Ви Киланд – Рождественский сюрприз. Сборник (страница 22)
В душе стремительно росла тревога: мы же вот-вот приедем, и каждый пойдет своей дорогой.
Увижу ли я его еще?
Глава 4
Тут я спохватилась, что так и держу его телефон.
– Я сброшу себе пару снимков? – уточнила я.
– Конечно, – отозвался Адам, наблюдая, как я ввожу свой номер в его контакты. Я перекинула себе все до единой селфи, которые мы нащелкали (мне показалось, что это отличная причина якобы случайно оставить ему мой номер).
Возвращая мобильный, я спросила:
– Вы не возражаете, если я один снимок выложу в Инстаграме?
Адам поколебался, но сказал:
– Дерзайте.
– Конечно, без тегов на вас – я все равно не знаю вашей фамилии.
– Буллок.
Внутренне посмеиваясь своим нелепым мыслям, я пересматривала фотографии.
– Так добавить тег?
Он покачал головой.
– Меня нет в Инстаграме.
– Слишком крутой для соцсетей? – поддразнила я.
– Я зашел туда однажды посмотреть, по какому поводу хайп, и нечаянно лайкнул чье-то фото пятилетней давности. Тут же подумал, что это покажется стремным, и поклялся никогда больше не заходить в инсту.
Я захохотала.
– Сама ненавижу, когда так происходит!
Выложив снимок, который понравился мне больше всего (там, где Адам обнимал меня за плечи), я применила гинэм-фильтр и добавила хештеги #РождествовУбере, #НовыйДруг, #НеЗнаюЭтогоАдама и #КларкКент.
– Дайте взглянуть, – велел он, забирая у меня телефон. При виде фото он вытаращил глаза. – Кларк Кент?!
– А вы его напоминаете… в хорошем смысле.
– Мускулатурой?
Я засмеялась.
– Очками! Но и мускулатурой тоже.
Щекам стало горячо после того, как я сделала ему комплимент.
Адам начал листать мои фотографии, большинство из которых были посвящены еде.
– А, теперь понятно, куда уходят ваши деньги! Вы гурман?
– Да. Обожаю фотографировать свою еду при разном освещении.
– Вы очень талантливы.
Не совсем поняв, высмеивает он меня или говорит серьезно, я отозвалась:
– Спасибо.
Отдавая мне мобильный, Адам чуть задержал руку. Про себя я очень надеялась на новую встречу, но разгадать его не могла. Он вскользь упомянул, что избегает отношений, трагически потеряв любимую в двадцать с чем-то лет; может, это намек, что он намерен остаться холостяком до старости?
Кстати, а сколько ему лет?
– А сколько вам лет?
– Тридцать один, – ответил Адам.
– А мне двадцать восемь.
– Большой срок, чтобы мне сгрести свое дерьмо в кучу, да?
– Нет. Вы молодец, вам не в чем себя упрекнуть. – И я пожала плечами. – В отличие от меня.
– Вы умная, яркая девушка, которая поставила личную жизнь на паузу, чтобы ухаживать за больной бабушкой. Не успели вы толком отойти от потери, как ваш негодяй бывший подставил вам подножку.
И снова его слова отчего-то успокоили меня. Может, мне воспользоваться советом и взять судьбу в свои руки? У меня даже зачесался язык от желания спросить, не хочет ли Адам куда-нибудь сходить на Новый год. Может, он из тех мужчин, которых нужно поощрять открытым текстом, особенно раз он такой закрытый в личной жизни?
Чувствуя, как колотится сердце, я готовилась задать свой нескромный вопрос, но не успела я произнести хоть слово, как такси снова занесло на льду, и мы въехали в какой-то сугроб.
На этот раз Адама бросило на меня. Его крупная рука оказалась на моем колене.
– Вы в порядке? – спросил он, поспешно ее убрав.
– Да, – отозвалась я. Сердце заходилось от прилива адреналина.
Такси не двигалось – колеса вращались, но мы стояли на месте. Мы завязли в снегу.
Черт, я же опоздаю на слушание!
– Ребят, вы лучше ножками, – сказал таксист. – Я тут долго провожусь. Суд отсюда в двух кварталах, дойдете.
Я взглянула на телефон, соображая, сколько времени, и повернулась к Адаму.
– Я жутко опаздываю, мне нужно бежать!
Я ждала ответа, давая ему возможность проявить инициативу, но он лишь смотрел на меня.
Я нехотя выбралась из машины и увидела, что и Адам решил не сидеть в такси и уже обошел капот.
– Пойдемте, – сказал он, шагнув на тротуар, где стояла я.
Я встрепенулась:
– Вы со мной?
– Мне тоже в суд, с самого начала туда ехал.
До меня впервые дошло, что у судебного адвоката дело в суде.