Ви Венто – Кавказская жемчужина (страница 3)

– А почему подруга не присоединилась? – не смог сдержать любопытство. Не скрою, я обрадовался, что она ушла, и кислая морда Сани мне сейчас была как бальзам на душу. Я даже разулыбался впервые за вечер.

– Она у нас девушка консервативная. Ни с кем не знакомится и дома должна быть до десяти, – объяснила одна из подруг.

И тут в моей голове проскользнула идея… Я сказал, что сейчас вернусь, и пошел на выход из клуба. Не могла же она так быстро улизнуть…

Карина меня не узнала. Оно и понятно: когда отец показал, какое фото они отправили, я и сам себя не узнал. Я там на два года моложе, без бороды и с копной волос на голове.

Сейчас растительности на лице прибавилось, а вот на голове, наоборот, короткая стрижка.

Она стояла на крыльце, обхватив себя руками, – видимо, ожидала такси. В клубе она была в коротком топе с длинными рукавами и джинсах. Сейчас на Карине была еще и объемная толстовка.

– Холодно? – бросил я, поравнявшись с ней. Боковым зрением увидел, как она испугалась от неожиданности, а потом осмотрела меня с головы до ног. Пусть смотрит, я ведь знаю, что как мужская особь очень котируюсь у женщин. Метр девяносто ростом и почти сто килограммов весом. Рожа у меня не смазливая, но не урод точно. До семнадцати лет я занимался борьбой, сейчас остался только зал, но этого мне было достаточно, чтобы держать себя в форме.

– Немного.

– Почему не села к нам за стол?

Я повернулся всем корпусом к ней, чтобы получше рассмотреть вблизи, но она не дала мне такой возможности. Наоборот, отвернув от меня голову, делала вид, что выглядывает такси.

– Давай отвезу тебя домой? – не отставал я, хотя и был без машины. Но мне требовалось устроить ей проверку и убедиться, что она не сядет в машину к незнакомцу. Почему-то это было важно.

– Нет. – Она повернулась ко мне и подняла голову, чтобы посмотреть прямо в глаза. Дерзкая. И красивая. А глаза и правда зеленые, как у кошки. – И не трать на меня свое время, я замужем.

– А кольцо где? – Я кивнул на изящные пальцы, обхватывающие плечи. Меня позабавила фраза про мужа.

– Не твое дело. Что ты пристал ко мне? Иди к своим друзьям! – Она свела брови и отступила на шаг.

– Может, ты мне понравилась. – Я продолжал заигрывать и улыбаться как подросток. Она мне нравилась. Хмурая, строгая. Чувствовался характер.

– А ты мне – нет.

Обошла меня и направилась к подъехавшему такси. Улыбка сошла с моего лица.

Карина

Оказывается, все было уже решено и даже даты определены. Через неделю нам предстояло лететь в Грозный на знакомство и сватовство. Мне было велено за эту неделю уладить вопросы с сессией, которая была в самом разгаре. Что можно, я должна была сдать экспромтом, остальное оставить на осень. Еще две недели выделили на подготовку к свадьбе. Было решено в один день провести и никах, и официальную регистрацию в ЗАГСе, что было нетипичным. В ЗАГС обычно ходили намного позже. Но тут на кону стояли большие деньги, как я позже услышала краем уха, поэтому нужно все укрепить официально по законам Российской Федерации. Вот так скоропалительно отец продал меня абсолютно незнакомому мужчине. Я погрузилась в апатию и меланхолию. С отцом и матерью практически не общалась. Алия выступала буфером между нами и периодически передавала мне какую-то информацию. Сватать меня придут не только старшие родственники от семьи жениха, как это было принято по обычаю, но и сам ОН. Наши родители решили, что это прекрасный повод нас познакомить, обсудить махр (подарок от жениха невесте) и обговорить все нюансы по свадьбе и нашей дальнейшей жизни. Времени соблюдать все каноны не хватало, поэтому по обоюдному согласию сделать планировали все по-свойски.

В день икс меня обрядили в длинное атласное платье цвета топленого молока, собрали волосы в прическу и поставили у специально украшенной по этому случаю стены. Меня тягали как куклу. Наряжали, расчесывали, водили за руки из комнаты в комнату. Своего дома в Грозном у нас не было, так что мы остановились у брата отца. Мой дядя был человеком зажиточным и уважаемым, на огромной территории с несколькими домами разместились многочисленные родственники с нашей стороны. Его дочери вместе с моей сестрой ворковали надо мной с самого утра, наверняка мечтая оказаться на моем месте. Для чеченской девушки ведь нет ничего важнее удачного замужества. Они мне все уши прожужжали про моего будущего мужа: одна видела его несколько раз на свадьбах родственников, вторая знает его как брата подруги. И весь он такой восхитительный и недоступный, и только мне привалило счастье стать его женой. Я слушала их и понимала, какая колоссальная пропасть между нами – да и между нашими мировоззрениями. Почему так произошло? И кто виноват – родители? Но мать старалась нас воспитывать в рамках религии и канонов, и с Алией у нее все получилось, а я оказалась белой вороной.

Сестры подвели меня к стене и встали по бокам. Родители тоже присоединились. На улице поднялся шум и гам, двор стал заполняться машинами. Кто-то сигналил, извещая о прибытии жениха и его свиты. В дом стали заходить люди и заносить подарки для невесты, коробки, пакеты, даже сундуки. Все подарки, от сладостей до золотых украшений, были красиво упакованы, перевязаны золотыми лентами. На мой вкус сильно вычурно, но по чеченским меркам – шикарно.

Последним зашел ОН. По правилам я должна была кротко стоять, потупив взгляд в пол, но решила свою беду встретить с гордо поднятой головой. Мать охнула, родственники зашептались, отец нахмурился. Плевать!

Рустам зашел уверенной походкой самца-победителя, неся в руках огромную корзину с белыми розами. Лишь через пару секунд я его узнала. Это же мужчина из клуба! Тот, который стоял со мной на крыльце и пытался познакомиться. Я не смогла вовремя взять себя в руки, поэтому все изумление отразилось на моем лице. Глаза округлились, рот приоткрылся во вздохе. Он нагло смотрел на меня и улыбался. При свете дня я могла рассмотреть его получше и уже более пристально. Типичная внешность кавказца. Черноволосый, кареглазый, крупный. Но не екнуло… Улыбка красивая, наглая. Уверен, что все в его руках и будет так, как хочет он. Я не выдержала его взгляд, проиграла первую же битву. Опустила глаза ниже, на широкую шею в расстёгнутом вороте рубашки. Он встал рядом со мной, и все родственники зашумели: кто-то переговаривался, кто-то обменивался поздравлениями.

Все прошло как в тумане. Помню, когда спросили, что я хочу на махр, я опять посмотрела на него и долго молчала. Девушки всегда просят машины или золотые украшения, а кто-то даже квартиры и участки. Что-то материальное, что будет принадлежать именно жене. По его лицу я прочитала: что бы я ни попросила, он купит без проблем. Родственники ждали моего ответа, чтобы стать свидетелями обещаний жениха, а мне хотелось просто стереть самодовольное выражение с его лица.

– Я хочу, чтобы мой муж подарил мне жемчужное ожерелье, – начала я, и все закивали.

Сестры сидели с удивленными лицами, думая, что я просчиталась и попросила ничтожно мало. Рустам как будто тоже слегка удивился, но кивнул.

– Но не простое! – продолжила я. – Это ожерелье он должен сделать своими руками. Собрать все жемчужины из раковин со дна моря и нанизать их на нитку сам – в знак нашей любви и крепкой семьи. – Я невинно улыбнулась и посмотрела на будущего мужа.

Мне пришлось прикусить щеку изнутри, чтобы не рассмеяться в голос. Наглую улыбку с лица Рустама как ветром сдуло. Глаза потемнели, он наклонил голову и посмотрел на меня исподлобья.

– Сделаешь, Рустам? – спросил кто-то из старших.

– Сделаю! – ответил он, пригвоздив меня взглядом.

Карина

На следующий день мама сказала, что Рустам попросил у отца встречи со мной. Мы были помолвлены и могли проводить время вдвоем, однако я не хотела оставаться с ним наедине, о чем и сообщила матери. Если хочет, пусть приезжает в наш дом – там и увидимся. Не знаю, как он отреагировал на мои условия, но все-таки приехал. По правилам он сначала посидел за столом с мужчинами, они пообедали и выпили чаю. Потом пригласили меня, и мы могли побыть относительно наедине, но я попросила передать Рустаму, что жду во дворе, а сама пошла в зону летней кухни, где сновало много народу. Помощницы готовили еду на вечер, а несколько мужчин перекладывали плитку во дворе. В общем, было шумно и многолюдно. Вдобавок фоном на весь двор играла восточная музыка. Я села на лавку и стала заплетать косу, никакую инициативу и любезность я проявлять не собиралась. В глубине души надеялась, что я его разочарую и он откажется от свадьбы, хотя понимала, что это маловероятно. Рустам появился из-за угла дома, обвел двор глазами и, увидев меня, направился в мою сторону. Я мельком глянула на него и отвернулась. Он опять был недоволен, и я догадывалась чем: он хотел остаться со мной наедине, а место свидания этому не соответствовало даже близко. Он сел рядом, на меня пахнуло дорогой туалетной водой. Рустам смотрел на меня, а я – на троих детей, которые играли в двух метрах от нас.

– Карина, я понимаю, что ты не в восторге от скорого замужества, но нам нужно узнать друг друга получше. А если ты не пойдешь мне навстречу, мы не сблизимся ни на шаг.

– Зачем тебе это надо? Все уже решено. Все вы заработаете огромные деньги на этой сделке. Можешь не утруждаться и не пытаться играть влюбленного жениха.