Вероника Воронина – Консультант для дознавателя-аристократа (страница 21)
Юнчжи свернул в тихий дворик и… исчез.
Я обошла переулок, наткнулась на тупик, развернулась — и услышала знакомое покашливание.
Звук доносился из-за резной перегородки в конце коридора. Где-то там был... туалет.
Я прижалась к стене и осторожно заглянула через щёлку.
Не знаю, чего я ожидала — тайного канала связи, потайной лестницы, шифровочной машины?
Но реальность оказалась... куда прозаичнее.
Юнчжи действительно был в туалете. И, кажется, пел.
Тихо, почти не слышно, но всё же — нараспев. На диалекте, которого я точно не знала. И именно в этот момент судьба решила, что моя подпорка под ногой — идеальное место для шутки. Камень под моей стопой хрустнул и вывернулся наружу.
Я с шумом ввалилась внутрь, распахнув деревянную перегородку, как нелепый воин света.
Юнчжи, с лицом полного потрясения, развернулся… держа в руке, к счастью, не то, о чём вы подумали, а... маленький артефакт с мерцающим светом.
Он быстро спрятал его в складках одежды, застегнул ворот на поясе и сказал:
— Мась… ты всё в порядке? Почему ты здесь? Туалет — не офис.
Мась.
Ну конечно, у него по-прежнему не получалось произносить мою «р».
— Я… просто заблудилась, — процедила я, чувствуя, как сгораю от стыда, — хотела найти… храм спокойствия. Нашла. Только не тот.
Он рассмеялся, легко, добродушно, будто я не стою посреди уборной, а призналась в том, что нечаянно съела его последнюю печеньку.
— Тогда я покажу тебе храм, где пахнет благовониями, а не… — он на секунду задумался — …не загадками.
Я засмеялась в ответ. Смех вышел нервным, с перебоями, но всё же настоящим.
А внутри пульсировал вопрос: что это был за артефакт? Почему он пел?
И почему, чёрт возьми, я начинаю сомневаться в том, кто на самом деле играет в шпионов, а кто — просто живёт под чужими масками?
Я вышла с ним, ни словом не обмолвившись о странном мерцании или пении. Но в голове уже выстраивалась новая схема наблюдений.
Если игра стала глубже — то мне пора играть на другом уровне.
Я знала, что играю с огнём.
Но по опыту: если ты чувствуешь запах дыма — проверяй, горит ли у тебя под ногами, а не жди, когда полыхнёт потолок.
После «туалетной сцены», как я её мысленно окрестила, сомнения только окрепли. Арчи, как бы я на него ни злилась, не был тем, кто паникует попусту. А если уж он решил примчаться в восточную империю через полконтинента, значит, суть тревоги была куда глубже.
Так что я решила действовать.
Первым шагом стало обращение напрямую в официальный отдел внешнего взаимодействия Империи Юан. Формально я, как временно назначенный агент от нашего королевства, имела полное право запросить подтверждение своего статуса, наличие делегированного прикрытия, а также направить несколько формальных документов на согласование. Просто, вежливо и по протоколу.
А не устно, как мне "объяснил" Юнчжи в самом начале.
Мой запрос ушёл через защищённый канал. Теперь оставалось ждать. И наблюдать.
Вторым шагом стал мой старый добрый навык: плести сети.
Не буквально, конечно, хотя в моём прошлом однажды был мастер-класс по магическим ловушкам из паутины — но это другая история.
Я активировала три артефакта прослушки, разработанных ещё во времена моей работы в подотделе технической разведки. Маленькие, почти незаметные, они теперь уютно прятались:
в декоративной вазе с рисовой лапшой (никто туда не лазит — это "памятная лапша"),
под крышкой чайной шкатулки на нашем рабочем столе,
и в самом предсказуемом месте — под подушкой на диване в гостиной, где Юнчжи любил после ужина развалиться и читать свитки, напевая себе под нос.
Я слушала. Слушала каждый скрип, каждую тишину, каждый вдох в комнате.
Юнчжи был, как всегда, спокоен, вежлив, он всё так же читал, ел, пил, советовался со мной.
И всё же в этом
Прошёл день. Потом ещё один.
Официальный отдел Юан не ответил.
Ни одного документа. Ни одной бумаги. Ни даже реестра входящего письма.
И именно в тот момент, когда я начала думать, что, может быть, моя паранойя перегнула палку — в дом пришёл письмоносец. Юнчжи, не заметив моего присутствия в коридоре, вышел к нему, взял запечатанный свиток и... вместо того, чтобы передать мне или положить на общий стол, унёс в свою комнату и запер дверь.
Запер.
А потом — тишина.
Мои артефакты ловили только звуки шорохов и короткое «тццц…», как будто что-то сработало и заглушило магию.
Я стояла в коридоре, с чашкой якобы вечернего чая в руках, и смотрела на закрытую дверь.
Что ты скрываешь, Юнчжи Мэй?
И если ты не тот, за кого себя выдаёшь, — зачем тебе был весь этот спектакль с "будущей невестой", борщом и философскими беседами?
Пока он запирался в комнате, я мысленно составляла план.
Завтра утром я снова напишу в отдел Юан. Но уже — не как любезная коллега, а как агент дознания, который почувствовал запах дыма.
Есть вещи, которые ты понимаешь сразу — как удар под дых.
Ты не слышишь выстрела, не видишь чьего-то кивка. Просто вдруг осознаешь: игра закончена.
И если сейчас ты не начнёшь действовать сама — тебя выведут из партии. Буквально. Насовсем.
Я стояла у двери комнаты Юнчжи, с остывшей чашкой в руке и бешено стучащим сердцем.
Вломиться туда — значит раскрыться. И быть уверенной, что больше никаких утренних булочек в рисовой муке у меня не будет. Никогда.
План А: выжить. План Б: дожить до Плана А.
Сначала — связь.
Я активировала артефакт, встроенный в мой гребень. Старый добрый канал, защищённый, изолированный, с двойным шифром.
Проверила сигналы трижды. Убедилась, что ни одна искра не уходит в сторону. Этот канал не перехватывают.
Сообщение руководству я продиктовала чётко и сухо:
«Подтверждаю подозрения. Легенда о сотрудничестве с официальным отделом Империи Юан — фикция. Юнчжи Мэй, возможно, агент или связной одной из структур теневого рынка. Детали прилагаю. Прошу указаний. Ввожу собственный протокол выживания и ведения операции. Шестерёнка на месте. Жду подтверждения.»
Подтвердив отправку, я выдохнула. Не легче стало. Просто… яснее.
Теперь — План действий.
Я не собиралась больше играть в восточную невесту и даму, томно глядящую на чайник с жасмином.
Я — дознаватель. А значит, если меня втянули в западню — я выберусь сама. И захлопну её за собой.