Вероника Толпекина – Сказка – явься! Чудо – здравствуй! (страница 11)
Я, не раздумывая, взялась за дело. Агата вручила мне потрёпанную, но очень подробную карту Шотландского плато, на которой были отмечены три загадочные локации. Дорога предстояла долгая и опасная. Я отправилась в путь, вооружившись компасом, фонариком (на всякий случай) и бутербродом с фиш-энд-чипсами (на случай, если придётся долго идти).
Первым делом я отправилась на поиски ключа от старой телефонной будки. Карта, которую дала мне Агата, указывает на заброшенный карьер, заросший густым колючим ве́реском*. Ветер, словно разъярённый, рвал мой плащ, и я едва держалась на ногах. Каждое движение давалось с трудом – ветер толкал меня, словно пытался сдуть с этой безлюдной земли.
Внезапно, сквозь густые заросли вереска я увидела её – одинокую ржавую телефонную будку. Она стояла полузасыпанная землей. Краска облупилась, крыша проржавела, и казалось, что следующий порыв ветра может превратить её в груду металлолома. Но она всё ещё стояла, стойко выдерживая натиск непогоды.
И вот, сквозь ржавые щели, я заметила его – ключ! Заржавелый, покрытый слоем земли и мхом, но цельный! Он торчал из замочной скважины, словно маленький храбрый рыцарь, готовый защищать свою будку до последнего.
Я с трудом, царапая руки о колючий вереск, пробралась к будке. Земля под ногами была мокрой и скользкой, и я несколько раз чуть не упала. Но я упорно продолжала двигаться к своей цели. Наконец я вытащила ключ. Он был холодный, как ледяной ручей, и немного липкий от земли.
Держа в руке этот древний, чуть ли не магический предмет, я почувствовала, как внутри меня загорается огонёк авантюризма. Ощущение было невероятным!
– Вот и первый трофей! – прошептала я, рассмеявшись от радости и облегчения. Я чувствовала себя настоящей искательницей приключений, героиней британской сказки, способной преодолеть любые трудности.
Следуя указаниям карты, я добралась до долины, укрытой от ветра высокими скалами. Карта называла это место «Долиной танцующих фей». Воздух здесь был наполнен каким-то необычным сладковатым ароматом, а солнце пробивалось сквозь листву, создавая причудливые узоры света и тени. Повсюду росли высокие папоротники, их листья шептались на ветру, словно перешёптывались древние тайны. По преданию, именно здесь, под покровом ночной тишины, танцевали феи, оставляя после себя невероятную красоту и волшебство.
Пробираясь сквозь густые заросли папоротника, я чувствовала себя словно в сказочном лесу. Казалось, что за каждым могучим стволом скрывается таинственное существо. Вдруг среди зелени я увидела его – небольшой, но удивительно яркий лоскут ткани нежно-зелёного цвета. Это и был платок для танца Моррис. Вышивка на нём была настолько изящной и затейливой, что у меня дух захватило. Это были цветы – удивительные, фантастически яркие и сочные, словно живые. Они сплелись в замысловатый узор, такой прекрасный, что я невольно задержала дыхание. Казалось, цветы вот-вот оживут, распустят лепестки и закружатся в причудливом танце.
Я осторожно взяла платок в руки. Ткань была мягкой и шелковистой на ощупь, и от неё исходил еле уловимый, пьянящий аромат цветов. Это было поистине потрясающе! Чувство восторга переполняло меня. Я нашла второй магический предмет!
– Теперь осталось совсем чуть-чуть! – прошептала я, прижимая к себе драгоценную находку, словно это была самая настоящая реликвия. Сердце билось от радости и предвкушения. Я почти у цели! Оставалось найти лишь последний предмет – и проклятие будет снято!
Самым сложным оказался поиск серебряной булавки. Карта привела меня к руинам старого замка, затерянного среди холмов. Густой туман окутывал его, словно призрачная пелена, скрывая от глаз всё, что находилось внутри. Ветер пронзительно выл, проносясь сквозь разрушенные стены, и каждый его порыв казался стоном забытого времени. Внутри замка царили полумрак и сырость. Каждый шорох, каждый скрип камней под ногами казался шагом призрака, и я невольно оглядывалась, ожидая увидеть какую-нибудь призрачную фигуру. Атмосфера была настолько напряженной, что у меня мурашки бежали по коже.
Но я собрала всю свою храбрость – ту самую, что присуща настоящим британцам, – и подключила всю свою логику, начала методично обследовать все закоулки замка. Я осматривала каждый камень, каждую щель, каждую трещину в стене. Страх смешивался с любопытством, заставляя меня двигаться вперёд. Часами я бродила по тёмным коридорам, представляя себе, как здесь жили люди много веков назад.
И наконец в самом дальнем углу я увидела её – серебряную булавку, почти скрытую под слоем пыли и обломков! Она лежала на полу, рядом с полусгнившим макетом короны, блестя, словно крошечный кусочек луны, затерявшийся в этом мрачном месте. Свет моего фонарика выхватывал из тьмы изящный узор, выгравированный на булавке, – очень тонкая, почти невидимая работа, изображающая христианского Бога.
Увидев булавку, я почувствовала прилив невероятной радости! Мурашки, покрывавшие кожу, исчезли, уступив место эйфории и облегчению. Мои поиски увенчались успехом!
– Ура! – воскликнула я, не в силах сдержать радости. Мой голос эхом разносился по пустым залам древнего замка. – Все три предмета найдены! Я это сделала! Теперь можно возвращаться к Агате и спасать овец (и саму Агату, конечно!).
Путь обратно к дому Агаты показался мне гораздо короче. Возможно, это было из-за прилива радости и облегчения, которые я испытывала. Тяжесть поиска, напряжение и страх остались позади. Теперь я шла, легко ступая по земле, словно плывя по воздуху. Солнце пробивалось сквозь облака, освещая мой путь, словно одобряло мои старания. Я чувствовала себя настоящим героем, победившим не только физические трудности, но и неверие в себя, сомнения, которые терзали меня в самые трудные моменты. Я сделала это! Я нашла все три предмета! Я знала – теперь всё будет хорошо.
Когда я наконец добралась до дома Агаты, я с гордостью предъявила ей свои трофеи. Агата, встретив меня у двери, внимательно осмотрела ключ, лоскут ткани и серебряную булавку. Её лицо, обычно иссеченное морщинами, казалось… моложе. В её глазах блеснул неожиданный огонёк.
– Прекрасно! – воскликнула она, её голос зазвучал сильнее и яснее, чем прежде. – Именно такие предметы и были нужны!
С неожиданной лёгкостью, ловкостью, которую я никак не могла ожидать от столь старой женщины, Агата прикрепила серебряную булавку к странному камешку, который она держала в руке – тому самому, что был похож на уменьшенную копию Биг-Бена. Затем она аккуратно обернула камешек платком с цветами для танца Моррис и… открыла дверь своего дома, вставив ключ в замочную скважину с наружной стороны.
Вдруг из дома, словно из старинного телефонного аппарата, раздался звонок – долгий, протяжный звонок. За ним последовал ещё один, и ещё… Звуки были такими чистыми и звонкими, как будто сами духи Стоунхенджа отступали перед силой найденных артефактов. И… в этот момент солнце, до этого скрытое за тучами, прорвалось сквозь мрак и засияло во всей своей красе! Его лучи залили плато ярким тёплым светом, оживив всё вокруг. Овцы, которые выглядели такими печальными и застывшими, вдруг ожили, радостно блея и скача по полям.
А Агата… Агата превратилась в молодую красивую девушку! Её лицо светилось здоровьем и счастьем, морщины исчезли, волосы заблестели на солнце. Она стояла передо мной, излучая такое сияние, что я невольно отступила на шаг.
– Спасибо, мисс Варя, – прошептала она, её голос был юн и мелодичен. – Ты спасла нас всех!
Оказалось, что Агата была заколдована, и только снятие проклятья Стоунхенджа могло разрушить чары. Мы с Агатой отпраздновали победу танцем Морриса под звон арфы. Лисица, бросив презрительный взгляд на заходящее солнце, довольно потянулась. А я вернулась домой с чувством выполненного долга и ещё одной чудесной историей в сердце. Ведь добро, даже в самых запутанных британских сказках, всегда побеждает!