Викки Латта – Я – хранитель света! (страница 10)
Но сколько я ни пыталась вглядеться, никого не увидела. А охотница за сенсацией между тем ткнула пальцем еще в заросли акации, клумбу с хризантемами и мусорную урну со словами:
– А вот там и там, там и там газетчики из «Эйли», «Прайма» и «Империки». Тоже ждут в засаде. Так что мы тут все друг друга знаем. А вот ты кто такая?
Хороший вопрос… Где бы на него еще ответ найти. Я на секунду задумалась. Назваться стажером в каком-нибудь издательстве? Не вариант. Посчитают конкуренткой и еще из кустов выпрут. Сказать правду – да ни за что! А если полуправду…
– Я детектив, частный. Слежу за вот тем хмырем. – И я ткнула пальцем наугад.
Промахнулась очень метко, угодив как раз в Льняного.
– Дастин Вэган? – удивленно спросила рыженькая, сдув со лба челку. – За ним-то зачем? Он же сейчас со своей официальной пассией…
Тоном «не суй мне ромашки за уши»: за чем тут следить, нет никакого скандала и криминал.
– Меня не его пассия наняла. А папаша. Он считает, что сын слишком увлекся выпивкой и не только ей… – начала я вдохновенно врать. Льняной в этот момент как раз потянулся за бокалом с чем-то явно крепким.
Глаза журналистки загорелись огнем азарта, а рот расплылся в такой широкой улыбке, что у меня вырвалось:
– Тебе не говорили, что твоя улыбка очень поднимает дух.
– Боевой? – уточнила рыженькая.
– Нет, просто дух. И сразу на небеса. По-моему, акулы и то скалятся не столь кровожадно.
Улыбка превратилась в ухмылку.
– Так-то лучше. А то я было решила, что ты хочешь меня сожрать, – констатировала я.
– Всего лишь расспросить. Немного, – возмутилась собеседница. – Две сенсации всегда лучше, чем одна…
– А какая первая? – уточнила я, прикинув, что только что организовала газетную утку по фамилии Вэган.
– Стилл с невестой должны объявить сегодня своим друзьям точную дату свадьбы. Они все оттягивали, держали в секрете… И из надежного источника стало известно, что сегодня наконец назовут. И похоже, по тому, что Анабель уже встречалась с дизайнером Квэйзи, бракосочетание будет уже скоро…
– Квэйзи? – не поняла я. И это было самое малое, что я не поняла из речи рыженькой.
– Деревня… Это знаменитый кутюрье. Его имя гремит на всю страну. Он специализируется на свадебных нарядах. И шьет в рекордные сроки. А еще, сволочь такая, не раскрывает секреты своих клиентов.
Последнее она добавила таким тоном, словно лично пыталась узнать у дизайнера нужную информацию. И они даже по этому вопросу сошлись характерами. Врукопашную. До фингалов как минимум.
Я не успела как следует обдумать это предположение, как репортер оживилась и, поднеся граверат к лицу, прицелилась для снимка. А еще активировала один из амулетов, что висел на ее шее. Судя по всему – записывающий.
– О, кажется, началось… – прошептала она и чуть подалась вперед, так что объектив едва не высунулся из кустов.
Я тоже посмотрела на террасу. Там Дэн со своей невестой остановились у самых перил, как раз рядом с нами.
Только было одно но: я не слышала ничего. Чары защиты от прослушки оказались знатными. Но для журналистки и они не были проблемой. Активация еще одного артефакта из грозди, что висела у девицы на груди, – и в плетении, защищающем от просушки, появилось маленькое окошко. И до нас донеслось:
– Ани. Перед тем как мы назовем дату и пригласим друзей на торжество, я хотел тебя спросить: а ты сама хочешь этой свадьбы? Договор помолвки заключили наши родители почти десять лет назад.
В следующий раз я бы обязательно расспросила, откуда у рыженькой такие занятные, прямо-таки шпионские (Толье-старший бы точно оценил, да и Мор тоже!) артефакты. Но не сейчас… Не сейчас.
– Что за глупость! Даже если бы не было неустойки за инициативу расторжения… Стилл, в нашем кругу все браки договорные. Ты для меня – лучший вариант. Как и я для тебя. И вообще, к чему этот вопрос? Неужели ты сам передумал? Или есть что-то, чего я не знаю…
Глава 5
– Да, есть, – мрачно отозвался Дэн и сжал перила так, что его костяшки побелели, а дерево под пальцами пошло трещинами.
– У тебя есть любовница? Если так, то это не проблема. Просто держи ее в тайне от репортеров, и только.
– У меня никого нет, – ответил Дэн.
А я стиснула зубы: всегда считала, что нельзя просто так взять и выкинуть человека из своей жизни. Сначала его хотя бы нужно расчленить и разложить по пакетам. Но один надменный холодный аристократ смог обойтись и без этих прелюдий. Взял и вычеркнул. Одним словом.
В этот миг я любила и ненавидела одновременно. А еще готова была убить. И Стилла с его невозмутимостью, и эту противную Анабель, и рыженькую, что споро делала снимки на граверат.
– Тогда в чем дело? – непонимающе спросила Анабэль и прильнула своей грудью к спине Дэна.
– Я предпочитаю вести с партнерами честную игру. Особенно если сделка вдолгую. А у нас с тобой – на всю жизнь… Так что, думаю, ты должна это знать.
– Что? – округлила губы Анабэль, став в этот момент поразительно похожей на куклу. Дорогую, фарфоровую и бездушную.
– После битвы с демоном я потерял не только все воспоминания последних месяцев, но и дар. Я выгорел. У меня больше нет магии.
– Как? Когда? Почему ты говоришь об этом только сейчас? – возмутилась невеста. Впрочем, одной интонацией продолжая удерживать на губах полуулыбку. Не знай я, о чем они говорили, могла бы подумать, что о сущей ерунде вроде фиалок или погоды.
– Лекари подтвердили окончательный диагноз только сегодня.
– Если это такой тонкий ход, чтобы я расторгла помолвку и моя семья выплатила твоей неустойку, даже не надейся! Я видела, как ты пользовался чарами вчера. Я видела…
– Это амулеты-накопители. Теперь это мои костыли как мага. На всю жизнь. Так как, Анабэль? Брачный договор все еще в силе?
– Я… – начала было аристократка, и в этот момент раздался оглушительный треск.
Было бы не так обидно, если бы ломались наши кусты под натиском распиравшей меня злости. Но нет. Ива, не выдержав возложенных на нее надежд и одной репортерской задницы, подломилась. И тут же, перебивая сама себя, Анабель заорала:
– Репортеры!
Причем так заорала, словно сама же их и пригласила, а теперь делала вид, что она тут ни при чем.
Моя же рыжая соседка сориентировалась мгновенно и, протараторив в одно слово:
– Пока-мне-пора, – ринулась прочь в лучших традициях шпионской науки.
А я за ней. Пока не застукали.
Репортер, услышав позади себя шуршание, бегло оглянулась и, увидев за собой хвост в моем лице, шикнула:
– Ты куда?
– Ты со мной попрощалась, а я с тобой – нет. А это дурной тон.
– Прощай! – так, словно желала мне поскорее сдохнуть, прошипела рыженькая. – На всякий случай два раза. И за меня, и за тебя.
– Я так не могу. Совместное сидение в кустах сближает… К тому же я к тебе успела привязаться.
– Тогда поскорее отвяжись! Пока нас мажорики не увидели, а местная охрана не поймала и не сдала законникам за проникновение в частную жизнь. Мне еще одни исправительные работы не нуж…
Но было поздно. Тот, Льняной, которого я с легкой руки делала не просто светским львом, а алкогольвом, не иначе как из мести заорал:
– Вон там еще одна, рыжая, в кепке!
После этих слов моя туевая соседка тут же, уже не пытаясь маскироваться, рванула с места так, что мировые рекордсмены по бегу нервно закурили бы в сторонке.
Я припустила за ней. Холодный ветер ударил мне в лицо. Запнулась о какой-то корень, выступавший из земли, и почувствовала, как теряю равновесие. Взмахнула руками, пытаясь его удержать.
Из горла вырвался то ли судорожный вздох, то ли оборванный крик. Сама не поняла. А затем я все же не устояла на ногах и полетела макушкой вперед. Прямо в газон. И сделала это в лучших традициях любителей нырять с бортика. Правда, руки не вытягивала, а, наоборот, согнула так, чтобы защитить свою неразумную головушку. А ноги согнулись сами собой, так что колени оказались у подбородка. Как итог – я прокатилась этаким клубочком по лужайке.
В этот момент надо мной что-то пролетело. Судя по опалившему спину жару – пульсар. Мать его! Боевой пульсар. Это я смогла осознать, лишь когда мое удирание в фирменном стиле мяча закончилось и я, оттолкнувшись ногами от травы, стартанула из полусогнутого положения. Вот тогда и смогла увидеть, как огненный шар, с которым я разминулась по счастливой случайности, врезался в ствол, что маячил впереди.
Только вот перед тем, как поджечь кору, которая сейчас пылала огнем, пульсар еще успел чикнуть по ремню граверата. И сейчас тот валялся на газоне, а журналистка – убегала, и в ее руке был лишь остаток лямки, что крепился к кофру камеры. Видимо, рыжая не захотела рисковать шкурой и возвращаться за сенсацией.
Я лихорадочно обернулась и увидела, как к лежащей на траве камере бежит Стилл.
Скорее на рефлексах, не особо отдавая отчет, что творю (и вытворяю тоже!), я ринулась наперерез Стиллу к гравирату. Краем глаза успела увидеть, как в ладони стоявшего на террасе Льняного зажигается еще один пульсар. Пьяным зайцем резко метнулась в сторону, сбивая прицел в тот момент, когда огненный сгусток сорвался с пальцев блондина. А затем одним прыжком достала валявшуюся на траве камеру и, подхватив ее, припустила прочь.
Жаль только, что Стилл, увидев, что компромат удирает от него, ринулся за мной. Вот демоны! Никогда не могла предположить, что буду мечтать избавиться от Дэна. Но вот смотри ж ты! Оставалось только гадать, узнал ли он меня в этом страшном платье со спины, но проверять отчего-то очень не хотелось. Может, потому, что на него в этот момент снизошло состояние, которое барды древности именовали вдохновением боя, а простые смертные – озверением.