Виктор Алдышев – Возвращение (страница 56)

— Ох, ты! — раздался возглас Данияра.

Улица впереди шла с понижением. И дорогу, по которой двигалась группа, пересекла довольно широкая и быстрая река субстанции. Сине-фиолетовая жидкость текла, следуя естественному рельефу и затапливая нижележащие районы. Её прозрачность позволяла увидеть, что искусственное русло образовано глубоким разломом, примерно метров пятьдесят шириной. Эта трещина утащила на глубину дорогу и машины, фонарные столбы, верхушки которых виднелись над поверхностью субстанции.

Переплывать реку было рискованно. Быстрое течение, глубина, препятствия под поверхностью.

— Придётся обходить, — сказала Анна, оглядывая пейзаж.

Они были уже не далеко. Мост проглядывал среди уцелевших зданий примерно в трёх километрах. Но по прямой, как планировалось, теперь пройти не получится.

Костя внезапно показал кивком морды на что-то вдалеке. Лазарева присмотрелась.

Похоже, что в километре от них, монолитное здание, оказавшееся на краю реки, обрушилось в русло от одного берега до другого. Жидкие потоки проходили через эту плотину насквозь. Если перейти там, крюк до моста получится совсем не большой.

— Поняла, — кивнула Анна. — Омаровы! Вон туда пойдём.

Она обернулась к ним, не удержала улыбку, увидев картину. Даже толкнула локтем Багирова:

— Глянь.

Кунке бросала в быстро текущий поток камешки:

— Папа, давай, кто дальше кинет!

Удивительно, но она не устала. Пройдя уже десяток километров, сохранила силы, чтобы использовать любые возможность для игры. Лекарство работало. По крайней мере, внешних изменений больше не было.

Зато Анна начала чувствовать свои. Идти последний час становилось всё труднее. Грудь при дыхании опускалась с лёгкой болью. Будто ребра сдавливали лёгкие. А это возможно означало, что внутренние органы увеличились. Мышцы во всём теле вели себя, будто после тяжёлой тренировки. Боль сопровождала движение. Пока она была незначительной, но Анна знала, что это может измениться в любой момент. И ловила на себе взгляд Кости. Он периодически осматривал её, тоже понимая, что не доведённая до конца обратная мутация — это бомба замедленного действия. Рванёт, когда не ждёшь.

Но сейчас надо было двигаться дальше. Люди отправились к рухнувшему зданию. Добрались довольно быстро, несмотря на сложную для прохода местность. Поверхность в результате землетрясений потрескалась и вздыбилась. Приходилось двигаться в основном прыжками через трещины и по кочкам. Кунке трудностей с этим не испытывала. Отставала Альфия. Женщина начала кашлять.

— Аллергия, — произнесла она, задыхаясь, когда Анна вопросительно на неё взглянула. — На пыль, наверное.

Сейчас в воздухе её было полно. Треск и дрожание земли поднимали мелкие частицы.

— В аптечке должна быть марлевая повязка, — кивнула Лазарева. — Надень.

— Сейчас дойдём,… — кивала Альфия. — И всё сделаю.

На месте, наконец, получился привал. Семья села на кроткий отдых, попить воды, расслабить мышцы, найти марлю и антигистаминную таблетку в аптечке для Альфии.

Анна с Костей пошли оценить возможность прохода. Здание действительно соединило два берега, с обеих сторон навалы острых камней и арматуры образовали склоны, по центру из каркасной бетонной конструкции установился перешеек, где можно было пройти. Но пенобетонные блоки, из которых были сложены стены здания, оторвались от цемента при ударе или потрескались. В плоской поверхности лежащего на боку здания виднелись большие провалы. Возможно, и бетонные колонны, соединявшие этажи, уже не были настолько крепки, чтобы выдержать вес мегистотерия в тонну.

Анна почувствовал активацию БПУ. В голове, наконец, раздался голос Кости:

— Я пойду вперёд, держите дистанцию.

Имелось в виду от него.

— Так и сделаем, — кивнула Лазарева.

Багиров собрался было отключиться, но Анна остановила его:

— Костя, хорош. БПУ всё рано не остановить. Побудь рядом.

Лазарева не сказала, что испытывает потребность в его голосе. Когда они не говорили, мегистотерий, бесшумно идущий вместе с людьми, действительно начинал казаться призраком. Так что сейчас Анна снова приложила руку к его шее, чтобы почувствовать тепло живого тела.

В тот же момент ощутила, что Багиров всё понял. БПУ было уникальным устройством. Оно передавало ощущения. Даже те, которые нельзя было описать словами. Потребность Анны говорить с ним и слышать его голос, вызвала тёплый отклик в душе Кости.

— Хорошо, — кивнул он. — Ты как?

Багиров видел, что сосуды Анны однозначно стали темнее и, дышать ей, похоже, было всё тяжелей. Она задерживала выдох, чтобы грудная клетка опускалась медленно, не причиняя боли. Несмотря на перчатки, было заметно, что пальцы, лежащие на оружии, опухли.

— Нормально, — ответила Лазарева.

Костя прислушался к словам на уровне БПУ. Она обманывала. Ничего не нормально. Боль во всем теле росла. Теперь она ощущала её и в костях, во рту начали болеть десны. Всё за последние полчаса.

— Никого не чувствуешь? — спросила Анна, больше для того, чтобы снять внимание Кости со своих ощущений.

Багиров обвёл взглядом пространство, покачал головой:

— Не знаю, что будет, если открою общий канал связи здесь.

Одно дело — особи-одиночки, и совсем другое — нейросеть мегистотериев с управляющим центром в улье. Сигнал с неопознанного БПУ могут отследить очень быстро. Костя отрицательно покачал головой:

— Лучше не рисковать.

Лазарева согласно кивнула, обернулась к семье, крикнула:

— Надо идти!

Альфия как раз откашлялась от пыли, сидела в марлевой повязке. Данияр внимательно оглядывал местность, держа ружье наготове.

— Выдвигаемся, — кивнула Лазарева.

Омарова взяла дочь за руку и обе уверенно шагнули следом за Анной на крутой склон. Данияр замыкал группу. Костя двинулся отдельно от людей.

Когда вышли на перешеек — часть здания, лежащую между берегами, Багиров пошёл по другой линии колонн. Анна и остальные легко шагали по ним, как по тропе, но для расстояния между лапами мегистотерия их ширины было недостаточно. Так что Костя наступал и на стены, сложенные из пеноблоков. Кладка, треснувшая во время обрушения, то и дело проваливалась под его весом.

В окнах и балконах торчали острые края разбитых стёкол. Здание внутри тоже разрушилось, провалы вели насквозь через все помещения до самой реки. Было видно её сине-фиолетовые потоки, бегущие под ним. Этот мост был просто пёрышком, зацепившимся за берег. Но дрожь, проходившая сквозь конструкции, подсказывала, что это ненадолго.

Группа миновала уже больше половины пути, когда внезапно Багиров заметил движение внизу. Он остановился, всматриваясь во внутренние помещения. Река, видимая сквозь провалы, стала совсем близкой. Здание упиралось в склон под углом, опускаясь низко к руслу.

Возможно, показалось. Может, камень улетел вниз. Но остро натренированные рефлексы Кости, даже при не задействованном БПУ подсказали, что рядом враг.

— Аня… — Багиров активировал устройство связи на мгновение, чтобы сказать Лазаревой быстрее уходить с опасного участка, и в тот же момент ясно осознал, что противник рядом!

Прямо под ними! Четверо!

— Бегите! — Костя успел крикнуть это, перед тем как мощные удары изнутри вышибли стену в разных местах, взметая в воздух разбитые в пыль пеноблоки.

Поняв, что обнаружены, меги прекратили наблюдение за группой людей, и пробили себе путь к ним, едва потратив мгновение. Монстры выскочили на поверхность здания. Анна молниеносно вскинула автомат, не успев испугаться, но успев осознать, что одна особь среди четырёх — бета! Патруль с офицером! Он едва обратил внимание на застывших в ужасе людей, сразу поняв, кто главная угроза в группе нарушителей. В мощном прыжке бета всем телом ударил Костю в грудь, сдвинул его, несмотря то, что Багиров разодрал когтями колонну, упираясь против силы этого удара, и тут же вгрызся клыками в плоть белого мегистотерия. Костя извернулся, прикусил шею беты, но сдёрнуть с себя уже не успел. Стремительно двигаясь, они оказались на самом краю и сорвались с него вместе, мгновенно уходя в реку с головой.

— Костя! — Анна закричала с такой силой, что мегов, оставшихся рядом с людьми, оглушило.

БПУ Лазаревой было активно, и вопль ушёл по его каналу. Это задержало атаку на мгновения, пока монстры трясли головами, справляясь с необычным для себя ощущением. Лазарева уже сделала шаг, чтобы бежать за Багировым, но напуганная Альфия схватила её за руку:

— Анна! Мы сами не дойдём!

Звук выстрелов загрохотал рядом. Стрелял Данияр. Пули охотничьего ружья царапали броню мегов, но не более. Они уже ринулись за людьми. Секунда на всё! На принятие всех решений!

Бросить Костю, спасать семью, их ребёнка. Кунке обхватила маму руками и ногами и висела на ней, уткнувшись лицом в шею, а через БПУ шёл отупляющий страх.

Анна вжала спусковой крючок автомата намертво, чтобы ничто не позволило остановиться огню:

— Уходим!

Слово утонуло в грохоте автоматной очереди, но все поняли, побежали по склону вверх. Прыгая по камням, цепляясь руками за торчащие арматуры полуразрушенных бетонных колон и перекрытий, Данияр тащил семью. Анна прикрывала. Стреляла, заставляя монстров двигаться короткими перебежками по сторонам.

В сознании пульсировал с бешеной силой страх Кунке, и боль…

Боль! Да! Да! Да! Костина! Это его! Он жив!

Анна бросила всю свою ярость через БПУ: