Вероника Десмонд – Однажды я стала женой проклятого герцога: Змеиный Король (страница 36)

— Нет! — воскликнула чересчур поспешно.

Киллиан выгнул бровь.

Конечно, было дико в этом признаваться, но я не хотела покидать объятий Киллиана. Хотя бы еще какое-то время.

— Просто снимите с меня это жуткое одеяло, — прошептала я, боясь, что он все-таки уйдет. — И… можно я вас обниму?

Киллиан замер, сжав меня сильнее.

— Конечно, можно, Ария, — сказал тот странным тоном. — Тебе можно все. Запомни это.

Я облегченно вздохнула, когда меня выпутали из ужасно жаркой ловушки белоснежного покрывала, и недолго думая, сама забралась к Киллиану на колени, сев тому на бедра. Мужчина полулежал-полусидел на кровати, опираясь на спинку, а когда я крепко его обняла, прижавшись щекой к его щеке, довольно шепнул:

— В такой позе я долго не просижу.

Мою спину нежно поглаживали изящные руки, а я вся встрепенулась и замерла, осознавая на чем я все же сидела… Черт возьми! Щеки опалило жаром, я почувствовала, как меня поцеловали куда-то в висок.

— Не отстраняйся. Я не хотел напугать тебя, — Киллиан подбирал слова, выдохнул, словно совсем выбился из сил: — Просто не ерзай.

Да, пожалуйста. Я вообще двигаться не буду. На всякий случай… Лишь уткнусь в мужскую шею, втянув чистый древесный запах поглубже и все.

Я расслабилась, пока мы сидели вот так: на моей кровати, близко и тесно, в дремучей тишине. Мне можно все. Слишком приятное чувство, греет безмерно, копошится бабочками где-то в середине живота. У нас было так много тайн… У нас обоих. Наше прошлое оставалось загадкой, но мне казалось, что каждый уже успел коснуться чужой души — и я чувствовала, пока этого достаточно. Мне с головой хватало всего, что мне дарил Киллиан, и я очень надеялась, что это чувство взаимно.

Боже мой, как много этих чувств… Стоило лишь заглянуть в светло-серые глаза, и сердце начинало биться, как сумасшедшее. Подумать только, я… обручена? Факт нашего обоюдного желания быть вместе принимался с таким неимоверным трудом… вот бы только не искать подвоха.

Подвоха нет. Не было и нет.

Рука Киллиана принялась гладить меня по волосам, как будто мужчина прочитал мысли и пытался успокоить. Я дотронулась до опухших, сухих губ, вспоминая вчерашнее. То, как Киллиан жадно меня целовал, прижав к стене. Поцелуи длились слишком долго. Так долго, что я думала: мне ничего не стоит задохнуться от кипящего в венах желания. А когда я начала обмякать в его руках, и мои стоны превратились совсем в неприличные звуки, меня с тихим вздохом поцеловали в нос и уложили на кровать, закутав в одеяло, словно в кокон. Тем самым ограждая меня или себя — было совершенно без разницы, я уснула почти сразу же.

А потом мне приснился этот дурацкий кошмар.

Я задумчиво пялилась в стену за спиной мужчины, понимая, что нужно озвучить одну важную мысль.

— Киллиан?

— Да, душа моя?

— Я хочу пойти на Рождественский Бал.

Его рука переместилась на спину, погладила лопатки. И по молчанию я уже знала его ответ — Киллиан совершенно не рад этому факту.

— Я не хочу, чтобы ты присутствовала на нем.

— Почему?

— В Валтиаре соберется практически вся элита Королевства — превосходный момент для покушения. Я практически уверен, что оно произойдет.

— Вы ведь не допустите появления Джонатана Кайдзена? — я нахмурилась, отклонившись назад и заглянув в его лицо. — Для снятия проклятия важна последовательность. На меня не будут охотиться, пока его высочество жив.

Киллиан не хотел говорить об этом. Его лицо стало одной холодной маской.

— Не допущу, — сказал он твердо после некоторой паузы. — Но и рисковать самым дорогим я не имею ни малейшего желания.

Киллиан поддел меня за подбородок, глядя прямо в глаза, прищурился. Он разглядывал меня так близко и так пристально, любовно убирая мои волосы с лица, что мое тело поневоле среагировало мурашками и трепетом.

— Но я готов исполнить любую твою просьбу, Ария. Только повтори то, что ты сказала вчера в Межлесье.

Киллиан наверняка понимал. Видел, что все во мне тянулось к нему.

— Я давно… — я сглотнула, почему-то ощущая тяжесть от столь острых и важных слов: — Я очень давно…

— Что давно? — Килиан смотрел в самую душу покоряющим взглядом.

Я взяла его ладонь в свою руку, разглядывая подаренное мною кольцо и ощущая, как неистово грохочет сердце в груди.

— Надеюсь, вам понравился подарок.

— Не то слово, душа моя. Но я хочу, чтобы ты сказала не это. Посмотри на меня.

Я вскинула на него взгляд и сказала искреннюю правду:

— Я уже очень давно влюблена в вас. Я… я люблю вас.

Киллиан прикрыл глаза, как будто смакуя сказанное на слух, пытался распробовать.

Следуя порыву, я обхватила его красивое лицо ладонями и прикоснулась к губам, прошептав слова любви еще раз. И еще. Лишь бы он услышал, лишь бы они дошли до самой сути.

Киллиан прижал меня к себе, притянув за шею. Его язык дотронулся до моего, вырывая из моего рта тихий стон. Поцелуй был влажный, горячий, но такой тягучий медленный, что я начала плавиться, будто мед на солнце.

— Я предупреждал тебя, Ария, — его голос хрипел. — Захочешь уйти и я не отпущу тебя. На следующий день после Рождества, мы поженимся.

Я улыбнулась, даже не злясь на его деспотичные порывы. Если честно теперь они до безумия мне нравились. Все в нем мне до безумия нравилось.

— Это слишком скоро.

— Это слишком долго, — парировал Киллиан, целуя мою ладонь. Правую — ту, что с кольцом. — Зачем ты рвешься на бал?

— Мне нужно узнать… некоторую информацию.

Мужчина выгнул бровь.

— Госпожа Орса, — пояснила я. — Подозреваю, что бесконечные чернила госпожи Орсы показывали ей все, что я когда-либо писала.

— И ты писала что-то важное?

Я улыбнулась.

— Конечно же, нет. Лишь то, что ей можно было знать… В том числе описание всех разновидностей моха Ржавых Болот.

Киллиан усмехнулся, вновь касаясь поцелуем моей руки.

— Коварная моя девочка. И беспощадная. Делай, что пожелаешь. Но я не буду спускать с тебя глаз.

— Ну конечно же, — ответила я сарказмом, не в силах сдержать улыбку. Но та померкла, стоило Киллиану произнести:

— Мне придется танцевать с Патрисией. И твоя сестра до конца вечера будет считать, что она моя невеста.

В голове закрутились образы обнимающихся кронпринца с великолепным белокурым ангелом, и ревность одним горячим жгутом закрутилась у меня в животе.

— До конца вечера? — уточнила я, стараясь отбросить все отвратительные мысли. — Вечером мой отец отдаст вам родовой ключ?

— Да.

Я кивнула.

— Хорошо. Но… почему Ванесса и Патрисия до сих пор живут в Эйтери?

Я боялась задавать этот вопрос. Но не задать его было бы глупо.

— А ты бы согласилась переехать в мой дом? — сощурился Киллиан. Я нахмурилась, мысленно отвечая “нет. — Я предпочел держать их подальше от тебя до того момента, пока все не разрешится.

— А что с ними будет когда все разрешится?

Его ответ прозвучал буднично:

— Они будут мертвы.

Я потеряла дар речи, проваливаясь в омут светло-серых глаз.