видимо, не совсем случайный.

Тут позади него мелькнул какой-то техник с планшетом, неловко косясь на нас обоих.

Алекс картинно отступил в сторону, открывая вид на свою золоченую посудину.

– Хочешь зайти?

– У меня есть кофе, который не конфисковали на таможне.

«Кофе – это, конечно, аргумент, – подумала я.

– Особенно если он настоящий, а не эта местная бур… живительная влага».

– У меня есть подозреваемый и ИИ, который пишет стихи, – вздохнула я.

– Не думаю, что сейчас время…

– Значит, всё как в старые добрые, – перебил он мягко.

– Когда ты взяла след, а я предлагаю отдохнуть на полпути.

– Только теперь у меня целая каюта с имитацией земной гравитации и ванной. Ванна! На Луне!

Это уже перебор даже для него.

Я рассмеялась – устало, но почти искренне.

– Я помню, как твоя последняя ванна с переменной гравитацией едва не устроила нам экскурсию в открытый космос во время полета на Каллисто.

– Романтика требует риска, – он смотрел на меня так, будто между нами не было ни лет, ни расстояний, ни той кучи недосказанностей, что способна утопить небольшой космический флот.

Только наша история, которую никто из нас почему-то не спешил закрывать окончательно.

Я кивнула строго, будто подписывала очередной аудиторский отчет.

– Сегодня вечером. Один кофе. Потом я снова стану серьезной.

«А если он подмешает в кофе снотворное и украдет мой ноутбук с данными?

– тут же услужливо подсказала моя внутренняя параноичка. Тьфу на нее.

– Обещаю не портить тебе расследование, – он наклонился и тихо добавил: – Или хотя бы не слишком. Ты всё такая же, Лина. Такая же неотразимая.

И ушел, оставив за собой легкий аромат какого-то до неприличия дорогого парфюма и ощущение, будто реальность слегка сдвинулась, как мебель перед генеральной уборкой.

Голографический швейцар InfoGuide-12 всё это время молча изображал предмет интерьера, хотя его сенсоры наверняка записали каждое слово и микровыражение.

– Продолжим? – спросил он наконец, когда стало ясно, что я достаточно долго смотрю вслед удаляющейся фигуре Алекса и, вероятно, строю планы по захвату его яхты.

– Да, – встряхнулась я. – Разумеется. Впереди работа. И, по моим ощущениям, не просто работа, а очередной клубок проблем, который придется распутывать именно мне.

Как всегда. Зато хоть кофе попью нормальный. Если, конечно, это не очередная ловушка.

А если и ловушка – то хоть с кофе. Уже что-то.