Викки Латта – Я – хранитель света! (страница 11)

Потому я, сделав несколько судорожных вдохов, оттолкнулась подошвами сапог от травы и помчалась прочь, особо не разбирая дороги.

Начался сумасшедший, стремительный и неумолимый бег. Мои ноги работали быстрее, чем я могла когда-либо себе представить, и я буквально ощущала, как разливается по жилам неразбавленный адреналин, напрочь вытесняя оттуда кровь.

Вылетела на улицу, по которой в час пик машины двигались неторопливым плотным потоком. Пересекла перекресток на так вовремя загоревшийся сигнал для пешеходов и ринулась вперед. Квартал. Еще один. Сквер. Ограда стройплощадки выросла передо мной внезапно. Я с разбегу буквально перелетела через нее. И снова вперед.

Я неслась с такой скоростью, что казалось, земля подо мной начинает трястись. Страх быть пойманной придавал сил прыгать с одной вбитой в землю сваи на другую, словно я скакала по ступеням лестницы.

Я бежала все быстрее и быстрее, преодолевая каждую преграду на моем пути. Прыжок – и носилки с кирпичами остались позади. Нырок, падение на пол, перекат – и бетономешалка за моей спиной. Жаль только, что нельзя было так же легко отделаться от преследования.

Но я была полна решимости оторваться от Дэна. Не сегодня. Не сейчас. Не так… Поэтому в Преисподнюю боли и усталость, которые начали охватывать тело.

Быстрее. Быстрее. Быстрее. И вот топот, что бил по моим оголенным нервам, как ударник – палочками по барабанам и тарелкам на своей установке, стих.

Отстал.

Получилось. Оторвалась. Останавливаюсь только на мгновение, чтобы вздохнуть и оглядеться. На моих губах блуждала полусумасшедшая улыбка. Пот тек по спине градом. И… резкий удар сбил меня с ног. Тяжелое тело навалилось на меня, подмяв. Мы перекатились несколько раз. И когда остановились, я почувствовала спиной холод бетона.

– Ты!.. – спустя одно томительно долгое мгновение пораженно выдохнул Дэн почти мне в губы. И стало предельно ясно: со спины он меня не узнал. Совершенно.

– Я, – подтвердила очевидное и задалала сакраментальный вопрос: – И что дальше?!

– Зачем? – продолжая давить на меня как психически, так и всей массой своего тела, спросил Стилл.

– Что зачем? – не поняла я.

Да уж, содержательный у нас получается разговор.

– Сначала специально попалась мне на глаза, потом шпионила, – доходчиво прорыч… объяснил мне Стилл. – Что, добывала сенсацию?

– Мне лишь нужно было тебя увидеть! Я ничего не добывала! – рявкнула в ответ и ощутила, как дрожь охватывает меня, а за ней накатывает волной истерика. Обычно у большинства это проявляется в виде криков и слез, но я и нормальность были похоронены явно в разных могилах.

– А граверат ты тоже прихватила «нечаянно»? И удирала от меня быстрее пульсара, потому что так хотела лицезреть?

Он мне не верил. Ни единому слову. И это было самое страшное. Когда тебя забывают. Совсем.

Судорожно сглотнула. Мой пульс участился настолько, что нельзя было различить отдельные удары. Все они слились в один гул. Так гудит рой разъяренных пчел, готовых вот-вот броситься на тебя. Так звучит утро столицы, увязшее в торосе автомобильных пробок.

Мое сердце билось так сильно, что казалось, еще чуть-чуть – и оно разорвется. Тело затрясло, меня бросало одновременно и в жар, и в холод. Мышцы одеревенели настолько, что я не могла пошевелиться. Даже сделать глубокий вдох. Говорят, так бывает перед панической атакой. Может быть. Никогда их не испытывала, но вот… Наверное, мой страх просто стремительно эволюционировал. Потому-то сейчас я была не девушкой с истеричной тревожностью. Ни в коем разе! В эту секунду, глядя в льдистую синеву таких знакомых и таких чужих одновременно глаз, я была тревожностью, у которой есть девушка.

– Сколько тебе за это заплатили? – между тем, стиснув зубы, прошипел Дэн.

– Да нисколько! Подавись ты своим гравиратом! И невестой! И клятвами своими в вечной любви! – я выкрикнула и почувствовала, как по щекам текут слезы. Жгучие, как самая ядреная кислота.

Я так надеялась, верила, что все можно исправить, что чувства сильнее…

– Какими клятвами? Кому? Тебе? – спросил Стилл, словно не веря услышанному. Будто у него в голове не укладывалось, что он кому-то в чем-то может поклясться.

– Нет! Демону! Сам посмотри на мою руку!

И я, дернувшись, обозначила, на какую именно.

И Дэн посмотрел. Вот только первое, что он увидел, – это камера.

– И? – не понял он. – Отдашь снимки?

– Идиот, кольцо! Ты сам надел мне его на палец, когда предложил стать твоей женой.

– Так это ты та самая моя бывшая, на которой я едва не женился и не разорвал помолвку с Анабель?

– Значит, вот так все… – я горько усмехнулась и расхохоталась в голос. Удобная трактовка. Может, никакой потери памяти и не было? И любви тоже. А лишь одна наивная адептка, которая во все это поверила.

Какая же я дура!

Откинувшись на бетонную плиту, уже не сопротивлялась. Мой голос дрожал от слез. Ресницы дрожали от слез. Пальцы… Пальцы просто дрожали.

А мне захотелось снять это помолвочное кольцо. Во что бы то ни стало. Казалось, что оно сейчас жжет кожу каленым железом.

Но вторую руку Стилл по-прежнему намертво прижал к бетону. Поэтому я поднесла палец с перстнем ко рту и сняла губами. Все это под молчаливый яростный взгляд мага. И выплюнула фамильное украшение прямо в лицо бывшему. Уже бывшему. Золотой обод ударился о мужскую скулу, но Дэн, кажется, этого даже не заметил.

– Держи. Подавись. Считай, я тебя бросаю, – с ненавистью выдохнула я, яростно глядя на того, кто меня обманул. Подло. Беспощадно.

– Это я тебя бросил. Когда ты изменила мне с Толье. Решила найти себе кандидатуру побогаче. И как? Он лучше меня?

– Я? Изменила? С чего ты вообще это взял?

– Знаешь, я потерял память, но не мозги. Моя мать в подробностях рассказала мне, как ты, используя приворотное зелье, едва не вынудила меня на себе жениться, но потом решила поймать рыбу покрупнее. Сын канцлера… Не будь эликсира, я бы даже не обратил на тебя внимания.

У меня все похолодело внутри. Леди Стилл решила не сдаваться, а использовать проверенный прием.

– Рассказала? Или солгала? Я не использовала никаких чар! Мы столкнулись и случайно обменялись магией! Вот так ты, гад, и обратил на меня свое долбаное внимание! И если бы было какое-то незаконное зелье, твоя мать наверняка первой потребовала бы моего ареста. Она не из тех, кто умеет прощать. А вот мстит отменно, – меня прорвало. Слова сыпались как горох из худого мешка. Не остановить. Я даже не задумывалась над тем, что говорю. На миг даже показалось, что, если в эту секунду у меня случится сердечный приступ, я все равно не смогу заткнуться.

– Обменялись магией? – вот теперь Стилл был действительно ошарашен. – Как?

– Ты меня инициировал.

– Я тебя что?..

– Поцеловал, самонадеянный придурок! – выкрикнула я.

Секунда неверия. Дэн смотрел на меня недоверчиво и удивленно. А затем…

Его губы накрыли мои. В эту секунду Дэна не остановило бы мое сопротивление. Да что там сопротивление – его и шторм бы не остановил. Потому что он сам был штормом.

Язык, наглый, напористый, ворвался в мой рот, исследуя, пленяя и покоряя. И я… еще минуту назад ненавидевшая его, сейчас отзывалась. Страстно. Дико. Горячо.

Вокруг нас была пронзительная тишина. Но мы не ощущали ее. Не чувствовали липкой паутины холода, что соткал промозглый осенний вечер. Только друг друга. Зато настолько ясно, остро и неотвратимо, как доживающий последние минуты на земле ощущает смерть.

Мир вокруг нас пропал, и остались только мы. И наша, одна на двоих, вселенная. В которой были прикосновения горячих мужских рук к моим плечам, прерывистое хриплое дыхание. Касания.

Это был тот Дэн, которого я знала. Неукротимый, решительный, сильный, оглушающий. И его поцелуй точно такой же.

А я… Я отвечал ему тем же. Рваные вдохи. Хриплые выдохи. Укус, которым наградил меня Стилл, прижавшись губами к шее, заставил выгнуться дугой и застонать.

И когда его рот вновь накрыл мой… Я укусила в ответ. Похоже, это была его верхняя губа. И похоже, что он на это даже не обратил внимания.

Сейчас, среди этих касаний и поцелуев, меж наших двух тел… не было меня. Не было Дэна. Были мы. Единое целое. Клубок из любви, ненависти, страсти, нежности и отчаяния.

Я ощущала, как ходит ходуном мужская грудь, как где-то в ее глубине бешено бьется сердце и как мое откликается в унисон.

А еще я чувствовала магию внутри себя. Как она, почти уснувшая на самой глубине моего резерва, пробуждается, растет, ширится, разливается по венам.

То, что происходило с нами, было чистым безумием. Но я не хотела из него возвращаться. И когда губы Дэна все же оторвались от моих, я расфокусированным взглядом увидела его лицо. Напряженные скулы, прикрытые глаза. Словно он боролся с собой. С демонами, что жили внутри него.

– Ничего, – выдохнул он, приподнимаясь, а затем и вовсе вставая на ноги. – Ни единого отголоска силы.

Что? Силы?! Какой еще, к проклятым тварям, силы…

Я не сразу поняла, что это был эксперимент. Холодный. Расчетливый…

– Ну и склочь же ты, – выплюнула я слова. А хотелось просто плюнуть.

И, словно прочитав мои мысли, Стилл предостерег:

– Даже не думай…

– Мне нельзя думать, а тебе, значит, использовать меня можно? – возмутилась я.

– Тебе же понравилось, – ничуть не смутился этот надменный аристократ и неожиданно (кажется, даже для самого себя) протянул мне руку. – Стоило попробовать. Я готов на все, чтобы вернуть свой дар…