Вероника Касс – Избранница Архимага (СИ) (страница 35)

— Ты говорил, что он гарантированно умрет!

— Я не представляю, как он смог выжить. Хорошо хоть, я это сделал через третьих лиц.

— Ты думаешь, он идиот? Он все знает о ребенке. Ни разу к нему не подошел.

— Но он не опозорил тебя.

— Он изменился. Я тебе уже полгода об этом говорю. Словно тот яд отобрал у него не жизнь, а половину памяти, — жестоко хмыкнула Алана, а я сильно прикусила губу. Я все еще не верила, что моя двоюродная прабабушка могла с такой легкостью и хладнокровием говорить о смерти человека. Да не какого-нибудь, а собственного мужа.

Затем послышался приглушенный шепот, звуки, похожие на чавканье, шуршание юбок и хлопок. Кто-то определенно дал второму пощечину.

— Алана! — недовольно крикнул мужчина. Ага, значит, он и получил.

— Не трогай меня! Из-за тебя мы в ужасном положении, — прошипела королева и зашагала, судя по всему, к двери в гостиную.

Я резко отскочила от стены и построила портал, тут же врезавшись в Люка.

— О боги всех миров, — тихо пискнула я и схватила мужчину за лацканы камзола, притягивая его к себе, пытаясь затащить в свой портал.

— Ле… — начал он слишком громко, но нас не должны были услышать, а потому я встала на цыпочки и накрыла губы Люка своими.

Это было жутко неправильно, рискованно, невежливо и против любых норм морали, но так естественно и чудесно. А мне еще нужно было не забыть про свой портал. Мысли тут же заволокло туманом, стоило только почувствовать столь необходимые мне мягкие губы.

Его Всесилие сразу же ответил мне на поцелуй. Перехватывая инициативу, он обнял меня за талию, плотно прижав к себе, я же порхнула ладонями на его горячую и мощную шею. У Люка было что-то в руках, то ли книга, то ли коробка, потому что уголок этого чего-то больно впился мне меж ребер. Но только Люк погладил языком мои губы, и все остальные ощущения и мысли вылетели из моей головы. Последним связным воспоминанием стал обрывок фразы Аланы, а потом я наконец-то шагнула назад, выходя из портала, который все это время не мог захлопнуться и держал нас с архимагом и там, и тут одновременно.

Люк шагнул следом за мной. Портал развеялся, и наступила тишина. Вокруг нас не было ни души, а даже если бы и были, я бы никого не услышала. Настолько происходящее было головокружительно. Сердце стучало где-то в ушах, но я даже и его не слышала, просто чувствовала, что еще чуть-чуть — и оно лопнет. Взорвется, как воздушный шарик, от переизбытка любви и надежды.

Я почувствовала, как ладонь Люка начала спускаться с моей талии к ягодицам, и лишь тогда я, ахнув в требовательные мужские губы, очнулась. Спустила руки на грудь архимага и с силой его оттолкнула. Люк поддался, а я начала задыхаться, уперлась ладонями в ноги, чуть согнулась и все вдыхала раз за разом кислород в легкие, надеясь, что туман, поселившийся в моей голове от поцелуя с Люком, скоро выветрится. Иначе я не смогу ничего соображать. Я и так последние полгода практически не жила, а существовала, каждый день вспоминая наш поцелуй у источника светлых.

Свой первый и единственный поцелуй, память о котором я бережно хранила. И тут же, подумав об этом, я мысленно застонала. Тот поцелуй больше не единственный. Плохо это или хорошо? Как знать?

— Это… — Люк закашлялся. — Это мой кабинет, Лея, — серьезно произнес архимаг.

— Да, прости. — Я уставилась на свои пальцы и ногти с облезшим маникюром.

На Триалане была альтернатива земным гель-лакам. Только вот местные лаки нужно было закреплять магическим стазисом, а от этого ногти переставали расти, также замирая. А я только-только хотела, чтобы они стали немного длиннее. В академии нужно было стричь их под корень, но начались каникулы, я тут же убрала стазис, и розовый лак облупился.

Боги всех миров, о чем я думаю?

— Лея?

— Я хотела поговорить с бабушкой. Прости. Я тебе не поверила, — на выдохе произнесла я и зажмурилась.

— Хорошо. Как ты там оказалась, понятно. Но как мы оказались здесь?

Я забыла о смущении, тут же задрала голову и уставилась на Люка.

— Ты не почувствовал, как я затащила тебя в портал? Просто я его уже построила и собиралась сбежать. Алана начала приближаться, а тут ты. Я боялась, что она нас услышит, а ты… Ты заговорил, и я… я… Случилось то, что случилось. — Я быстро облизала губы, но взгляда не отвела.

Вот! Я это сказала. У меня было объяснение для поцелуя, но как же я не хотела оправдываться. Не хотела, чтобы он меня спрашивал, а потому сказала все сама.

— Лея… — произнес Люк тихо-тихо, не отрывая взгляда от моего. В глазах Его Всесилия не было осуждения, лишь желание что-то понять. Прояснить… Что же? — Мне незачем было врать.

— Это я уже поняла. — Я зачем-то еще и закивала, словно моего словесного согласия не хватило, а затем выпрямилась и опять облизала губы. Почему-то сейчас они были сухими, как никогда.

Люк сделал шаг в мою сторону, я отступила назад и тут же врезалась во что-то. Не разрывая нашего зрительного контакта, ощупала руками преграду и поняла, что это был стол. Крепко вцепилась в столешницу пальцами и замерла.

— Почему мой кабинет?

— Я надеялась тебе все рассказать.

— Я это знал и так.

— И что нам теперь делать?

— Лично я собирался поговорить с Аланой. Это, — Люк взмахнул правой рукой, в которой была потертая книжка, — дневник прежнего Люка. Он знал об измене. — Затем архимаг, поджав губы, повернулся к стеклянным дверям, которые когда-то вели в оранжерею. — Именно он и разрушил ее, когда понял, что Алана зачала, а королевский цветок не появился.

— О чем ты?

— У каждого члена королевского рода Темных есть свой цветок силы. Он появляется сам, как только душа ребенка в чреве матери обретает магию. По этому цветку всегда можно понять, обрел ли наивысшую силу маг или нет. Проще говоря, исполнилось ли ему восемьдесят.

— Но я никогда не слышала об этом, и у меня не было такого цвет… — я осеклась, наткнувшись на печальный взгляд Люка.

Ну конечно же! Откуда бы у меня взялся такой цветок, если папа мне не папа.

— Так что ты оказалась права в день нашего появления здесь, в шутку предположив, что, возможно, это я сам и уничтожил сад. Так и было. Только не я, а мой предшественник. Возможно, после этого Алана начала о чем-то догадываться. — Люк опять взмахнул дневником. — Я нашел его в тайном прибежище местного Люка, оно было подвергнуто обыску. Понимаешь? Алана знала, что Люку все известно.

— Вот как. — Тема была слишком тяжелой, такой же, как и взгляд архимага. — А что же тогда делать мне?

— Ты могла бы погостить во дворце. У тебя же каникулы. А я был бы рад твоему обществу, — Его Всесилие говорил спокойным тоном, но слишком быстро, словно за ним кто-то гнался и мужчина очень переживал, что не успеет произнести все то, что хотел.

— Хорошо, — кивнула я, кажется, соглашаясь, и все же отвела взгляд. Потому что в глазах Люка вспыхнуло что-то настолько яркое и тяжелое, что я просто не смогла выдержать этого зрительного напора.

Люк был сильнее меня, и его взгляд тоже. Он не давил, но он словно душу из меня вынимал, пытаясь докопаться до того, что творилось у меня внутри. А я сама сейчас не знала и не понимала, что именно происходило там, в моей душе. Кроме того, что последние полгода были самыми отвратительными в моей жизни. И в последние дни я уже задыхалась, задыхалась оттого, что не предвиделось просвета.

— Расскажи мне, как учеба. Как… как твои силы? — Люк в два размашистых шага преодолел расстояние между нами и взял меня за подбородок, вынуждая опять посмотреть на него. — Как ты жила все это время, Лея? — И, чуть помедлив, он шепнул с явным сожалением: — Мы так мало виделись…

— Я… я училась… Стала лучшей на факультете, — произнесла я без особой гордости. В этой реальности меня не пустили на боевой факультет. Мол, не надо лишний раз выделяться, а потому я пошла к целителям, только из-за того, что кое-какие предрасположенности к этому у меня имелись и, даже потеряв собственную магию, я не разучилась останавливать кровь и заживлять мелкие ранки. — На лекаря оказалось учиться в разы проще, чем на боевика.

— И многому ты научилась?

— Ну… — Я слабо улыбнулась, пытаясь не обращать внимания на то, что его пальцы пришли в движение и начали поглаживать мою скулу. — Теперь я бы смогла подлатать тебя и без тены Розы после прорыва нечисти.

— Да уж, — задорно улыбнулся Люк. — Даже если бы ты ничему не научилась, у тебя все равно получилось бы лучше, чем у тены Розы. В этом мире, — поспешно добавил он и отпустил мой подбородок, но так и не отошел.

— Откуда ты знаешь?

— Я отправился к ней в ту ночь, когда ты сбежала. У меня же была рана на груди, из-за которой и потерялся мой кулон. Но Роза лишь упала в обморок при виде моей окровавленной рубашки. Да уж… — Люк улыбнулся. — Вышло неловко.

— Но почему так?

— В этой реальности она не стала целителем и даже не училась в академии, ее выдали замуж.

— Ох…

— Да. В нашей с тобой реальности ее жених был одним из секты твоего деда и его казнили. Потому отец Розы отправил ее учиться, пока не нашел другого подходящего кандидата. А потом Арина и ее отбор, после которого Роза заручилась поддержкой королевы и ушла из семьи, посвятив себя любимому делу. Здесь же…

— Она его хоть любит?

— Понятия не имею. — Его Всесилие скривился, пожал плечами и отошел от меня. Я поежилась, осознав, что зря заговорила про любовь. — Я прикажу приготовить тебе комнату в королевском крыле. Иди собирай вещи и предупреди дедушку с тетей. Мое приглашение распространяется и на них. Необходимо соблюсти все приличия.