Вероника Фокс – Бунтари целуют отчаянно (страница 11)

– Во-первых, это не забор, а художественная ограда. Во-вторых, я не бар. В-третьих…

– В-третьих, ты все равно достанешь мне воды, потому что не можешь видеть, как страдает бедный, замерзший мальчик, – он сделал "щенячьи глаза", которые на таком морде выглядели особенно нелепо.

Я в ярости швырнула в него бутылку с водой – он, конечно же, поймал её с такой легкостью, будто всю жизнь только этим и занимался. Открыл крышку, сделал пару жадных глотков и вдруг закашлялся, поперхнувшись.

– Ты совсем рехнулся?! – я бросилась к нему, едва не снеся стопку учебников. – Мама же услышит!

Он только ухмыльнулся, нагнулся и подобрал с пола кусочек пепперони, валявшийся на полу.

– Расслабься, – произнёс с этой своей фирменной ухмылкой. – Я тише мыши.

– Мыши, между прочим, не воняют дымом и наглостью! – я скрестила руки на груди, пытаясь скрыть предательскую дрожь в пальцах.

Он медленно приближался, оставляя на паркете мокрые следы от своих ботинок. Его глаза в этот момент блестели точно так же, как у кота, который забрался в холодильник и обнаружил там свежую сметану.

– Скучала? – спросил с притворной заботой в голосе.

– Мечтала, чтобы тебя ураганом сдуло, – солгала я, пятясь к двери. Внутри всё трепетало, но я старалась держаться уверенно.

И тут – стук.

– Аня? Ты разговариваешь сама с собой? – голос мамы просочился сквозь щель, и мир остановился.

Сердце прыгнуло в горло. Я метнулась к Максиму, схватив его за мокрый рукав.

– Шкаф! Быстро! – прошипела я, тыча пальцем в гардероб.

Максим, как рыба, вытащенная из воды, только хлопал глазами, но я уже тащила его к шкафу. Благо, он оказался достаточно прозорливым и молча подчинился. Захлопнув дверцу, я метнулась к зеркалу – проверить, не растрепалась ли причёска. Ну конечно, волосы торчали во все стороны, как будто я только что станцевала на электрощитке.

– Мам, я здесь! – крикнула я, пытаясь придать голосу максимально беззаботное звучание. – Просто разговариваю сама с собой, это новая медитативная практика!

Мама, конечно, не купилась. Я услышала её шаги по коридору, и моё сердце начало отбивать чечётку.

«Только бы не заметила следы мокрых ботинок на полу», – пронеслось в голове.

– Аня, открой дверь, – голос мамы стал строже.

Я быстро вытерла следы свой бело футболкой, кинула ее на кровать и распахнула дверь с самой невинной улыбкой, на которую была способна.

– Мам, представляешь, наткнулась на такое классное видео про осознанность… – начала я, но она уже заметила беспорядок на столе. Ей не нравилось, когда в моей комнате был хаос… А еще эти мокрые следы, которые, как мне кажется, до конца я не вытерла… И окно открытое.

Боже… Я пропала…

– Что это? – она указала на окно, через которое проникал прохладный ветер. – Доченька, ты же ведь заболеешь! Зачем ты открываешь его?

– Просто решила проветрить комнату перед сном, – впопыхах ответила я, улыбаясь так невинно, что свело челюсть.

– А почему у тебя пол мокрый?

– Это… это… – мой мозг судорожно искал оправдание. – Это для спектакля в колледже! Мы репетируем сцену, где мой персонаж попадает под дождь!

Мама нахмурилась, но вроде бы купилась. Сердце все равно стучало так высоко, что я едва ли могла вздохнуть полной грудью. А Воронов.. не дай бог он звук издаст, я даже не знаю, что мама сделает со мной…

– Наверное я заработалась, – сказала он выходя из комнаты. Я поспешила за ней, чтобы проследить, что она точно не будет возвращаться. – Кстати… когда у тебя каникулы?

– Мам, учеба только началась, какие каникулы?

– Ах да, – взвыла она обреченно. – Точно… Я совсем забыла, уже думала, что глубокая осень на дворе.

– Ну… С учетом погоды…

Мама скептически подняла бровь, но тут…

Дзинь-дзинь!

Звонок в дверь прозвучал как выстрел из пушки. Я чуть не подпрыгнула до потолка.

– Ты кого-то ждёшь? – мама нахмурилась.

– Нет! То есть да! То есть… – я лихорадочно соображала, но ничего не приходило на ум.

Мам уже направлялась к выходу, а я лихорадочно метнулась к шкафу. Распахнула дверцу и замерла в ужасе.

Там было пусто.

И тут…

– Здравствуйте! – раздался голос Максима прямо из прихожей. – Я Максим, друг Ани. Мы вместе делаем проект по биологии.

Я чуть не рухнула на пол. Как? Как он умудрился выбраться незамеченным?

Я кубарем скатилась по лестнице, чуть не сломав себе шею от возмущения. Этот Воронов, представьте себе, стоял в дверях с букетом каких-то сомнительных цветов, которые, видимо, успел стащить в ближайшем палисаднике!

– А это, кстати, вам! – лучезарно улыбнулся он, протягивая маме букет, который, судя по всему, собрал за пять минут до нашего дома.

На моём лице, наверное, можно было прочитать целую лекцию о том, как я отношусь к его наглости. И как он виртуозно умеет выкручиваться из любой ситуации! Мама, конечно, приняла цветы с недоверием, но всё же пригласила его войти.

Воронов важно проследовал в коридор, старательно вытирая ноги.

– Ничего страшного, что я так поздно? Просто… Помог отцу по дому, и решил быстренько заскочить к Ане, – выдал он свою коронную фразу, при этом подмигнув мне так, что у меня чуть пар из ушей не повалил!

Мама, как назло, в этот момент отвернулась, и её взгляд, полный любопытства, буквально пригвоздил меня к месту. А я стою, чувствую, как кровь приливает к щекам, и мысленно представляю, как душа этого хитреца собственными руками!

– Да нет, ничего, – ответила мама, прищурив глаза и с таким красноречивым вопросом уставившись на меня, что я буквально увидела в её взгляде надпись: «Аня, тебе конец. И ты обязательно расскажешь мне, почему какой-то парень имеет наглость заявляться к нам домой без приглашения!». – Аня просто не говорила, что вы будете заниматься вместе – продолжила она, а я уже открыла рот, чтобы вставить своё веское “но”, как этот хитрый Воронов меня опередил.

– А мы узнали об этом буквально на последнем уроке, – выдал он, нацепив на своё смазливое лицо эту свою фирменную обворожительную улыбочку, от которой у меня мгновенно зачесались руки – так захотелось надрать ему его самодовольную задницу за такую наглость!. – Ну мы и договорились, что я зайду вечером. Просто не думал, что так поздно получится…

Мама перевела взгляд с букета цветов в его руках на меня, потом обратно на него, и я буквально чувствовала, как воздух между нами тремя становится всё более вязким и тяжёлым. Напряжение давило на виски, а моё бедное сердце, кажется, решило устроить марафон прямо в грудной клетке – так сильно оно колотилось.

Боже, как же я сейчас хотела провалиться сквозь землю! Или чтобы этот Воронов провалился – тоже вариант. Хотя нет, его я бы ещё помучила немного за такую подставу…

О нет, только не это!

Мама, как всегда, решила проявить гостеприимство в самый неподходящий момент.

– Проходи, Максим, – щебечет, закрывая дверь, словно мы не на пятиминутную встречу собрались, а на семейный ужин.

– Пойдем, давай , – тороплю я его, подталкивая к лестнице, будто барашка на заклание. – Мы недолго, мам. Полчасика и всё, – бросаю через плечо, надеясь, что она не заметит, как предательски краснеют мои щеки.

И тут начинается самое интересное!

– Может быть, Максим хочет перекусить или чай, к примеру?– мама явно решила устроить нам романтический ужин при свечах, только вот я планировала совсем другое времяпрепровождение!

– Не откажусь от чая и бутербродов!– заявляет этот… этот… наглец!

«Ну наглый… Так и придушила бы его сейчас!» – думаю про себя, но на лице у меня, наверное, написано что-то вроде: «Спасибо, но моя мама меня прибьет за твой фокус!».

Когда мы добираемся до моей комнаты, я буквально впихиваю Воронова внутрь и захлопываю дверь. Ну надо же, какой хитрец!

– И что это ты удумал? – спрашиваю, скрестив руки на груди.

– Ты сама сказала зайти через входную дверь! – невозмутимо пожимает плечами этот гений, словно не понимает, что только что устроил мне полный провал.

– Как… – шумно выдыхаю, чувствуя, как внутри закипает настоящий бычий темперамент. – Как ты умудрился спуститься так тихо?

– Прыгнул на вашу изгородь, – невозмутимо сообщает он.

Мои глаза, наверное, становятся размером с блюдца.