Вероника Фокс – Битва темных душ (страница 35)

— Это… невероятно, — выдохнула я. — Словно сама земля подарила вам этот дворец.

В этот момент ко мне подбежала дочь короля.

— Ваше величество! — звонко воскликнула она. — А правда, что вы сражались с троллями в ущелье Туманных камней? А ещё говорят, вы прошли через пещеры Вечного Эха, где даже тени боятся звучать! Расскажите, это правда?

Её глаза горели любопытством, а щёки раскраснелись от волнения. У меня сжалось сердце от умиления — так искренне и живо она спрашивала, словно сама готова была завтра отправиться в поход снова.

— Лира, — мягко, но твёрдо произнёс Торвин, — не стоит утомлять королеву своими расспросами. Она проделала долгий путь и нуждается в отдыхе.

Девочка слегка потупилась, но тут же улыбнулась мне:

— Простите, ваше величество. Но я всё равно буду ждать, когда вы расскажете про свои приключения!

Я не смогла сдержать улыбку:

— Обязательно расскажу, Лира. Обещаю.

Торвин кивнул, жестом пригласил следовать за ним и провёл нас с Раумом по длинному коридору, украшенному настенными панно из полудрагоценных камней. Вскоре мы оказались в просторных покоях: стены отделаны тёплым песчаником, мебель из тёмного дуба с инкрустацией из агата и нефрита, на полу — мягкие ковры с горными орнаментами. В углу стояла широкая кровать с балдахином из тяжёлой ткани цвета мха, рядом — камин, в котором уже трепетали магические огни.

— Отдыхайте, — сказал король. — Жду вас к завтраку. За вами придёт служанка.

Он поклонился и вышел, оставив нас с Раумом одних.

Раум положил руку мне на плечо:

— Видишь? Здесь нас принимают как друзей. Ты заслужила этот отдых.

Я подошла к окну, раздвинула тяжёлые занавеси и посмотрела на город. Внизу раскинулся Манн — улицы, башни, сады, сверкающая кристаллическая арка в центре. В воздухе пахло свежестью и землёй, где-то вдалеке слышались голоса и смех.

Впервые за долгое время я не чувствовала себя чужаком, загнанным в угол обстоятельствами. Но тревога всё равно не отпускала.

— Но мне всё равно тревожно, — призналась я, глядя в окно на угасающий закат над Манном.

— Знаю, — ответил Раум, подходя ко мне вплотную.

Я не произнесла просьбу вслух — просто на мгновение закрыла глаза и мысленно попросила его обнять меня. И он понял. В следующий миг его тёплые руки обхватили меня за плечи, и я невольно прижалась к нему, ища опоры. Напряжение, сковывавшее тело, начало понемногу отпускать.

— Вот так, — тихо произнёс Раум, чуть склонившись ко мне. — Чем лучше ты отдохнёшь, тем яснее будет голова. Ты слишком долго не позволяла себе передышки.

— Да, — кивнула я, вслушиваясь в ровное биение его сердца за спиной. Я ощутила тёплое дыхание Раума на своей шее — он чуть наклонился ближе, а затем нежно коснулся губами кожи. Лёгкое прикосновение отозвалось теплом во всём теле. — Мне и вправду нужно отдохнуть.

— Прими ванну, переоденься, — прошептал Раум мне на ухо, и от его голоса по спине пробежали мурашки. — Позволь себе хоть ненадолго стать просто Авророй — не королевой, не воительницей, а человеком, которому верят и которого ждут.

Я повернулась к нему лицом, заглянула в глаза — в них читалась неподдельная забота и тепло.

— Ты же знаешь, что где-то глубоко внутри я не верю никому, кроме тебя, — тихо сказала я.

— Знаю, — повторил Раум и снова слегка коснулся губами моей шеи. — Именно поэтому я хочу, чтобы ты позволила себе отпустить ситуацию хотя бы на короткое время. Наберись сил. Отдохни. А я буду рядом — всегда.

Я глубоко вздохнула, наконец позволяя себе полностью расслабиться в его объятиях. На мгновение весь мир сузился до этого мгновения: до тепла его рук, до тихого шёпота, до ощущения, что я не одна. Что есть человек, который видит меня настоящую.

Служанка набрала для меня ванну — вода в ней мерцала мягким изумрудным светом, а по поверхности плавали лепестки горных цветов и пучки ароматных трав: терпкий вереск, душистый тимьян и что-то ещё, незнакомое, с серебристыми листочками. От воды поднимался лёгкий пар, наполняя комнату запахом леса после дождя и далёких горных лугов.

— Это настои из целебных трав долины Шепчущих Камней, — пояснила служанка с улыбкой. — Они помогут снять усталость и восстановить силы.

Я повернулась к Рауму:

— Останься? Хотя бы ненадолго…

Он мягко улыбнулся и коснулся моей руки:

— Мне нужно вернуться в Ад — узнать, как обстоят дела, проверить, всё ли в порядке с Надином. Я уже получил разрешение короля на короткий переход. Но я вернусь, обещаю. Как только разберусь с делами — сразу к тебе.

Внутри что-то сжалось — на мгновение я почувствовала себя одинокой. Но Раум посмотрел на меня так, что тревога отступила: в его взгляде было столько уверенности и тепла, что я кивнула и тихо сказала:

— Хорошо. Будь осторожен.

Он коротко обнял меня, шепнул на ухо: «Я рядом, даже когда далеко», — и исчез в мерцающем портале.

Оставшись одна, я погрузилась в ванну. Вода обволокла тело, снимая напряжение, а служанки осторожно растирали спину, втирая в кожу масло с ароматом можжевельника и горного мёда. Я закрыла глаза и позволила себе расслабиться на все сто процентов. Напряжение покидало мышцы, мысли становились легче, а дыхание — ровнее.

После ванны служанки помогли мне переодеться. Король Торвин прислал платье — длинное, из мягкой ткани цвета мха, с вышивкой по рукавам и лифу: узоры напоминали переплетение корней и листьев, а нити были вплетены с едва заметным мерцанием, будто в них застыла магия земли. Ткань струилась по телу, лёгкая и в то же время тёплая.

Они подобрали украшения: тонкий серебряный браслет с вкраплениями малахита, серьги с крошечными аметистами и небольшой кулон на цепочке — в нём пульсировал крошечный огонёк, словно живое сердце камня. Причёску сделали простую, но изящную: волосы заплели в широкую косу, перевитую нитями с мелкими самоцветами, а несколько свободных прядей мягко обрамляли лицо.

Когда я взглянула в зеркало, то едва узнала себя: не измученная женщина, а королева, достойная этого титула. Усталость ещё читалась в глазах, но теперь в них появилась и кажется, искра надежды.

Я глубоко вздохнула, поправила кулон и направилась на трапезу.

За дверью покоев я сразу наткнулась на Вина и Дана. Служанки и для них подобрали новую одежду — на обоих были одинаковые камзолы тёмно-зелёного цвета с серебряной отделкой по воротнику и рукавам, плотные брюки цвета лесной тени и высокие сапоги из мягкой кожи. Ткань явно была зачарована: слегка мерцала при движении и, похоже, не мнётся.

Вин окинул себя недовольным взглядом, дёрнул ворот камзола, будто тот душил его, и буркнул:

— Выглядит, конечно, презентабельно. Но в походном снаряжении как-то привычнее. Чувствую себя… придворным павлином.

Дан хмыкнул:

— У тебя задница отличная в этих штанах.

Я не смогла сдержать улыбки:

— Вам очень к лицу. Выглядите как настоящие аристократы.

— О, теперь мы точно завоюем сердца всех придворных дам, — саркастично протянул Вин. — Только вот мы и без этого тряпья можем себе позволить любую женщину.

Я лишь улыбнулась. Они до сих пор не теряли хватку, и я была рада за ним.

Мы втроём направились к залу, и я невольно замедлила шаг, когда увидела внутренний двор через широкую арку.

Там, на небольшой лужайке, окружённой низкими каменными скамьями, стояла маленькая девочка лет семи. Она сосредоточенно хмурила брови, вытянула ладошки перед собой и пыталась что-то сотворить: перед ней дрожал крошечный ком земли, то поднимаясь, то опадая, словно дыхание. В её глазах читались упорство и детская вера в то, что вот-вот получится.

На мгновение я застыла. В ней я увидела себя — такую же хрупкую, наивную, ещё не знавшую, насколько опасен мир, как много в нём боли и предательства. Как много раз мне говорили: «Ты не справишься», «Это не для тебя», «Лучше оставь магию тем, кто сильнее».

Из боковой двери вышла женщина — видимо, мать девочки. Она строго покачала головой:

— Лисса, хватит тратить время на эти игры! У нас полно дел: нужно отнести корзины в кладовую, помочь на кухне, собрать травы. Магия подождёт.

Девочка грустно опустила голову, ком земли рассыпался у неё под ногами. Но тут она заметила меня и её лицо вдруг озарилось. Она робко подняла руку и помахала.

Я не раздумывая помахала в ответ, улыбнулась как можно теплее, стараясь вложить в этот жест всё то, чего ей сейчас не хватало: веру, поддержку, надежду.

Лисса выпрямилась, на губах появилась едва заметная улыбка. Она кивнула мне, будто давая обещание, и побежала за матерью, на ходу ещё раз оглянувшись через плечо.

— Задумались, ваше величество? — окликнул меня Дан.

— Да, — тихо ответила я. — Просто на мгновение увидела кое-что важное.

Вин проследил за моим взглядом, заметил, как Лисса скрывается за углом, и неожиданно серьёзно произнёс:

— Дети всегда верят, что могут всё. Пока взрослые не убедят их в обратном.

Наконец мы подошли к дверям трапезной. Из-за них доносились голоса, аромат свежеиспеченного хлеба и тушёных кореньев. Я расправила плечи, вдохнула поглубже и шагнула вперёд, как только двери передо мной распахнулись. Высокие сводчатые потолки украшали резные панели с изображением горных вершин и переплетённых корней. Стены были облицованы полированным камнем разных оттенков — от тёплого медового до глубокого малахитового, — а между плитами мерцали тонкие прожилки самоцветов, словно застывшие реки расплавленного золота.