Veronika Grossman – В Тени Темного Мага (страница 8)

– Есть что-то еще… Я это вижу, но никак не могу понять, что именно, – я нагло, изучающе разглядывал ее, от чего щеки девушки залились ярким румянцем. Она поджала губы и обреченно закрыла глаза. – Эмили, что еще?

– Я не могу объяснить, как это работает, – выдохнула она, будто признавшись в каком-то постыдном деянии. – Но я чувствую, когда люди врут. Это как… Не знаю, словно сирена в голове начинает орать.

Я ничего не ответил. Лишь достал свой телефон и взглянул на сообщение, которое прислал Стив. И, судя по его содержанию, дело начало набирать обороты.

– Прости, Эмили, мне нужно ехать. У меня еще куча дел, – я сгреб в охапку пиджак, папку, что передал юрист, и поднялся из-за стола. – Уже поздно, я подкину тебя домой и…

– Ты что-то нарыл, да?

– Нет.

– Врешь! – вскричала девушка и вскочила с места. – Вот сейчас ты точно обманываешь! Я тоже хочу знать, что происходит. Я не дура, Кристофер.

– О, это я уже понял, – парировал я, заметив, как ярко сверкнули от гнева ее глаза. Ну какая же прелесть! Я усмехнулся, потому что от этого взгляда в моей голове вновь возникли пошлые мысли. Поэтому я просто развернулся и направился к выходу из паба. Девушка тут же схватила свой рюкзак и быстро догнала меня.

– Кто-то убивает таких, как мы, – никак не унималась она, следуя за мной по пятам и прожигая спину взглядом. – Я вычитала это в папиной записной книжке. Он в ней вечно заметки делает. И знаешь что? Я уверена, что этот, как его, Хьюз, был одним из нас. И кто-то пытался отравить моего отца. И еще. Я не хочу оказаться следующей! Думаю, что и ты тоже.

Я замедлил шаг, позволив ей поравняться со мной, развернулся и пристально посмотрел ей прямо в глаза. И это была моя первая ошибка. В тусклом свете редких фонарей ее лицо казалось высеченным из мрамора, а в широко распахнутых зеленых глазах пылал огонь, смешиваясь одновременно со страхом и решимостью.

– Эмили, с чего ты вообще взяла, что его пытались отравить? Всю прошлую неделю стояла такая жара, что даже самому здоровому человеку на свете могло стать плохо.

– Врач сказал, что в его крови нашли убойную дозу ликорина⁵.

– Что это?

– Это яд, который содержится в луковицах нарцисса⁶.

– Да брось, – я покачал головой и порылся в карманах брюк в поисках ключей от машины. – Это просто цветы. Они не настолько опасны. Максимум могут вызвать рвоту или расстройство желудка, не более.

– Да, но ты говоришь о цветке, а я про его луковицу. А это две разные составляющие. А еще его листья легко спутать с луком-пореем, который был у папы в салате. Доза яда была приличная. А если у человека еще и сердце больное, как у папы, то…

– Как он действует? – теперь мне стало любопытно. Передо мной стояла настоящая цветочная фея с врожденным детектором лжи и смертельными знаниями о ядах. Удивительная девушка.

– Яд луковиц нарциссов притупляет нервную систему. Он действует медленно, но в конечном итоге парализует сердце и все, конец.

– Как хорошо ты разбираешься в отравлениях, – я усмехнулся и облокотился на крышу своего автомобиля, продолжая изучать девушку.

– Отец ужинал в ресторане министерства. Поэтому я думаю, что отравить его пытались именно там. И я хочу выяснить, кто это сделал. Черт, да если бы меня не оказалось рядом, он бы уже умер! – со страстью в голосе воскликнула Эмили и упрямо скрестила руки на груди, от чего футболка натянулась и ее грудь соблазнительно приподнялась. И, черт возьми, она была восхитительна в своем упрямстве. Ради того, чтобы найти потенциального убийцу своего отца, эта хрупкая девчонка готова была растерзать весь мир. И я бы с удовольствием смотрел на то, как она это делает. Хотя нет, я бы с удовольствием ей в этом помог.

– Я отвезу тебя домой. А утром позвоню и расскажу, что мне удалось узнать. Договорились?

– Нет! Я не хочу ждать до утра. А еще, есть шанс, что я и не доживу до утра, – как бы невзначай бросила Эмили и посмотрела на меня глазами невинной лани.

А ведь она права. Она одна, и она ведьма. А еще эти странные убийства явно не были делом рук человеческих, и в кои-то веки, я готов был в этом даже поклясться. И впервые за долгие годы, совершенно неожиданно, мной овладел страх. Нет, не за себя, а за эту девушку с глазами лесной нимфы и упрямым подбородком.

– Ладно. Поедешь со мной, – даже не пытаясь сопротивляться, сдался я и открыл пассажирскую дверь. Эмили вдруг подпрыгнула от радости и одарила меня широкой, ослепительной улыбкой. – Не обещаю, что будет безопасно. Скорее наоборот. И если с тобой что-нибудь случится…

– Папа тебя прибьет, – весело прощебетала она, грациозно усаживаясь в машину. – И в насколько грязную историю мы собираемся ввязаться?

– Настолько, что если тебе интересно, чем она закончится, мне придется осквернить твой чистейший дар. Причем сделать это самым непотребным образом.

Эмили ничего не ответила. Она лишь прикусила губу и уставилась в окно, но я все равно успел заметить, как зардели ее щеки. Я усмехнулся, вырулил со стоянки, и мы направились прямиком в чистилище. А точнее, на работу к Стиву. И в тот момент я был искренне рад тому, что девушка, сидевшая на соседнем сиденье, не умеет читать мысли. Потому что в тот момент все мои мысли были далеко не о магии или ядах, а о том, как именно я бы хотел осквернить ее саму.

Глава 7

Смерть – не повод для тишины

Было далеко за полночь, когда темно-синий «Мустанг» резко затормозил около невысокого двухэтажного здания с небольшими окнами. Оно напоминало бездушную бетонную гробницу, судя по всему, спроектированную человеком в глубокой депрессии. Я заметил, с каким удивлением Эмили прочла едва различимую в тусклом свете фонарей надпись на табличке здания, и с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться. Она начала нервно ерзать в кресле, не скрывая своего волнения. Собственно, так бы на ее месте поступил любой нормальный человек, ведь не каждый день выпадает случай стать гостем главного управления судебно – медицинской экспертизы Нью-Йорка.

– Черт возьми! – воскликнула Эмили. – Ты туда пойдешь, да? – спросила она и слегка прокашлялась, потому что ее голос осип от волнения.

– Не «ты», а «мы», – парировал я, достал телефон и набрал номер Стива.

– А можно? Обалдеть! Всегда было интересно, как там все устроено! – неожиданно, вместо возражений, выпалила Эмили и с такой силой принялась отстегивать ремень безопасности, что побелели пальцы. – Ты представляешь, какие крутые люди там работают? – и, не дожидаясь моего ответа, выскочила из машины.

– Крутые, да. Вот только совсем не люди, – пробубнил я себе под нос и неохотно последовал за ней.

Мы прошли внутрь здания, где около регистратуры нас уже ждал дежурный санитар. Это был здоровенный лысый мужик с рыжей бородой, пирсингом в носу и татуировкой в виде огромного паука на всю лысину. И, судя по его недовольной физиономии, незваный визит живых посетителей не вызывал у него ничего, кроме раздражения. Натянув на лицо жалкое подобие улыбки, он ткнул пальцем в сторону длинного, ярко освещенного коридора.

– В конце дверь, – без лишних церемоний заявил он. – За ней, слева, трупохранилище. Справа – секционные⁷. Прямо по курсу – кабинет главного судмеда. Док ждет вас там. Дальше сами. Не заблудитесь, – не очень любезно закончил санитар и уселся в кресло перед телеком.

Мы с Эмили молча переглянулись и двинулись прямо по коридору. Девушка заметно нервничала, но с любопытством крутила головой, рассматривая высоченные стены и пол коридора, выложенные светло-голубым кафелем. Под потолком, мигая время от времени, светили холодным светом длинные люминесцентные лампы, а где-то в конце слышалось монотонное жужжание вентиляторов. Мы шли по этому коридору, а я никак не мог отделаться от мысли, что за нами кто-то идет. Паранойя, заработанная за эти дни, явно давала о себе знать, обостряя все базовые инстинкты выживания. Вдруг позади нас послышался грохот и лязг металла по кафельной плитке. Мы с Эмили резко обернулись, и девушка, вскрикнув, тут же спряталась за мою спину.

– Упс, сорян, ребят. Не хотел вас напугать, – невнятно промямлил молоденький паренек с длинными светлыми дредами, разноцветной вязаной шапкой на голове и широченными штанами с кучей карманов. Он быстро поднял с пола ведро, которое случайно опрокинул, и принялся шваброй размазывать по полу воду.

– Жесть! У меня чуть сердце не остановилось, – выдохнула Эмили и уткнулась лбом в мою спину. – Откуда он взялся? Как мы его не увидели?

– Да тут вон дверка есть. Вы ее, походу, не заметили, – услышав вопрос девушки, ответил парень и воткнул в уши наушники.

– Ладно, идем, – прошептал я и, крепко схватив Эмили за руку, повел вперед. Ее страх был почти осязаем, но она доверчиво следовала за мной, и уже меньше чем через минуту мы стояли около высоких металлических дверей, за которыми скрывалось настоящее царство мертвых.

– У тебя еще есть шанс передумать, – напомнил я, но девушка протянула руку и решительно толкнула дверь вперед.

Стараясь не производить лишнего шума, мы вошли в кабинет, на двери которого красовалась отполированная до блеска табличка с надписью «судебно-медицинский эксперт», и замерли на пороге. В кабинете царила стерильная чистота, а из старенького радио лился голос ведущего какой-то ночной передачи. Стив, облаченный в белый халат, навис над столом и что-то неразборчиво бубнил себе под нос. Он быстро заполнял чью-то медкарту и совершенно не обращал на нас внимания.