Видьяпати – Испытание человека (Пуруша-парикша) (страница 7)

но сам его сведет на нет: Дух, пораженный алчностью, нетверд в своих деяниях».

Раджа сказал: “Сучетана! Узнав из твоих стихов о поведении этого злодея, я повергнут в печаль. Наверное, и обо мне идет дурная слава”. Соглядатай сказал: «Владыка! Поистине, у тебя теперь дурная слава. Ибо люди кругом говорят:

“Викрамадитье — стыд и срам: вору воздал он почести! Вот до чего их довело взаимное приятельство”.

И еще говорят:

“Величье низкому даря, великий унижается: Оленя в небеса подняв, луна покрылась пятнами”[91]».

Раджа сказал: “Что же теперь делать?” Соглядатай сказал: “Владыка! Великим следует защищать себя от бесславия. Поэтому надо действовать немедля. Если дурная слава утвердится на устах людей, от нее трудно будет избавиться”.

Тогда Викрамадитья, переодевшись так, чтобы его не узнали, отправился во вверенные вору владения и убедился в правдивости слов соглядатая. После этого, лишенный власти, вор снова был схвачен и казнен.

И вот стихи:

Пусть этот город процветает снова, пусть — в нем почитают мудрых, Пусть невозбранно путешествуют купцы отныне по дорогам, Пусть по домам спокойно горожане спят — и да не дремлет дхарма! Вора преступного, гонителя добра — казнил земли хранитель.

На этом кончается рассказ о воре.

Обделенного смелостью мудрые назовут жалким: Кто жалеет себя — тот трус, кто жалеет деньги — скупец.

6

РАССКАЗ О ТРУСЕ

В себя не верит он, ему повсюду чудится беда, Нестрашное внушает страх — таков трусливый человек.

Правил некогда на южном берегу Ганга[92] раджа по имени Парибхадра[93]. Трус по природе, он властвовал, полагаясь на министров, в царстве, которое добыл его отец. И вот, увидев трусость Парибхадры, соседи-раджи стали нападать на границы его владений. Врага нападали и нападали, а он все уступал и уступал им свои владения. Ведь известно:

Если миролюбивый царь, не проявляя смелости, Без боя заключает мир, враги его не милуют.

И еще:

Враги, клеветники, болезни зловредны по своей природе: Когда им нет противодействий, они страшнее шаг за шагом.

Видя наглость врагов и трусость раджи, министры сказали: “Владыка! Из-за твоего долготерпения царство понесло урон от врагов. Чтобы сохранить то, что осталось, необходимо проявить силу”. Раджа сказал: “Какую силу и как следует проявить?” Министры сказали: “Сила владыки проявляется в битве!” Раджа сказал: “В этом году давайте заключим мир, а в будущем году начнем войну”. Министры сказали: “Но почему бы не начать ее сейчас? Не должно медлить со столь важным делом”. Раджа сказал: “Но в случае войны мы подвергнем опасности наших боевых слонов, конницу и пехоту”. Министры сказали: “Если не вести войну, то зачем тогда армия? Армия нужна именно для войны, а во время войны, конечно, будут потери”. Раджа сказал: “В случае войны не только армия понесет потери, но и моя жизнь будет в опасности. Если в битве между нашими и вражескими силами первая же стрела пронзит мое сердце, то что будете делать вы, преданные своему повелителю? В нити-шастре[94] сказано:

Мудрый, отстранив пространство, время преодолевает[95]; Кто преодолеет время, тот и все преодолеет”.

Министры сказали:

«Лишь бессильному пристало “преодоленье времени”; Силой обладая, мудрый ни мгновенья не упустит.

Теперь у тебя есть сила — и если ты не воспользуешься ею и не одолеешь своих врагов, то они, осмелев, одолеют тебя». Раджа сказал: “Тогда нужно назначить кого-нибудь главнокомандующим, чтобы он повел мои войска в битву”. Министры сказали:

“О царь! Когда слабее враг, с ним справятся и без тебя, Но против равного врага ты должен сам идти на бой.

Ведь известно:

Прекрасным — потому что другой красив, царем — потому что другой могуч, И мудрым — потому что другой умен, никого никогда не сочтут”.

Раджа сказал: “О министры! Что бы вы ни говорили, в моей душе нет сил для битвы. Если хотите меня убить, тогда гоните меня на войну”.

Выслушав такие речи раджи, все министры поднялись и ушли. Они сказали друг другу: “При жизни отца, будучи принцем, он слыл разумным и дельным. А теперь, когда отец умер, видно, что он трус. Как устоит его царство?

Пока он в подчиненьи был, то слыл отважным воином; Лишь став самостоятельным,