Вероника Добровольская – Семейные тайны. Книга 14. Синдром самозванца (страница 3)

Юлле. Её имя было для него как тихий шепот в бурю, как луч света в кромешной тьме. Она была его якорем, его спасением. И теперь, глядя на ребёнка, он знал одно: он больше не был одинок. Он был с Юлле. И пока они были вместе, у них была надежда.

Надежда на то, что они выбрались из кошмара. На то, что ужасы прошлого останутся позади, как дым, рассеивающийся в утреннем тумане. Надежда на то, что они снова увидят солнце над крепостью Нарвы

Война пыталась сломать их, разлучить, отнять друг у друга. Но она лишь закалила их чувства, сделала их сильнее, глубже. Каждый взгляд, каждое прикосновение, каждое слово поддержки – все это было доказательством их победы над разрушением.

И эта надежда была сильнее любых потерь, сильнее любой боли. Она была их настоящей победой.

Годы шли. 1950 год принес им Даниила, крепкого и любознательного мальчика. А еще через пять лет, в 1955 году, появился Таэвас. Юлле назвала сына в честь погибшего старшего брата, которого первая мировая унесла слишком рано. Это было её данью памяти, её способом сохранить его в их жизни. Таэвас рос тихим и задумчивым, с глазами, в которых отражалось небо. Словно он действительно нёс в себе частичку того, кого они потеряли.

В 1960 году их семья пополнилась ещё двумя детьми – Арведом и Машей. Их смех стал музыкой, наполняющей дом, заглушающей отголоски прошлого. Эрик смотрел на своих детей, на свою Юлле, и чувствовал, как его сердце переполняется благодарностью. Шрамы остались, да. Но они больше не определяли его. Его определяла любовь, семья, надежда.

Солнце снова светило над Нарвой. Не всегда ярко, не всегда без облаков, но оно светило. И каждый луч, падающий на их дом, был напоминанием о том, что даже после самой тёмной ночи наступает рассвет. И что их любовь, их надежда – это тот рассвет, который они заслужили.

***

1966-1967 год Эстонская ССР. Нарва.

Деревня Алайыэ Волость Алутагузе Уезд Ида.

–Эрик, мы едем завтра, а ты к нам приедешь! – Юлле металась от одного чемодана к другому, словно птица, готовящаяся к долгому перелету. Ей пыталась помочь Маша, но мать, словно ураган проносилась мимо дочери, которая уже привычная к такому стояла на одном месте и держала стопку маек. Материнская энергия, казалось, могла бы сдвинуть горы, но сегодня даже она не могла развеять мрачное настроение Эрика. Он стоял у окна, глядя на суетящуюся жену и собирающуюся семью, и чувствовал, как внутри всё сжимается. Уезжать из Нарвы ему совершенно не хотелось. Но Юлле, как всегда, решила всё сама. Её отправили вместе с детьми в одну из деревень, где требовался хороший доктор. Каникулы только начались, и она решила, что детям просто необходим свежий воздух.

Михаил, студент Таллинского технического института, с ироничной улыбкой наблюдал за родителями. Он всегда удивлялся, как его спокойный, как скала, отец мог успокоить быструю, как ветер, мать. Но сейчас даже отец сдался. Юлле всё решила.

–Мам, можно я не поеду? – Спросил Михаил с надеждой, глядя на неё. Ему так хотелось побыть с Лейтой. Она собиралась в августе ехать в Москву, и он мечтал провести эти месяцы вместе.

Юлле застыла на мгновение, глядя на сына. – Отец работает в институте, он только отучился и сумел получить хорошую должность, ему сейчас ехать нельзя. Кто мне поможет? Мне нужен настоящий мужчина. Даня тяжести носить не может, он в книгах, -в подтверждение её слов шестнадцатилетний Даниил мрачно посмотрел на брата и снова уткнулся в книгу, -Тавасу только гонять в футбол,– она набросилась на одиннадцатилетнего вратаря школьной команды Таваса. -Ты долго ещё будешь стоять здесь? Ты когда чемодан соберёшь?

Тавос тяжело вздохнул, его пальцы привычно щелкнули по лбу Арведа. Мальчик обиженно надулся, попытался что-то ответить, но слова застряли в горле. Он знал, что спорить бесполезно. Вздохнув, Арвед подошел к столу, где лежала его скрипка. Он взял её, чувствуя знакомую прохладу дерева под пальцами. Каждый изгиб корпуса, каждая струна – все это было ему до боли знакомо, как продолжение его самого. Он знал, что сейчас ему понадобится вся та тихая сила, что таилась в его музыке, чтобы справиться с тем, что ждало его за дверью. Но вдруг Арвед встрепенулся. А как же дядя Андрус? Он обещал его научить водить машину, он уже разбирался в технике и мог даже отремонтировать её. Дядя Андрус, отец двух двойняшек, Хельги и Вильмы. С Хельгой они не дружили, она была вредная и упрямая, а вот Вильма, задорная и смешливая девчонка, очень нравилась Арведу.

Он посмотрел на мать, она все укладывала чемодан. Арвед тихо, тихо, спиной стал отходить к двери. Увидел усмешку отца и его кивок – он бросился вниз по лестнице во двор. И вот, о чудо! «Победа»! И дядя Андрус стоит над своей любимицей и натирает её для блеска.

– Дядя Андрус! -Завопил Арвед так, что у мужчины выпала тряпка из рук, а Хельга прыснула в кулак и показала Арведу язык. Он отмахнулся от неё и бросился к Андрусу, который вопросительно смотрел на мальчика.

– Здравствуй! – Мужчина кивнул взволнованному мальчугану. -Что это с тобой? Я думал, вы уже уехали! – удивился он.

– Нет! – Замотал головой Арвед. -Вы можете показать, как заводить машину и…

Он запнулся, чувствуя, как щеки заливает краска. Дядя Андрус, с его вечной добротой и пониманием, всегда умел разрядить обстановку. Он улыбнулся, и в его глазах мелькнул тот самый озорной огонек, который Арвед так любил.

– И что же, мой юный механик? – Поддразнил он, вытирая руки о рабочий комбинезон. – Хочешь освоить искусство управления стальной кобылицей до того, как отправишься в дальние края?

Арвед кивнул, не в силах произнести ни слова. Он чувствовал, как его сердце колотится от предвкушения. Машина, эта сложная и загадочная машина, которая казалась ему таким далеким и недостижимым чудом, теперь могла стать ближе.

–Ну что ж, – дядя Андрус похлопал его по плечу. – Раз уж ты так рвешься в бой, то и я не могу остаться в стороне. Только сначала дай мне довести мою «Победу» до идеального состояния. А то, как же я тебя научу, если моя ученица будет выглядеть неряшливо?

Хельга, всё это время наблюдала за ними с нескрываемым любопытством, снова хихикнула. Арвед бросил на неё раздраженный взгляд, но тут же забыл о ней, когда дядя Андрус повернулся к нему с новой тряпкой в руке.– А ты, – обратился он к Хельге, – если хочешь, тоже можешь присоединиться. Может, тебе тоже захочется почувствовать ветер в волосах, когда ты будешь мчаться по дороге?

Хельга на мгновение замерла, а потом, к удивлению Арведа, кивнула.

– Хорошо, -сказала она, -но только если Арвед будет мне помогать.

Арвед удивлённо посмотрел на неё. Он не ожидал такого поворота событий. Но потом, увидев улыбку дяди Андруса, он понял, что это, возможно, не так уж и плохо. Может быть, даже с Хельгой они смогут найти общий язык, когда будут вместе осваивать этот новый, захватывающий мир.

Дядя Андрус, довольный таким исходом, снова принялся натирать машину. Арвед же, чувствуя, как в нём просыпается новая, неведомая прежде энергия, уже представлял себя за рулем, с ветром в волосах и скрипкой, готовой зазвучать в любой момент. И он знал, что эта поездка, начавшаяся с такого неожиданного желания, станет одним из самых ярких воспоминаний в его жизни.

Дядя Андрус, с ловкостью опытного механика, показал Арведу, как правильно проверять уровень масла, как работает сцепление и как плавно переключать передачи. Арвед внимательно слушал, запоминая каждое слово, каждое движение. Он чувствовал, как в нем пробуждается интерес к этой сложной машине, к ее внутреннему миру. Хельга, к его удивлению, тоже проявляла недюжинный интерес, задавая вопросы и даже пробуя сама нажимать на педали, когда дядя Андрус разрешал.

«Победа» оживала под их руками, её мотор заурчал, словно довольный кот. Арвед впервые почувствовал себя частью чего-то большего, чем просто мальчишка, который любил скрипку. Он был учеником, будущим водителем, и это ощущение наполняло его гордостью.

Когда пришло время первого самостоятельного выезда, Арвед почувствовал, как дрожат его колени. Но взгляд дяди Андруса, полный уверенности, успокоил его. Он сел за руль, и мир вокруг преобразился. Дорога, которая раньше казалась просто полосой асфальта, теперь стала путем к новым приключениям.

Хельга, сидящая рядом, перестала дразниться. Она смотрела на дорогу с таким же восторгом, как и Арвед. В этот момент они были не врагами, а товарищами по приключению, объединенными общим делом.

Первые метры были неуверенными, но с каждым поворотом руля, с каждым нажатием на педаль, Арвед чувствовал себя все более уверенно. Он ощущал мощь машины под собой, ее отзывчивость на его команды. Это было похоже на игру, но игру с реальными последствиями, игру, которая требовала сосредоточенности и ответственности.

Когда они вернулись во двор, солнце уже клонилось к закату. Элле с домочадцами уже стояла с чемоданами у подъезда, ожидая такси. Она удивленно смотрела на сына, который только что освоил искусство вождения. В её глаза засверкали гордостью.

Но как только он вышел из машины, его окружила вся ребятня двора. Они наперебой с ним прощались и обнимали, просили писать и говорили, что будут скучать. Маленький Янис, с вечно разбитыми коленками, тянул его за рукав, предлагая обменяться любимыми машинками. Лиене, с огромными голубыми глазами, протянула ему самодельный браслет из бусинок. Даже Хельга, стоя в стороне, смущенно улыбнулась и махнула рукой.