Вероника Касс – Избранница Архимага (СИ) (страница 34)

Люк кивнул ему, выражая свое согласие, потому что, скорее всего, тену Вильяму нужно было одобрение. Мужчина все еще не мог уложить в своей голове, что его король больше не считает себя таковым. А это было самой настоящей правдой.

Люк не справлялся со своими обязанностями. Опыт управления академией Всесилия, конечно же, ему помогал, так же как и образование, полученное более ста лет назад. Когда-то Люка родители готовили к тому, что он займет престол, но это было столь давно, что почти сразу же стерлось из его памяти за ненадобностью.

— Я не буду ходить вокруг да около. — Тен Вильям подошел к внучке и, невесомо надавив ей на плечи, усадил ее обратно в свое кресло, затем он стал позади нее, сжав ладонями края кресла, и заговорил: — Вам тоже лучше сесть, Ваше Величество.

Люк кивнул и опустился напротив Леи. Их разделял стол, но Его Всесилие все равно бросил взгляд на Лею и тут же его отвел, как трусливый юнец, потому что она на него смотрела. Да еще как! С осуждением, от которого ему мгновенно стало стыдно. Неужели и до нее дошли слухи, что король не жалует собственное дитя?

— Я нашел свидетелей, которые утверждают, что похоронили короля Темных, потому что не смогли его спасти.

Лея охнула и тут же прикрыла рот ладонями.

— Продолжайте, тен Вильям, — у Люка получилось заговорить хрипло, слишком надсадно. Как бы он себя ни контролировал и как бы ни был готов к этому, ему все равно было тяжело.

— Это случилось полгода назад, за два дня до того, как вы появились в нашем мире. — Тен Вильям постучал пальцами по креслу, он волновался сильнее, чем хотел показать. —  Пожилая чета, вы должны их знать. Тена Валерия и тен Майкл.

Люк кивнул: конечно же, он их знал. Они были его первыми преподавателями, следом за ним они поехали в академию и продолжили преподавание там. Шестьдесят лет назад они ушли на пенсию и остались жить в городке у академии Всесилия. Так делали многие бывшие и нынешние преподаватели, потому что фактически они не считались подданными ни одного из королевств, после того как начинали служить для академии.

— Так вот, за два дня до вашего появления здесь. В канун празднования Нового года на их пороге появился Его Величество Люк с признаками тяжелого отравления.

Его Всесилие ненадолго прикрыл глаза и опять кивнул. Он понял себя второго. Понял, почему он пошел именно к этим людям.

— Вы… — Вильям закашлялся. — Простите, Его Высочество отдал приказ не оповещать никого о его смерти и похоронить максимально скрытно. Я и не узнал бы ничего. Если бы тен Майкл…

— Не начал сам выяснять, кто я такой, — Люк оборвал Вильяма.

Ему было все понятно. Все же реальность хоть и была другой, но изначально Люк был все тем же Люком. И его, то есть собственные действия ему были понятны. Он знал, что не спасется, знал, что отравление было смертельным. И раз хотел, чтобы его не нашли, значит, знал, кто именно его отравил и по каким причинам.

— Мне только непонятно, почему вы… простите, он не пошел к брату.

— Тогда бы смерть нельзя было никак скрыть. Алана объявила бы о своей беременности и по завещанию Люка, которое, скорее всего, ему было уже поздно менять, автоматически стала бы регентом у еще не рожденного наследника. А пока я был не умершим, а пропавшим, по законам нашего королевства мои обязанности выполнял бы брат. Люк хотел потянуть время. Возможно, досадить Алане и после смерти, а может, и рассчитывал на то, что Кириан перед тем, как отдать трон племяннику, проверит свое родство с ним.

Речь и доводы Люка были сумбурны — хотя бы из-за того, что он сам до конца не определился, как ему воспринимать умершего Люка. Как самого себя или как совершенно иного человека.

— Ты… — Лея сглотнула и начала прожигать Люка взглядом. — О чем ты говоришь? При чем тут твой сын? Ты же не можешь быть уверен, что это дело рук бабушки Аланы. Зачем это ей?

— Это не мой сын, Лея, — Люк сказал это грубее, чем хотелось бы. Только вот тяжело было признавать собственную несостоятельность. На этот раз не только как правителя, но и как мужа.

— Хорошо, допустим, — ее голос задрожал, но нужно было отдать ей должное, Лея не начала ахать или удивляться. Она даже не взяла паузу для того, чтобы осмыслить новую для нее информацию. — Но ты же мог все рассказать папе. И папа бы тебя скрыл. Или ты бы переписал на него завещание.

— Я думаю, что Люк, — услышав речь Леи, архимаг все же определился, что умершего Люка он не считал частью себя, слишком ему резали уши слова девушки, когда та говорила так, будто это его самого отравили и он же и умер полгода назад, — не был уверен, что проживет целых два дня после отравления. Это лишь заслуга тены Валерии, она талантливый лекарь. И еще это самое настоящее провидение. Умри Люк раньше, я бы в этом мире, скорее всего, оказался без сил, так же как и ты, Лея. — Люк печально улыбнулся и начал подниматься.

— Как же? У Леи есть сила. — Тен Вильям не понял, о чем говорил Его Всесилие, и архимаг, уже построив портал, объяснил

— Лея лишилась львиной доли своих сил. И пользуется лишь чистой магией. Потому что умеет и знает как. И вообще магически одаренная. Так же как оборотни: у них есть способности к магии, но нет самой магии в представлении нашего мира. Они не обращаются ни к темному, ни к светлому источнику. Но благодаря вам в нашем мире они очень хорошо научились пользоваться чистой магией, так же как и Лея. Но того потенциала, что был у нее прежде, сейчас нет. Я думаю… да что там, почти уверен, что все дело в равновесии: нет Леи в этом мире — значит, и нет у нее магии. И я чуть было не попал в эту же ловушку.

— А возможно… — Лея подорвалась с кресла и, облизав губы, приблизилась ко мне. — Возможно ли то, что, если бы мы не переместились в этот мир, местный Люк бы выжил?

— Я не могу этого знать, Лея. К сожалению, в этом мире я всего лишь Его Величество, а не Всесилие.

Люк отвернулся от Леи, он видел, как она нервничала в этот момент и жаждала успокоения, только вот ему самому было не легче. Ему хотелось побыть одному. Не прощаясь, он шагнул в портал, построенный в место, в котором он не был с юности. Его тайник и настоящее убежище. В своем мире он посетил его в последний раз, когда обрел силу архимага.

На территории дворца темных было две таких беседки. Обе они вели к темному источнику. Одну родители отдали Кириану, где тот любил скрываться, вторая же принадлежала Люку. В своем мире перед тем, как покинуть дворец, Его Всесилие наложил на беседку чары невидимости и отвода глаз. А вот в этом мире беседка была вполне обжита и, судя по разбросанным вещам, в ней не только частенько проводил время местный Люк, но и кто-то совершенно недавно побывал с обыском.

Среди разбросанных у софы книг Люк сразу заприметил пухлую серую тетрадь, которая оказалась дневником его предшественника. Последние страницы были вырваны, но Люк сейчас ни на мгновение не сомневался, о чем было там написано. Об измене Аланы.

— Вот же Светлая, — выругался мужчина, выпрямляясь.

Он еще два месяца назад написал завещание, указав своим наследником Кириана. Ребенка Аланы Люк вписал в родовую книгу лишь для того, чтобы потянуть время. Любая проверка, даже после его смерти, показала бы, что в Максимилиане есть только королевская кровь светлых. Люк собирался поговорить с Аланой, прийти к единому знаменателю. Объяснить ей, что, даже если она попытается убить его во второй раз, ей все равно больше не на что рассчитывать, но, увы, королева опять оказалась на шаг впереди. Пока Люк думал, что тянет время, не раскрывая обман жены, давая ей ложную веру в то, что у нее вышло его обмануть, Алана вела свою игру, прекрасно догадываясь, что Люк знал обо всем. Давно догадывалась. Интересно, поняла ли она, что последние полгода жила с двойником своего мужа?

Крепче сжав дневник своего предшественника, Люк построил портал в гостиную своей жены, желая наконец-то все прояснить, только, выйдя из перламутрового портала, он врезался в другую женщину.

— Лея? — ошарашенно прошептал Люк, только окончание имени девушки потонуло у него на губах.

Лея стремительно притянула мужчину к себе за лацканы его камзола и впилась в его губы быстрым, но настоящим поцелуем. Люк обхватил ее талию, притягивая ближе к себе, вжимая ее в себя. Мешал лишь дневник, Люк уже было откинул его, как услышал приближающиеся голоса Аланы и ее любовника.

Глава 15

О чем я думала?

Нет! Ну о чем я только думала, когда пошла сюда?

Я не поверила Люку. Точнее, его суждениям. Я не поверила, что прабабушка Алана способна на нечто столь унизительное, как убийство собственного мужа. В то, что она могла нагулять ребенка на стороне, тоже верилось с трудом, а потому я решила, что Люк просто все не так понял либо вовсе преувеличил. Я хотела помочь им наладить взаимоотношения. Ведь недаром они так любили друг друга когда-то, а Его Всесилие определенно любил Алану до сих пор.

Но все мои благие намерения пошли прахом, стоило только перенестись в гостиную, которая когда-то принадлежала моей маме: я сразу же услышала ссору любовников. Прижалась к стене, вцепившись пятерней в гобелен, и поверить не могла в то, что мои уши действительно слышали то, что слышали. Алана обвиняла какого-то мужчину в том, что ему ничего, совершенно ничего нельзя поручить.