Вероника Иванова – Один человек и один город (страница 100)

Ну да, следствие – последнее, что допустил бы сенатор. Огласка, шумиха, народные волнения… Не будет никакой полиции, и Глория прекрасно это понимает.

– Если все так, как ты говоришь, я сам, своими руками…

– Не сдюжишь, Эстебан. Уж извини, но это не твоё. Так что лучше иди домой, ложись в постель и проспись к утру, чтобы все забыть.

– Ты тоже кое-что забываешь. Нас тут не двое, а трое.

– А, в самом деле!

Она повернула голову.

– Надеешься на помощь этого простофили? Зря. Если он двинется с места, то умрет. Может, быстро, может, медленно. Как повезет. И то же самое случится, если ты сделаешь хоть один шаг в мою сторону.

За происходящим на причале должны были наблюдать. Непременно. Со всей возможной тщательностью. Но не только вести запись событий. Сенатор ведь понимал, какие элементы задействованы в планах Глории. Преступные, скажем прямо. И он обязан был позаботиться о моей безо…

Или нет? Или выводы напрочь неверны? В конце концов, если сеньор Линкольн в самом деле не желает огласки, ему выгодно, чтобы все свидетели, случайные и не очень, канули в Лету. То есть, в воду. С причала.

Значит, ждать нечего? Ну и ладно.

– Уходи, Эстебан. Пока не случилось непоправимое.

– Она…

– Держит меня на прицеле? Да.

И тут все снова вернулось к правильному фильму. В глупейшей его вариации.

– Если я уйду, ты его отпустишь?

– Я подумаю об этом.

Норьега сдвинул брови:

– Если с ним что-нибудь случится…

Одна и та же карусель. По пятому кругу. А я всегда это ненавидел.

– Может, не станем откладывать на будущее?

Просторные складки платка мешали не только мне: Глория не видела движения моих рук и вздрогнула лишь когда почувствовала хватку на запястьях.

– Не дури! У меня хватит духа выстрелить.

– А мне плевать. И учти, насколько бы больно не было, я не разожму пальцы. Пока Эста до тебя не доберется.

– Хочешь умереть?

– Мне терять нечего.

– Все так говорят, пока речь не заходит о жизни.

– Это не жизнь. Жалеть о ней точно не буду.

Ей стало больно раньше, чем мне. А сразу же за болью наступил временный паралич, ощущения от которого я прекрасно изучил на собственном опыте. Во время занятий с инструктором по самообороне. Так что, когда Норьега возник за спиной Глории, выстрела можно было уже не ждать.

– Возьми.

Эста взвесил пистолет на ладони. Небольшой, что называется, дамский, но вполне убийственный.

– Что, теперь сам используешь? – зло спросила Глория, отчаянно массируя онемевшую кисть. – Ну, вперед!

– Знаешь, это совсем непросто.

– Так отдай своему приятелю, у него крыши нет, срывать даже нечего!

– Есть вариант поинтереснее.

Я опустил руку в карман, нашарил и вытащил телефон. Тот, сенаторский. На один звонок.

Соединение произошло мгновенно, и на том конце мне ответили:

– Слушаю.

Напряженно? Безразлично? Разобрать было невозможно.

– Ваши наблюдатели записали все, до последнего слова?

Пауза. Видимо, потребовавшаяся для связи с теми, о ком я спросил.

– Да.

– Тогда девушка в вашем распоряжении.

Я нажал кнопку отбоя не сразу. Подождал пару секунд на случай, если мне все-таки что-то захотят сказать. Не дождался.

– Пойдем, Эста. Нам тут больше нечего делать.

Все это время Глория медленно отодвигалась назад, к кромке причала. Замерла, пока длился мой разговор с сенатором, но сразу после него прыгнула. В темноту.

Раздался плеск воды, но не одиночный, как можно было предположить. А минутой спустя беглянка снова была водружена на причал. Парой крепких парней в легком водолазном снаряжении.

Ещё несколько мужчин сходной комплекции подошли со стороны суши. Двое взяли Глорию под локти, а третий – Петер, личный телохранитель сенатора – протянул руку. За телефоном.

Значит, они все-таки болтались здесь? Группа захвата плюс наверняка ещё и снайперы? А что же медлили? Могли вмешаться ещё до появления Норьеги. Проявить человечность, так сказать, не подвергая меня и его ненужному риску. Но да, я ведь всего лишь парень из Низины, и ни моя жизнь, ни моя смерть ничего не стоят.

Телефон полетел в воду. По широкой дуге.

– Я могу отправить тебя за ним.

– Попробуй.

Он выше ростом, чем я, но это не мешало нам смотреть друг другу в глаза. До самой развязки, какой бы они была.

Щелчок. Сухое столкновение пальцев, и один из водолазов послушно соскользнул с причала.

– Я все ещё не вспомнил тебя, парень. Но теперь буду стараться вдвое упорнее.

– Бог в помощь.

Часть 3.12

Они исчезли точно так же, как и появились. Беззвучно. И конечно, бесследно. Можно было спорить, что те двое подельников Глории тоже давно уже повязаны и доставлены. Куда следует. Да, отнюдь не в полицию.

– И это все? – разочарованно спросил Эста у воды, плескавшейся где-то под ногами.

– А чего ты хотел? Оркестра и салюта? Забудь. На высшем уровне все дела делаются именно так, тихо и точно.

– Тебе виднее.

– Снова за старое? Хватит уже. И кстати… - Вот удобный момент, чтобы раз и навсегда отвадить Норьегу от фантазий о моем происхождении. – Это же были люди сенатора, верно?

– Надо думать!

– Тот здоровяк вообще его сопровождает везде, на каждой фотографии найдешь, если захочешь.

– К чему клонишь?

– Если бы я был… Если бы и впрямь раньше жил там, где ты думаешь, он бы меня знал. Согласен?