Вероника Иванова – Один человек и один город (страница 109)
Ага. Спасибо, что просветил. Значит, выдачи денег на руки в конце недели можно не ждать.
– Чего такой мрачный тогда? Радоваться надо, петь и плясать!
Дела прислуги меня никогда не занимали. Есть досье, есть жизненно важные сведения, которые надо иметь в виду, и довольно. Незачем забивать голову бантиками и завитушками, наслаивающимися на личность по мере движения от рождения к смерти. Так проще. Понятнее. Но приходится признать, что этого развязного парня я никогда раньше не…
А ведь он сейчас бесится. Натурально. Не по нашему с Эстой поводу, и то ладно. Хотя, бог с ним, с бешенством: есть ещё кое-что. Новехонькое. Снисходительное превосходство. Кого над кем, спрашивается?
Если судить объективно, то Карлито стоит ниже Норьеги. В социальном смысле. Физически – да, основную часть жизни проводит в горах. Потому что там и родился. В поместье. Отвезли бы роженицу в центральный госпиталь, как, собственно, полагалось, стал бы типичным жителем Вилла Лимбо. Вот тогда водил бы дружбу с Эстой на законных основаниях.
Э, дружбу?
– Вы двое приятели? Нет, правда?
Норьега скорчил гримасу, которая могла означать все, что угодно. Зато Карлито оказался как никогда расположен к общению и довольно сообщил:
– Друзья детства!
– Оставляли его в семье по соседству, когда матери приглядывать было некогда.
Давненько, должно быть. Ещё до моего появления в Санта-Озе. Потому что потом смуглый мальчишка с приторно смиренным видом попадался мне на глаза почти постоянно.
– Да ладно тебе хмуриться! Такой вечер хороший… И ночь выйдет отменная, если знаешь, куда пойти! Ты-то знаешь? Может, подсказать?
– Я тебе сейчас сам подскажу. Куда пойти.
– Эй, эй! Спокойно! Сеньор, тащите сюда ещё бутылку!
От толчка ладонью в грудь Эста плюхнулся обратно на стул, но отставил в сторону заявленное намерение только когда кружка снова наполнилась.
– Чего это он? – громким шепотом дыхнул мне в ухо Карлито. – Горе какое?
– Может и горе. Как посмотреть.
– Ну-ка, ну-ка! Кто посмел обидеть блаженного Эстебана?
А кого спрашивают? Меня? Похоже. Уж больно у Норьеги взгляд мрачный. Прямо поверх кружки.
– Да не сложилась тут одна задумка, только и всего. Встреча не удалась.
– О, встреча? Какая?
Ему было интересно. На самом деле. По-дружески? Нет, совсем иначе.
– С одним влиятельным человеком.
– Эсту пустили в высший свет? Это за какие же подвиги?
– За услугу.
– О, растешь, брат!
Он бы хлопнул бывшего «соседа» по плечу, но не дотянулся. К счастью.
– Понял, наконец-то, что помогать надо не всем, а только отдельным людям?
Ещё одна кружка в зачет Норьеги. Залпом.
– Так что не сложилось-то? Мало заплатили?
– Встреча и не сложилась. Должник не пришел. Прислал вместо себя шестерку.
Карлито прыснул, разбрасывая капельки слюны вокруг. Веером.
– Значит, не заслужил! А вообще, дам совет. Бесплатный, на будущее.
Он снова наклонился, правда, больше в мою сторону, чем к Эсте.
– Богачей надо брать за живое.
Смуглые пальцы сжались в кулак.
– И держать…
Костяшки пальцев заходили, как жернова.
– Держать…
Ножки стула шаркнули по каменным плиткам патио.
– Вы оставайтесь, а я пойду.
– Ага. Только мебель сначала отпусти.
Эста посмотрел в том же направлении, что и я. Убрал руку со спинки стула. Повернулся. Качнулся.
– И точно, пора нам.
– Уже отваливаетесь? Слабаки! – вынес вердикт Карлито, потянувшись за недопитой бутылкой.
А меня, однако, тоже качает. Хорошо хоть, не так, чтобы судорожно искать опору.
– Счастливо оставаться.
– Увидимся!
Как-то зловеще оно прозвучало, обещание это. Приговором.
Странно, но свежий воздух на улице ощущался острее. Наверное, потому что кустов поблизости никаких не было, не в чем было задерживаться ни ленивому ветерку, добравшемуся до центра города с самого побережья, ни… Судному гласу ангела, стоящего у машины и грозно упершего руки в бока:
– Эстебан Норьега, так вот какими важными делами ты занимаешься?
Она была в кружевах. Вся. С ног до головы? Нет, до шеи. Сильной, длинной, загорелой шеи. А вот дальше как раз начинался контраст. Ангелу ведь каким полагается быть? Длинноволосым, безвинным и благостным. Женщина же, вперившая взгляд в Эсту, замешкавшегося где-то у меня за спиной, была совсем другой: коротко стриженой, видавшей виды и суровой.
– Марисоль? Откуда ты…
– Это кто у нас там заблеял? А ну-ка иди сюда, агнец божий!
Первое впечатление рассеивалось с каждой секундой. Хотя, и к лучшему. Земле нужны не ангелы, а люди. Именно такие, из выносливой плоти и горячей крови.
– Что, слух отшибло?
Эста шагнул вперед. В моё плечо. Буркнул:
– Как ты меня нашла?
В руке женщины звякнул серебристый брелок.
– По следам на волне и то хожу, не жалуюсь… Сам же с сигнализацией месяц возился. Забыл? А зачем, спрашивается? Покажите мне человека, который польстится на эту старую развалину!
– Любители всегда найдутся, сеньора. Не здесь, правда. За морем.
На меня даже не взглянули, зато Норьега получил очередной вопрос-удар:
– Дружка богатого себе завел и в загул пошел?
– Он не…
– Не дружок?