Вероника Крымова – Непокорная жена повелителя иллюзий (страница 3)

– Спасибо! – Тихо прошептала я дворецкому, боясь, что старик передумает.

– Сколько еще с вами человек?

– Двое. Бабушка и племянник, – проговорила я, разумно упустив наличие в нашей компании кота.

– Не густо, – покачал головой пожилой мужчина. – Тем более уместимся в комнатах для слуг – все веселее, чем одному.

С трудом сдерживаясь, чтобы не расцеловать душку Перкинса, я побежала к своим.

Глава 2

Когда первые восторги улеглись, бабушка, окинув комнату для прислуги, проворчала:

– Дорогая… Тут столько шикарных покоев пустует зря! Что, если одна аккуратная, достойная дама займет одну спальню?

– Одна аккуратная, достойная дама недавно едва не пожертвовала собой, лишь бы не остаться на улице! – напомнила я. – Не стоит подставлять мистера Перкинса – старик головой отвечает за все, что здесь есть. Тем более к роскоши не стоит привыкать – мы здесь временно, не забывай!

– Я бы на вашем месте не стал ходить на господскую часть дома, – голос дворецкого заставил вздрогнуть – он, оказывается, передвигался по дому совершенно бесшумно. – Я слышал в гостиной странные звуки, – таинственно прошептал старик. – Как будто кто-то ходит по паркету! Думал – ворье уже забралось, схватил ружье и побежал проверить, а там…

– Что там? – спросили мы, затаив дыхание.

– Никого! – торжественно закончил он, подняв указательный палец.

– Вы бы поменьше пили, голубчик,– поморщилась бабуля, намекая, что от дворецкого несет бренди.

– Я только тогда и глотнул горячительного, чтобы успокоить нервы,– ничуть не смутился Перкинс. – Что-то неладное творится тут. Уж я в таких делах разбираюсь! А потому попрошу милых дам оставаться здесь, и лишний раз не высовывать носа.

– Думаю, с таким-то защитником нам ничего не грозит,– тон бабушки был скептическим, но Перкинс, казалось, воспринял сказанное как комплимент и гордо закинул за плечо ружье.– Подскажите лучше, где тут кухня? На сытый желудок, глядишь, и веселее станет.

Дворецкий увел бабушку, и мы с Люком остались одни.

– Изабель, можно мне погулять немного с Фоксом?

Я посмотрела на племянника, который все еще сжимал в руках тощего кота. С этим немилым зверем мы терпели друг друга с трудом. Фокс гадил в мои тапочки, а я гоняла его с кухонного стола, отвешивая тряпкой подзатыльники. Сейчас кот, выпучив зеленые глаза и всем своим видом показывая, что неплохо было бы уже спуститься на землю, смотрел в мою сторону почти дружелюбно, не смотря на то, что племянник был единственным человеком, по-настоящему заслуживающим любви и уважения в его наглых глазах.

– Хорошо. Только недолго. И смотри – дальше сада ни ногой! – предупредила я.

Я принялась развешивать платья и складывать белье в ящики нового комода, пахнущего свежим деревом. Возле кровати поставила лаковые нарядные туфли. Носы на них слегка облупились, и я закрасила их чернилами. Так что в дождь на улицу в них лучше не выходить. Закончив с делами и осмотрев перины и подушки (до чего ж мягкие – бабуле должно понравиться), я не выдержала соблазна и прилегла.

Можно расслабиться – у нас появилась крыша над головой. Тем не менее, нельзя забывать о том, что это ненадолго. Завтра с утра придется продолжить поиски работы. Дело не легкое. Чтобы устроиться гувернанткой – нужны опыт и рекомендательные письма. Но даже если бы они у меня и были – уезжать жить к чужим людям и оставлять Люка и бабушку одних не хотелось. С другой стороны, я не в том положении, чтобы выбирать. Ладно. Как-нибудь все образуется. Вот сейчас – все же разрешилось? Думая таким образом, я не заметила, как провалилась в сон…

***

Меня разбудило странное ощущение. Будто кто-то нежно касается щеки. Подушечками пальцев водит по коже, разливая волну щекотки. Не открывая глаз, я хихикнула, поежилась – после чего перевернулась на другой бок и уткнулась носом в пуховую подушку. Но уснуть уже не удалось – кто-то вновь принялся меня щекотать, на этот раз настойчивей.

– Люк! Перестань, – фыркнула я. – Ужин уже готов?

– Я не Люк. Однако с удовольствием угостил бы вас ужином, если позволите, – ответил мужской голос.

Сонливость как рукой сняло. Я распахнула глаза и уставилась в лицо незнакомца.

Сердце учащенно забилось в груди. От неожиданности я растерялась, моргнула и…все исчезло.

Что я только что увидела? Вернее – кого?

Соскользнув с кровати, стала продвигаться к камину. Нащупала рукой кочергу. Как раз вовремя! Раздался протяжный скрип и дверь начала медленно открываться.

Ну давай, попробуй подойти, я тебе кааак…

– Изабель? Что с тобой? Ты какая-то бледная… Ужин почти готов, – на пороге появилась бабуля.

От облегчения подкосились ноги, из ослабевших пальцев выпала кочерга и ударилась о паркет.

– Что с тобой, девочка?– бабушка приподняла тщательно нарисованные черным карандашом брови и многозначительно посмотрела на пол.

– Кошмар приснился,– пояснила я.

– О, ты заснула? – бабушка подошла к кровати и взбила подушку.– Может, не удобная кровать? Давай поменяемся – ляжешь на другую, а на этой посплю я.

Я села и машинально разгладила складки измятой юбки, стараясь прийти в себя. Я стала такой нервной… Надо купить успокоительные капли в аптеке. Хотя нет – слишком дорого. Лучше пряников – сладкое поднимает настроение. И Люк просил.

– Пойду накрывать на стол,– заявила бабуля.– Этот Перкинс – такой чудак! Все рассказывает смешные истории…

– Сейчас приду, – вздохнула я и, наклонившись, стала обуваться. Зашнуровав ботинки, оглядела комнату в поисках Люка. Мальчика нигде не было. В груди похолодело от тревожных мыслей. Неужели он до сих пор не вернулся? Почему я не спросила у бабушки – возможно, Люк уже давно на кухне, уплетает гуляш.

Отгоняя прочь нехорошее предчувствие, я решительно встала и пошла на поиски.

На улице сгущались сумерки. Строительство поместья еще не закончено – кто знает, сколько тут осталось опасных мест? К примеру, незакрепленные леса или вырытые ямы? Ругая себя за то, что позволила мальчику уйти одному, я побежала в гостиную – к парадному входу, который выходил прямиков в сад.

– Люк! Люк, где ты?!

***

– Я здесь! – послышался родной голосок, и на душе сразу стало легче.

Бросилась к дверям. Мальчик держал на руках Фокса. У кота была крайне недовольная морда, а из разодранного уха сочилась кровь.

– Фоксик подрался с собачкой, – вздохнул малыш. – Она пробралась через дыру в заборе и стала гавкать на меня – вот он и заступился. Бедный котик…

Я скептически оглядела пострадавшего в неравном бою «бедного котика». Фокс, как всегда, ответил мне злобным взглядом. Спрыгнув на пол, кот махнул хвостом и гордой походкой посеменил в сторону кухни – на вкусные запахи, доносившиеся оттуда.

– Надеюсь, собачка выжила? – хмыкнула я.

– Да, – кивнул Люк. – Она убежала.

– Замечательно, – я подошла к выходу и заперла дверь на щеколду. – Пойдем есть? Не знаю как ты, а я голодная, как волк.

– Дамам следует беречь фигуру,– назидательно проговорил племянник, за что заработал подзатыльник.

– А ну дуй быстрее на кухню, – прикрикнула я, улыбаясь.

Мальчик растет. Скоро нужно будет собирать его в школу – покупать учебники, красивую форму. Я бы с удовольствием отдала Люка в один из частных пансионов, где профессора и ученые обучают юных джентльменов, но из-за отсутствия денег мы могли рассчитывать только на государственную бесплатную школу, в которой преподают разве что грамоту и счет.

Неожиданно раздался пронзительный вопль и рычание Фокса. Ощетинившись, кот стоял посреди гостиной и шипел на ни в чем не повинный рояль.

– Люк! Угомони кота,– вздохнула я, едва сдерживаясь.

Если бы не когти, оставляющие глубокие и весьма болезненные царапины – давно бы уже пнула рыжего разбойника под зад! Но Фокс щадил только Люка.

– Фоксик, ты что? Мышку учуял?– мальчик присел рядом со своим ненаглядным питомцем.

Люк гладил кота по голове, а тот, жалобно мяукнув, прильнул к хозяину, позволив взять себя на руки.

– Тащи его на кухню. И попроси бабушку налить в блюдце молока,– вздохнула я. – Фокс просто голоден.

Но кот вновь зашипел – вытаращенные глаза сверкнули в полумраке зеленым пламенем. Может – правда в особняке крыса? Этого еще не хватало… Ненавижу грызунов! Внезапно возле музыкального инструмента послышался странный шорох. Крышка белого рояля стала медленно открываться, клавиши пришли в движение. Зазвучала музыка.

Грустная, нежная мелодия влекла за собой, заставляя забыть обо всем, но… Звуки оборвались и все закончилось. Наваждение исчезло так же внезапно, как и началось.

– Рояль… механический? – прошептала я, уставившись на Люка. – Это ты завел его?

Крышка с грохотом захлопнулась. Фокс, взвизгнув и оцарапав Люку руку (первый раз в жизни) – исчез.

– Я…ничего не делал, – мальчик даже не обратил внимания на кровь от когтей. – Может, пойдем отсюда? – племянник дернул меня за рукав, как делал только тогда, когда был совсем маленьким.

Я растерянно кивнула.

– Ну конечно, не мог же этот инструмент сам…